Между тем Сергей заметил, что нужно идти не им, а именно мне, и потянул меня за длинный закатанный рукав. Серая манжета раскрутилась, и мне пришлось следовать, как собаке за хозяином, на поводке. Сносно лишь то, что место, куда меня насильно тащили, находилось не слишком далеко от входа. Я и раньше тут был, только проходил мимо, лишь краем глаза замечая, что-то официальное и связанное с гибелью самолёта. Теперь же обелиск из чёрного камня разглядел в деталях. На его глянцевой поверхности были выгравированы портреты нескольких человек в лётной форме. Рядом находилось изображение лайнера, если не ошибаюсь, реактивного Ту-104. И, и среди членов экипажа была Катя! Я посмотрел на ту, что стояла рядом, вновь на обелиск, да, одно лицо, один человек… Всё это меня совсем сбило с толку, я уже ничего не спрашивал, и полковник сам рассказал историю несколькими отдельно отрубленными предложениями:
– До Парижа девочка не долетела…
– Ушли на запасной, дотянули.
– Только аварийный выход не открылся…
6. Бархатный сезон
Хотите в отпуск за казённый счёт? Не перечьте полицейским…
Говорят, что из всех народов мы более всего похожи на американцев. Это неправда, поскольку у наших людей я никогда не слышал столь противного звонка на телефоне. Скрип пенопласта по стеклу явно приятнее прозвучавшего ещё во время пояснений по поводу авиакатастрофы. Сергей прервался и кому-то ответил, после чего тема нашего общения резко сменилась:
– Едем, тебе понравится…
– В путь! Ольгу привезут в аэропорт.
Меня, ничего не понимающего, вывели на улицу за рукав также, как затащили в неприятное место, мы сели в «Фольксваген» и укатили несравненно резвее, чем двигались до того.
– Надо так понимать, что вы и жену мою впутали?.. – успел я спросить на одном из крутых поворотов. В ответ вместо чего-нибудь вразумительного вновь услышал слова: понравится, понравится и ещё успокойся…
Дома Катька со своим патроном-наставником или уж не знаю, кем он ей приходился, возились недолго, упаковались и через пару часов мы были в здании аэропорта. Практически одновременно в сопровождении явно нештатского человека появилась и профессорша. Других людей вокруг было немного, среди них мы выглядели, мягко говоря, не гармонично. Вальяжный иностранец с сопровождающей его красоткой сами по себе не сливались с толпой, а клоун в колпаке с прилично одетой дамой вовсе выделяли нашу группку на общем фоне. Ради конспирации следовало бы придумать хоть чего-нибудь оригинальное. Так мне казалось, только мнение «клоуна» тут никого не интересовало. «Клоуну» следовало запомнить, что теперь его звали не Вова, а Николай Юрьевич Комов. Чужой паспорт с моей фотографией мне вручил сопровождающий жены, он же выдал и телефон.
– Взамен твоего, – пояснил Сергей, напомнив, что нельзя вводить пароли.
Потрёпанный вид паспорта соответствовал моей новой фамилии. И если кто-то думает, что стать шпионом или спецагентом под прикрытием очень легко, то он сильно ошибается. Мне, например, старый помятый документ помог уяснить только половину «сверх сложной» легенды, а прочее устаканилось в голове лишь благодаря совпадению с именем и отчеством одного однокашника. В общем пока всё происходящее, вопреки предсказанию полковника, мне решительно не нравилось. Ольга же была спокойна, даже слишком. Очевидно, что ей объяснили происходящее не так как мне, а по-человечески. Госпожа Комова оставалась со старым именем. Это к счастью, так как полную трансформацию моей худой памяти осилить бы не удалось…
К 16 часам мы уже сидели в самолёте. Поскольку рейс Москва-Сочи для меня сегодня оказался уже вторым или третьим, я буквально ощупал подлокотники, дабы убедиться, не во сне ли собираемся с перелётными птицами к морю. Но нет, в этот раз путешествие, вроде бы, состоялось наяву. Только пассажиров в салоне разместилось необычно мало, и поэтому меня продолжало преследовать ощущение какой-то декорации. Зато нам на четверых досталось по три сидения с каждой стороны прохода. Когда разрешили отстегнуть ремни, Катька уснула, вернее просто закрыла глаза, голова оставалась в вертикальном положении. Люди так не спят. Сергей пояснил, что в подлокотнике бесконтактная телефонная база, она медленная, и наша девушка будет от неё заряжаться весь полёт. Сам он взял планшет и занялся черчением каких-то графов. Ольга тоже нашла занятие: прилепила Катьке на запястье стикер. Через пару минут на наклейке высветился штрих-код. Наш персональный биолог считала его своим телефоном и погрузилась в таблицу результатов.
– Шпионишь за шпионами? – съехидничал я:
– Какая разведка тебя завербовала?
– На кого работаешь, МИ-6 или КНР?
– Признавайся…
Надо было болтать, иначе меня единственного, оставшегося без дела, сморил бы сон, чего с учётом скверного опыта и посещения Томска нельзя было допустить ни в коем случае. Иначе легко можно было проснуться заключённым где-нибудь на Соловках в 37-м году, либо ковбоем и пасти коров в Техасе. Посему, решив не смыкать глаз, я держался весь полёт, а затем, кажется, ещё несколько ночей, пока не принял реальность, как единственно возможный вариант бытия. Жена мне в помощь поддержала стремление не спать и ответила серьёзно:
– Нет, мне разрешили, даже сами программу в телефон поставили. Буду изучать биоткани нашей попутчицы. Пригодится для пособия студентам.
– А она спит, или просто сидит с закрытыми глазками? – поинтересовался я.
– Думаю, что правильно назвать это сном, обменные процессы заторможены, расход энергии минимальный и идёт насыщение периферийных покровов. Всё похоже на отдых человека. Потом у неё объём биомассы почти такой же, как у нас. И внутри наших тел в скором будущем может быть железа не меньше, чем у неё. Так и сравняемся, – пояснила Оля.
Мне оставалось только удивляться и спрашивать, откуда она всё это знает:
– Ты, случаем, у нас дома на кухне в чашках Петри проращиваешь не армию роботов?
Жена рассмеялась:
– Нет, дома я проращиваю огурцы и помидоры…
– И у нас даже в университете нет такого оборудования.
– Ну, понятно, это, как всегда, – прозвучало моё мнение:
– Как же тогда студентов учат, если нет ничего?
– На пальцах или на помидорах и огурцах, что ли?
– Нас, помнится, тоже так учили. Кто коробку передач сам разбирал, тому понятно было, а для остальных болты и шестерни, как говорится, «слились в протяжный вой» …
– С помидорами всё несколько иначе, – возразила жена, и ещё пояснила:
– Высшие растения и беспозвоночные животные возникли примерно в одно время, 500…450 миллионов лет назад. Они отличаются, но есть