Меня толкают, мои волосы время от время дергают, но я гляжу в экран телефона, ожидая сообщения от Марины с адресом. Паника держит за горло.
— Разрешите пройти, — прошу, протискиваясь мимо компании молодежи.
Оборачиваюсь и вдруг вижу нацеленный на меня взгляд Росса. Луч голубого света выхватывает его лицо лишь на мгновение, но мне хватает этого, чтобы мгновенно потеряться в толпе.
Удар в грудь обрывает связь с реальностью. Я останавливаюсь, скользя глазами по залу в поисках ориентира.
Мне показалось?..
Этого не может быть.
Мне точно показалось.
Глава 29
Ксения
Взгляд Росса, которого я так и не увидела больше в толпе, преследует. Жжет плечи и давит на затылок. Легкость от выпитого шампанского мгновенно улетучивается, оставив после себя тупую боль в висках.
— Мне нужно ехать, — бормочу, забирая свою сумку, — Простите, девочки.
Мне правда стыдно. А еще до жути обидно, что вечер, который я собралась посвятить себе лично, был бессовестно прерван эгоизмом Златы и... Давидом.
— Куда?.. — тянет возмущенно Диана, — Блин, Ксю!.. Останься, мы же еще не порвали этот танцпол.
— Порвем в следующий раз, — обещаю, подмигнув, — У меня небольшие неприятности. Нужно ехать.
— Соседей затопила?
— Почти.
Изобразив пальцами телефонную трубку, Дианка предупреждает, что мне все равно придется объясниться с ней. Я согласно киваю, посылаю всем воздушные поцелуи и направляюсь к выходу.
Присутствие Росса чувствую всей кожей. Волоски на моих предплечьях как антенны чувствуют его энергетику, и это не иллюзия и не самообман. Он где-то рядом.
Я забираю пальто и, надевая его находу, толкаю стеклянную дверь. Скопировав адрес из сообщения Марины, забиваю его в приложение такси. Это у черта на куличках. Почти на окраине, мать его!..
Шагаю вдоль здания мимо припаркованных автомобилей и вдруг слышу за спиной голос Давида:
— Такси ждешь?
Я была готова, но сердце все равно пропускает удар. Плотнее запахнув полы пальто, разворачиваюсь. Он в расстегнутой куртке, под которой белая рубашка. Пахнет табаком и совсем немного горьковатым парфюмом.
— Да.
— Из-за меня сбегаешь? — спрашивает Росс, заполняя пространство между нами неплотным паром.
Отрицательно мотнув головой, я смотрю в экран мобильника.
— Не из-за тебя. Мне уехать надо.
— Давай, увезу, — предлагает вполне ожидаемо.
— Нет.
В этот момент телефон в моей руке начинает звонить. Маринка.
— Ксю, я не могу ее разбудить, — тараторит в трубку, — Она бубнит что-то во сне, но не просыпается. Что делать?
— Я сейчас приеду, — проговариваю в ответ, контролируя тональность своего голоса, — Побудь с ней рядом.
— Хорошо. Только поторопись, ладно?
— Ладно, — обещаю я и сбрасываю вызов.
Давид, без сомнения, слышал каждое слово, и это дает ему преимущество, а меня, соответственно, ставит в уязвимое положение.
— Проблемы?
— Небольшие, — отвечаю тихо, — Я справлюсь, Давид.
— Что случилось? — качнувшись на пятках, он оказывается чуть ближе, и мой взгляд цепляется за яремную впадину в расстегнутом воротнике его рубашки и оставленные моими ногтями царапины на шее.
— Ничего.
— Ксения... не иди наперекор здравому смыслу, — говорит он ровно, — Особенно, когда дело касается не только тебя.
Господи, я могу найти тысячу оправданий тому, чтобы согласиться на его предложение. Мне действительно нужна помощь прямо сейчас, и желательно — мужская.
Но дело ведь не в этом! Чертовы границы, которые я выстраивала с особым усердием, снова будут нарушены!.. Давид, хочет того или нет, снова наследит на моей территории!
И потом... он ведь даже не знает, во что ввязывается.
— Моя сестра выпила лишнего и уснула на вечеринке.
— Злата?
— Да, — выдыхаю через сдавивший горло спазм, — Мне нужно забрать ее оттуда.
— Поехали.
Я смотрю в открытое приложение, в котором так и не заказала такси, а затем на бывшего мужа.
— Зачем тебе это?
Он в глаза не смотрит, достает брелок из кармана и щелкает сигнализацией.
— Идем, — зовет, переступая через невысокий бордюр.
Я делаю то же самое, чувствуя, что предаю свои же принципы. Когда-то я обещала себе ни от кого ни в чем не зависеть. Быть слабой я разрешала себе только с Савелием.
Мы садимся в машину, я сразу пристегиваюсь ремнем безопасности. Давид заводит двигатель и настраивает температуру в салоне. Меня бьет нервная дрожь.
— Говори адрес.
Диктую тот, что прислала мне Маринка и пишу в сообщении, что уже еду. Она отвечает стикером в виде сложенных в молитвенном жесте рук.
Мягко тронувшись с места, его седан сдает назад и катится мимо хаотично припаркованных автомобилей.
— Сколько ей? — спрашивает Росс, — Девятнадцать?.. Двадцать?..
— Девятнадцать. И она уверена, что имеет право творить любую дичь.
Боковым зрением ловлю его взгляд на себе. Половину лица обжигает. Я тоже творила дичь, но у меня на то были веские причины.
— Я помню ее совсем ребенком.
Удивительно, что помнит — они встречались всего несколько раз.
— Что ты делал в клубе? — интересуюсь, лишь бы заполнить неловкую тишину.
— То же самое, что и ты.
— Пришел потанцевать?
Настала моя очередь на него смотреть. Однако строгий прямой профиль и плотно сжатые губы немного остужают мой пыл. Зачем я согласилась?..
— Встречались с Филькиным из «Палитры» в неформальной обстановке.
— Я помешала твоим планам?
— Нет, не помешала. Мы закончили.
Оба замолкаем. Между нами столько отчуждения, что я мерзну, даже несмотря на включенный подогрев сидений.
— И что... этот Филькин? — спрашиваю спустя несколько минут, — Родимцев не работал с «Палитрой».
— Ему придется. Их компания предлагает лучшее, что есть на отечественном рынке.
На дорогу уходит почти час, и это учитывая свободное движение на дорогах в выходной день.
— Вот этот дом, — показывает Давид на типовую пятиэтажку.
Я активирую экран телефона, который все это время держала в руках и набираю Маринку.
— Я на месте. Откроешь дверь?..
— Да, сейчас!.. Я встречу! — восклицает с явным облегчением, — Она не просыпается, Ксю!
— Поможешь мне ее вывести?
— Можно парней попросить, — предлагает она, на что я только прикрываю глаза.
Убью!.. Пусть проспится и протрезвеет, а потом убью!
— Ты... - поворачиваю голову к Давиду, — Подождешь нас? Я постараюсь быстро.
Вместо ответа Росс глушит машину и открывает дверь.
— Я сама... - мямлю, тоже выходя.
Жгучий стыд разьедает кожу лица и груди. Я готова провалиться под землю, когда представляю, что он увидит, в каком состоянии сейчас моя сестра.
— Давид... - бормочу, захлебываясь смущением, — Не надо...
Но, поставив машину на сигнализацию, он решительно идет со мной к подъезду. Тяжелая железная дверь со скрипом открывается, и на пороге в мутном желтоватом свете появляется Маринка. Бросив на Росса хмурый испуганный взгляд, она отступает, позволяя нам