Десять процентов… Жалкие десять процентов отделяли меня от цели. В иных обстоятельствах это стало бы непреодолимым препятствием, фатальным тупиком. Где отыскать редкие сплавы, сложную электронику, синтетические мышцы?
Тыльной стороной ладони я медленно стёр крупные бисеринки пота со лба. И это несмотря на трескучий, пробирающий до костей мороз, сковавший город с наступлением ночи. Пар от дыхания вырывался густыми клубами, но тело пылало, словно в лихорадке. Перенапряжение давало о себе знать: руки слегка подрагивали – и вовсе не от холода.
Руна Материи сработала безупречно. Она выжала максимум из имеющегося материала и моего резерва Звёздной Крови. Благодаря глубокому сканированию и единению с сутью машины я теперь точно знал, каких компонентов не хватает. Мне был известен химический состав, плотность и структура каждого недостающего элемента – вплоть до мельчайшего болта.
Я огляделся. Вокруг, насколько хватало взгляда, в лунном свете простирались руины древнего города – на многие километры. Искалеченные остовы зданий, разбитая техника, горы мусора и обломков… Для обычного человека это было бы кладбищем. Но для меня, обладателя Руны Материи, – гигантским, неисчерпаемым складом запчастей. Настоящим Клондайком. Оставалось лишь наклониться и взять нужное.
На губах невольно появилась усталая усмешка, в которой смешались злость и уверенность. Операция по спасению рядового Импа вступала во вторую фазу – трансплантацию. У меня имелось целое море мёртвых машин и руин, готовых поделиться экзоматериалами, схожими с необходимыми. Из них я создам недостающие узлы и детали, чтобы заполнить эту десятипроцентную брешь.
Однако продолжать работу я не мог: слишком устал, испытывал жажду и голод. Но главная проблема заключалась не в этом – Звёздная Кровь практически иссякла. Нужно было выждать, пока она восстановится. Пришлось отправиться на поиски места для ночлега.
429.
Выбор, прямо скажем, был невелик. Я не хотел уходить далеко от импа. Боевой машине не повредил бы ещё один древодень под открытым небом, но иррациональное чувство противилось мысли оставить почти восстановленный мех без присмотра.
Этот город был рассадником нежити. Хотя самые опасные и крупные твари уже пали от моей руки, я нутром чуял: местная экосистема падали ещё преподнесёт сюрпризы. К тому же сжигать драгоценные капли Звёздной Крови – которых и так осталось немного – на бессмысленные полёты туда‑сюда на Аспекте было бы верхом идиотизма.
Решено: искать лежбище нужно поблизости. Что‑нибудь тёплое и, если повезёт, уютное.
По понятным причинам с «тёплым» и «уютным» в Асиополе наблюдалась острая нехватка.
Пропетляв минут десять по заснеженным руинам, я узнал это место. Память подбросила картину из прошлого: мы с Виторией ван дер Аристер устраивались здесь на ночлег, когда сопровождали Гриви в Аркадон.
Это был остов большого зала приличных размеров – похоже, театра или дома собраний, – наполовину занесённый снегом. Одна стена отсутствовала напрочь и обнажала внутренности здания, словно анатомический срез. Зато остальные три, сложенные из гигантских блоков армированного лиора, держались уже тысячелетия – и, судя по их виду, простоят ещё столько же. Они создавали неплохую защиту от ледяного ветра, который выл в арматурных рёбрах соседних руин, словно голодный зверь.
Внутри зияли пустые глазницы окон, чернели провалы лестничных пролётов. Типичный асиопольский пейзаж – дворец культуры для мертвецов.
Я проник внутрь. Мои шаги гулко отдавались в мёртвой тишине. Я прошёлся по первому этажу, осматриваясь, пытаясь угадать, что здесь было до того, как местное население решили извести под корень. Обломки кресел, остатки сцены, куски лепнины под ногами… Воображение упрямо рисовало какое‑то общественное заведение, где когда‑то смеялись, спорили и жили. Теперь же здесь поселились лишь сквозняки и горькие воспоминания.
Поднялся на второй этаж. Лестница, на удивление, сохранилась. Покрытая толстым слоем пыли и льда, она всё ещё была крепка. Здесь, судя по всему, располагались апартаменты или административные помещения: несколько комнат, соединённых общим коридором. Двери сорваны с петель. Пусто. Холодно. Гуляет эхо.
Наконец – третий этаж. Лестница закончилась щербатым обрывом. Пришлось подтягиваться на руках, цепляясь за торчащую арматуру, и проявлять чудеса акробатики в стиле побитого жизнью космопеха. И тут я наткнулся на то, что искал.
Комната оказалась небольшой и без окон. Один вход – он же выход. Идеальное убежище: враг мог прийти только с одной стороны. Сама комната была завалена невнятными обломками и каким‑то хламом, но расчистить один угол не составило труда – ушло всего пять минут. Так я и поступил: ногами и руками сгрёб мусор в сторону, освободив пятачок чистого пола.
Привычными, отточенными до автоматизма движениями я открыл криптор и установил палатку. Щёлкнул клапан – и она с тихим шипением наполнилась воздухом. Я бросил в неё спальник, рассчитанный на экстремальные температуры. Дом, милый дом.
Но прежде чем забраться в своё уютное и привычное синтетическое логово, нужно было заняться делом. Я сел, скрестив ноги, и приступил к починке Руны Большого Уха. Сосредоточился. Потребовалось несколько минут, чтобы войти в нужное состояние – состояние Рунного Мастерства. Попрощался с двенадцатью каплями Звёздной Крови, безвозвратно списанными с моего счёта.
Возникло мимолётное искушение: создать несколько бронзовых Рун Улучшения и вложить их, чтобы сделать Уха ещё полезнее. Но я тут же отогнал эту мысль. Неоправданная трата ресурсов. Зачем делать из рабочего тауро скакового, если ему всю жизнь воз таскать? Ух и так был хорош для своих задач. Его работа – слушать и предупреждать, а не вступать в бой; лишь иногда – собирать Звёздную Кровь и Руны.
Я активировал Руну. Из серебристого водоворота передо мной вывалился мой фамильяр. Он подпрыгнул, издал радостный писк и фыркнул.
– Сканируй, – приказал я и мысленно транслировал ему задачу. – Радиус – триста метров. Любое движение, любой звук – немедленно доложишь мне.
Ушастый локатор пискнул в знак согласия, развернулся и запрыгал к выходу из комнаты, чтобы занять наблюдательный пост.
Теперь можно было спать. Я закрыл клапан палатки и забрался в спальник. Тепло моментально окутало тело, прогоняя холод. Усталость навалилась свинцовым одеялом.
Ночь прошла на удивление спокойно. Ни единого сигнала тревоги от моего ушастого стража. Никаких шорохов, никаких теней за пределами убежища. Это было странно и немного тревожно – словно город затаился, вымер окончательно.
Наверняка в глубине этих руин скрывалось ещё много опасностей. Но, видимо, с самыми главными моё Копьё уже разобралось – по крайней мере, в этом районе. Впервые за долгое время я спал, не держа палец на спусковом крючке. И это было хорошо.
Утром вылезать из тёплого кокона спальника отчаянно не хотелось. Снаружи, за тонкой мембраной палатки, ждал мороз. Он покусывал кожу, высасывая