Богдан с ошарашенным видом застывает в дверях, и на этом видео обрывается. Так эта коза ещё и блог где-то ведёт? Интересно посмотреть, сколько у неё там фотографий с Елисеем? Он приехал к нам таким заморенным, что вряд ли мог красоваться в ленте поп-дивы. Это надо же бросить ребёнка и укатить заграницу!
Почему Эдику пришлось выкупать Дашу, раз она так туда рвалась? Отбивалась она от поклонников. Ага, сейчас. Это сколько же она через себя за месяц мужиков пропустила. Нет, я не ханжа, но бельё всё-таки стоит сжечь.
Праведный материнский гнев вытесняет прочие мысли из головы. И к приезду Богдана, я утверждаюсь в мысли, что если даже царевич не является его сыном, то мы будем сражаться за мальчонку до последнего.
— Где тут наша Уба? — Открывается дверь, и в палату входит первым Елисей, держась за пальцы Богдана.
Сажусь на кровати, свесив ноги.
— Уба, Уба, — ускоряется Елисей. — Анан! Дай!
— Я сказал, что ты угостишь его бананом, если он ногами протопает через весь коридор.
— Ты ж мой труженик, улыбаюсь малышу. Будет тебе банан, — встаю, чтобы очистить лакомство. — Богдан, помой ему руки.
Отпустив Елисея, который тут же плюхается на попу и замирает в ожидании еды, Богдан обнимает меня со спины и молча прижимает к себе.
— Я так испугался за тебя, — зарывается он носом в мои волосы. — За нашего малыша.
— Богдан, ну я же не маленькая девочка, — от нежности в груди распускается узел, томивший меня весь день.
— Ты моя маленькая девочка, — Богдан разворачивает меня к себе лицом. — Моя славная, любимая девочка.
— Как ты всё разрулил?
Богдан трётся об меня носом.
— Ты всё время забываешь, что я юрист. Для начала я перезвонил Эдику и перечислил ему все статьи, которые грозят им с Дашей за распространение клеветы, моральный ущерб и прочее, прочее. Набралось много.
— Анан, — напоминает царевич о себе.
Богдан отрывается от меня и, подхватив его на руки, тащит в ванную. Иду следом за ними. Я так соскучилась, что не знаю, как переживу, когда они сегодня снова уйдут.
— О чём вы договорились с Дашей?
— Люб, о чём с ней можно договориться? После того, как она удалила видео, я выпроводил её за дверь и сказал, чтобы ждала уведомление с госуслуг.
— А она?
— А что она? Ушла.
— Подожди. Даша Елисея-то видела? — для меня самое странное то, что ни слова не прозвучало о ребёнке.
— Ты бы слышала, как он разорался, когда увидел её. Собственно, из-за этого всё и вышло. Я ушёл его успокоить, а эта курва нырнула ко мне в постель.
— Ужас какой, — качая головой, ухожу порезать банан кружочками. Царевич так любит.
Усаживаем Елисея на кровать и вручаем ему тарелку. Он с важным видом отправляет первое колечко в рот.
— Представляешь, — обнимает меня Богдан за талию. — Даша его Еськой зовёт.
— Безобразие! Так обращаться к его высочеству.
Глава 48
Эдик
Солнце ярко светит в панорамные окна кабинета. Кондиционер работает на полную мощь. Пересматриваю видео с Дашей и отталкиваю от себя телефон. Он летит по поверхности рабочего стола и втыкается в фотографию Любы в зеркальной рамке. Я то возвращаю её портрет на стол, то убираю в ящик. Сегодня мне хочется расколотить его к едрене фене.
Да, видео слабенькое. Думал, чисто позлить, да и то не удалось. Ну ничего. Сейчас мы ещё ребёнком нажмём. Хватаюсь снова за телефон и звоню адвокату.
— Ром, ну чего? Разузнал, можно там повесить на этого парня похищение ребёнка?
— Нет, Эдик. Этот парень сам юрист. Я через знакомого вышел на человека в нужном нам отделении полиции. Так тот сказал, что Кришневский в первый же день и ментов, и опеку на уши поднял. Ребёнок был весьма запущен, к слову. Ты точно хочешь помочь этой девушке вернуть сына?
— Я подумаю. Спасибо, Ром, — звоню Даше. — Ты где?
— На улице, — вздыхает в трубку Даша.
— Там тебе самое место! Фуфло какое-то сняла. Не могла, что ли, телефон где-нибудь поставить незаметно и понежить паренька хотя бы поцелуем.
— Эдик, ты нормальный? — взрывается Даша и плюётся огнём в трубку. — Он жениться собирается! А его баба беременна! Сегодня, по моей милости, как считает Богдан, она оказалась на сохранении.
— Так Люба беременна… — смотрю на фото бывшей жены, с которого она уже много лет загадочно улыбается мне. Мона Лиза, блин.
— Эд, — напоминает Даша о том, что разговор не закончен.
— Анализы твои пришли? — откидываюсь на спинку кресла. Настроение на нуле, моя персональная шкала злости достигла красного максимума.
— Не все. Некоторые десять дней ждать надо.
— Ладно… Садись в машину, скажи водителю, пусть тебя в офис ко мне везёт.
— Зачем? — растерянно спрашивает Даша.
— Двадцатку будешь отрабатывать, — маркером по стеклу пририсовываю Любе кошачьи усы и уши.
— Хорошо. Презервативы купить?
Грамотная девочка. Соображает, что к чему. Прячу Любину фотографию в ящик стола.
— Не надо. У меня тут целая обойма.
— Купить тебе что-нибудь перекусить? Ты обедал?
Ну надо же. Я ей только что буквально сказал, что раком поставлю и драть буду как не в себя, а она мне покушать ещё предлагает привезти. Сама-то тоже голодная, наверное. Они с моим водилой с самого утра там этого Богдана пасли.
— Я уже откушал, но спасибо за заботу. Если ты голодна, то можешь по дороге в автокафе что-нибудь взять. Там по пути непременно будет. Мне тут голодные обмороки не нужны, но, смотри, не обжирайся.
— На «обожраться» у меня денег нет, — огрызается Даша.
— Пусть Серёга заплатит. Я с ним рассчитаюсь. Давай там уже резче.
Так и подмывает снова позвонить Любе. Уже в который раз последний раз слово остаётся за ней. Куда ей вообще рожать? Хотя в тридцать девять она ещё вполне себе. Может Любу хоть после этих родов растарабанит? Разнесёт пердак так, чтобы она оленю своему молодому шею сломала!
Открываю договор, который читал на компе и пытаюсь на нём сосредоточиться. Ткнув кнопку на селекторе буркаю.
— Лена, кофе принеси мне.
Достаю из тумбочки коньяк и грохаю об стол донышком бутылки, в