— Спокойно, — сказал я, подступив ближе. — Это не оружие.
— Знаю, — выдавил Грох сквозь зубы, смотря на побледневшего цверга, который боялся шевельнуться. — Не люблю, когда лезут и трогают.
Техник наконец отмер и благоразумно отступил на шаг. Посмотрел на меня.
— Может, сам наденет? Я покажу как. — озвучил он предложение чуть подрагивающим голосом.
Так и сделали. Грох явно чувствовал себя спокойнее, когда сам крепил на себя оборудование. Хотя вопросов меньше не стало.
— Эт чё, бомба? — он потыкал пальцем в блок передатчика. — Если не то скажу — рванёт?
— Не рванёт, — успокоил его техник. — Если не будешь грызть провода. Но стоит дорого. Разобьёшь — будешь отрабатывать почкой.
— У меня две, — мрачно заметил Грох. — Но обе мне нравятся. Я лучше твою печень продам.
— Я в неё столько бухла влил, что её бесплатно не заберут, — громко заржал цверг. — Но ваще, про почку это шутка. Вон с главным по деньгам говори. Я так, за железо отвечаю.
Камеры закрепили на плечах. Маленькие, чёрные, почти незаметные. Ещё две — на уровне бёдер. Подвесили отдельные микрофоны.
— А эти штуки в голову не лезут? — поинтересовался Грох. — Ну, в мысли?
— Не. Ты чё? — подскочил сбоку Сорк, который только забежал в помещение. — Эт просто камеры. Картинку снимают.
— Точно? — недоверчиво глянул на него дарг.
— Точно, — уверенно кивнул ушастик.
— А если врёшь? — нахмурился Грох.
— Тогда узнаешь первым, — пожал плечами гоблин.
Оператор — тощий мужик с татуировкой на шее, который снимал в трущобах Берлина, где количество убийств на сто тысяч жителей было самым высоким на весь Янтарь, поклацал на планшете, проводя финальную проверку.
— Нормально, — поднял он глаза на цверга-техника. — Картинка идёт. Звук чистый. Теперь твоя проверка и можем запускать.
— Готов? — посмотрел я на Гроха.
Тот пощупал камеру на плече. Покосился на мониторы, где уже появилось изображение — коридор из его перспективы. Низкие каменные потолки. Лица цвергов, которые старались не смотреть в объектив. Его собственные руки — огромные, способные свернуть шею.
— Чувствую себя… как зверь в клетке, — сказал он. — Который прям в ней ходит.
— Привыкнешь, — сочувствующе вздохнул я. — Иначе никак всё равно. Постарайся просто не думать о камерах.
Грох помолчал. Почесал затылок.
— Ладно. Буду терпеть, — обескураженно заявил он. — Чё делать-то ваще надо?
— Гулять и разговаривать, — озвучил я ответ. — Жить обычной жизнью.
— И всё?
— И всё.
Как будто он всё это в первый раз слышит. Говорили ведь с самого начала. И концепцию проекта скидывали. С отдельной краткой версией для тех, кому не нравится много читать.
— Странная у вас затея, — покачал он головой. — Ну да и хрен с ней. Если чё, мне ж скажут? Ну-у-у… Если чё не так будет?
— Считай, что проект уже начался, — посмотрел я ему в глаза. — Правила ты помнишь. Никакого насилия и расизма. Веди себя прилично. Естественно.
— Ага, — буркнул Грох. — Естественно. Понял.
Развернулся и зашагал к выходу. На мониторе качнулась картинка- камеры не успели сразу её стабилизировать.
— Первый пошёл, — прокомментировал оператор.
Я смотрел на экран. Сыро и криво; Но в в этом и есть жизнь. Реальное существование двухметровой машины для убийства, которая пытается не раздавить хрупкий мир вокруг себя. И стать чуть лучше.
— Если он никого не убьёт до ужина, — сказал я. — Считайте это победой.
