Возможно, это произойдёт по выходу в «реал», что вероятнее всего, как это было несколько раз со мной. Но, не здесь.
Я всё прекрасно понимал, хоть в некоторые вещи мне отчаянно не хотелось верить.
Да и как может добавить радости и оптимизма факт, что новообразованная Фракция Хаоса начала оправдывать своё название, очень быстро преобразовываясь в то, чем её с самого начала видел весь игровой мир?
Фракция, к развитию которой я приложил усилий больше, чем кто-либо.
А что будет дальше? Мы, в какой-то момент, плюнем на все договорённости с нашими союзниками и объявим войну?
Заново сотрём Дон-Мор и двинемся на Кроат-дум, чтобы по окончанию боевых действий, из первородной Мглы выполз на свет какой-нибудь «кракен» с зелёным маркером союзника и начал пожирать моих же соклановцев, не разбирая, где враг а где друг, сея этот самый Хаос?
Что нам, и мне лично, ждать дальше от Неё?
«Первожрец!!! — в голосе Тиамат прорезалось еле скрываемое раздражение. — Не заставляй меня сомневаться в твоей преданности. Не разочаровывай меня. То, что ты сейчас видишь — выбор тех, кто пришёл под стены моей цитадели. Их сюда никто не звал, — прошипела богиня. — Я защищаюсь теми способами и инструментами, которые мне доступны. Если для этого мне нужно будет всех гоблинов пустить под жертвенный нож во имя Хаоса, я сделаю это. Не задумываясь ни на долю секунды! И ты первый мне в этом поможешь!».
«Нас тоже пустишь…».
Она, к сожалению, была права, но — по-своему. Богиня рассуждала совсем иными категориями, в которых не было место жалости или состраданию.
Был лишь здравый расчёт. Тонкий и циничный, пугающий нечеловеческой рациональностью, бездушностью.
Я понимал, что Тиамат только что сказала правду.
— Свэйн, командуй, — отмахнулся я, борясь с резко нахлынувшей волной головной боли. — Я потом всё объясню. Шевелимся, парни. Делаем своё дело и валим отсюда к демонам.
Голос Богини звучал только в моей голове и был предназначен лишь для одной пары ушей. Вот только почему во взгляде Хассарага, мельком брошенном на меня, мелькнула жалось и капелька сочувствия, будто он прекрасно знал, как мне сейчас плохо?
Он же не мог слышать наш диалог?
Свэйн не стал медлить, моментально включившись в командование с новыми вводными. Ильману с кадавром он, ожидаемо, отправил на прорыв. Первой волной.
Утрамбовщик старался прикрыть нас стандартным «щитом», а остальных же Свэйн рассредоточил по флангам. Арьергард прикрывать не было никакой нужды, поскольку после нас не оставалось ничего — только широкая искрящаяся полоса.
Если начистоту, я вовсе не расстроюсь, если зеленоглазая Ильмана напорется на кого-то более умелого и погибнет в этом прорыве. Меня больше беспокоит созданная ею тварь. Рассыплется ли она горой гниющей плоти или сорвётся утратив контроль?
Сейчас левый от нас фланг неприятеля был полностью занят Ведьмами. Не знаю, кто ими командовал, Лиэль или Карая, но решение было стратегически верное — зацепиться за кусок земли, организовать какое-то подобие обороны и отправить остальных дальше отвоевывать территорию.
Вокруг вздымались каменные пики, словно мы попали внутрь гигантской машины смерти, но пока оставались вне зоны её внимания. Грозный звук срабатывающих боевых заклинаний, отрывистые команды неприятеля, звон клинков…
Я прилагал огромные усилия, чтобы стараться отслеживать окружающую обстановку и снова не поймать в себя что-то пакостное, но это было сложно.
Добравшись до второй «Виверны», снова опрокинул в себя три пузырька с «Зельем маны», злясь на то, что моя безразмерная шкала слишком медленно заполняется.
Фатально медленно.
Снова, зачем-то, видоизменившаяся Фатима вселяла лишь недоумение своим внешним видом. На месте врага я бы тоже задумался, стоить ли лезть на полностью обнажённую женщину с нечеловечески холодным выражением лица, низ которой плавно переходил в змеиный хвост.
Нага.
Теперь она была похожа на рейд-босса из какого-нибудь «данжа» в джунглях Масархуда.
Появление Фатимы вызвало у Ильманы ошеломление. Мне показалось, что она хотела снова отдать своему кадавру команду, но увидев наши лица, сообразила, что у нас всё под контролем.
Огромный, сочащийся Мглой хвост Фатимы обернулся вокруг ракшаса, образовав для него рабочую площадку, примерно пяти метров в диаметре, проигнорировав остальных.
«Не очень то и хотелось».
Метаморфозы, происходившие с Фатимой, меня не столько удивляли, сколько настораживали. И лишь один момент оставался для меня непонятным: где эта паршивка разжилась таким количеством «маны»? Даже я осознавал, что для подобного средним резервом не ограничиться. Не поможет их и десяток.
— Ах ты ж тва-а-а-а-арь, — прошептал я, рванувшись, было, в сторону страшицы. — Какого демона вы творите?
Спустя неприлично долгую секунду, все частички этой мозаики стали на свои места в моём невероятном предположении. Это произошло тогда, когда над «Сердцем Хаоса» раздался противный скрежет, будто Пасть Леты превратилась в огромную стеклянную поверхность, по которой провели большой ржавой иглой.
Я понял, откуда Фатима взяла «ману».
«Даже если у вас всё получится — я лично начищу чьё-то мохнатое заумное рыло!», — внутренне взревел я, кипя от злости на это самовольно принятое решение.
Тупое и идиотское решение!
Потусторонний питомец этого лохматого засранца не придумал ничего лучше, как каким-то фантастическим образом присосаться к крепостному «энергощиту», емкость которого хоть и не сильно ощутимо, но всё же начала проседать, что мне было прекрасно видно во вкладке, отвечающей за мониторинг «Сердца Хаоса».
Голову на отсечение даю, что это стало возможным только благодаря тем каракулям, которыми Ньютон так старательно изрезал все крепостные стены и внутренний двор вокруг донжона, превратив цитадель Тиамат в один огромный незримый зиккурат, по самую верхнюю площадку закачанный халявной «маной».
Зачем тогда была эта вылазка, если лохматый идиот сейчас собственноручно истощает «щиты», чего, в принципе, и хотят добиться нападающие?
Оглянувшись, увидел, что Хассараг уже исчез. Искренне надеюсь, что выполнять свою часть сделки, касательно третьей «Виверны». Но отсутствие упыря меня не так беспокоило, как то, что «энергощиты» цитадели уже успели просесть на одну пятую от своего первоначального запаса.
Полминуты, которые «заказывал» для себя Ньютон, уже заканчивались, когда неприятель, почувствовав неладное, насел на нас с новыми силами.
Если бы не ведьма со своим кадавром, нас бы уже гарантировано вынесли. Несмотря на отсутствие Хассарага, ручная нежить прекрасно справлялась с поставленной задачей — сдерживать яростный натиск.
Напряжение продолжало нарастать. Ещё несколько секунд, и ледяной воздух Пасти начнёт искрить