Глава XX
Следующие несколько часов я провёл в том самом помещении, откуда Грох начал свой путь к славе. Или позору. Пока непонятно.
На отдельном экране, который прихреначили к стене, всплывали сообщения от Фота. «РАКУРС! Дайте крупный план морды!», «Свет отстой, добавьте ламп!», «Где экшн⁈ Почему он просто ходит⁈», «Кстати, вы чё табличку не повесили? Аппаратная — чтобы как у профи.»
— Аппаратная, — повторила Арина, читая с экрана. — Вайб плюс прям. Фотичка молодец.
— Годно, — одобрил Гоша, который сгонял Сорка за парой дополнительных стульев и теперь расселся, закинув ноги на кофр из-под оборудования. — Аппаратная — ничё так. Пафосненько
Арина фыркнула, не отрывая взгляда от центрального монитора с трансляцией.
— Пафосненько — это когда бюджет и время есть, — заметила иллюзионистка. — А тут провода торчат и пахнет, как в подвале у маньяка с деменцией.
Не могу сказать, что она была неправа. Помещение и правда выглядело так, словно его собирали из того, что нашли. Мониторы разных размеров и производителей. Протянутые повсюду кабели. Разнокалиберные стулья. Оборудование. Гудящие стойки с серверами около стены.
Зато картинка с камер шла чёткая. Грох топал по коридору, периодически оглядываясь на собственное отражение в металлических панелях стен.
— Он чё, собой любуется? — хохотнул один из техников.
— Проверяет, как выглядит на камеру, — объяснил я. — Наверное.
На экране, дарг остановился. Расправил плечи. Втянул живот. Попытался изобразить что-то вроде задумчивого взгляда вдаль.
— Вайб каменного истукана, — прокомментировала Арина. — Только не так секси.
— Пусть старается, — пожал я плечами. — Привыкнет со временем.
— Или помрёт от напряжения, шмаглина гигантская, — добавил Гоша. — Вон как жилы на шее вздулись. Щас как лопнут, нахрен…
Грох тем временем двинулся дальше. Свернул в один из боковых проходов и едва не врезался в цверга, который тащил куда-то сумку разноформатных железяк. Тот шарахнулся в сторону, едва не выронив ношу.
Я подался вперёд, вцепившись пальцами в край стола так. Внутри плеснула даргская ярость. Если сейчас размажет этого бедолагу по стене — всё, финита ля комеди. Шоу закончится, не начавшись. Даже если объясню остальным, почему их соплеменника соскребают со штукатурки, цверги точно воспримут идею в штыки. Никакие пламенные речи тут не помогут. Только полные идиоты согласятся дохнуть после чужих слов. Особенно, если тому, кто их озвучил, ничего не грозит.
Грох замер. Правая рука начала подниматься.
— Щас вдарит, — констатировал Гоша, подавшись вперёд с блеском в глазах. — Рихтанёт прям в башку!
Кулак Гроха повис в воздухе. Дарг вдруг остановился. Покосился на него. Снова посмотрел на цверга.
Динамики донесли тяжёлый, хриплый выдох. Звук напоминал тот, с которым выпускают пар из перегретого котла. Или сдерживают рык.
Потом гигантский орк медленно опустил руку. Сделал глубокий вдох. И сделал шаг назад.
— Япнуться ж! Чё с миром стало? — Гоша разочарованно сплюнул. — Я уж думал, щас кишки полетят. А он? Дальше чё? Бабушку через дорогу переведёт?
Я выдохнул. Улыбнулся. Неужто правда выйдет? В самом начале план казался почти идеальным. Но сейчас, когда сюда уже прибыли первый из даргов, всё смотрелось не насктолько радужно.
— Нарезайте! Битва дарга с самим собой, — потрясённо ахнула Арина, клацая по экрану планшета. — Срочно в клип! Это ж золото! В топы со свистом залетит.
А вот и сообщение от Фота: