— Доступ получен, — сообщил симбиот без эмоций. — Архитектура узнаваема. Базовые контуры совместимы. Центр зафиксировал вмешательство в систему.
— Обеспечь подключение инженерной группы, — коротко приказал я.
— Сервисные узлы центра раскодированы и находятся в режиме диагностики — Почти мгновенно ответил симбиот.
— Баха, твой выход. — Я отключил разъем. — Сервисные узлы в твоем распоряжении.
Инженерная группа втянулась внутрь почти сразу. Баха шёл впереди своих, спокойный, сосредоточенный, с тем выражением лица, которое у него появлялось только в двух случаях: либо он решал невозможную задачу, либо уже её решил.
— Спасибо командир, мы подключаемся, — доложил он. — Берём опорные контуры под контроль. Мне нужно время.
— У тебя будет время, — ответил я. — Кира, готовь периметр.
Штурмовая рота рассосалась по управляющей зоне, занимая узловые точки, которые для человека выглядели случайным набором выступов и наростов, а для симбиота — критическими точками прохождения сигналов. Мы не стреляли. Мы занимали пространство.
Инженеры напряженно работали уже несколько минут, а мы приготовились к обороне, ожидали атаки охранных систем, но беда пришла откуда не ждали…
Всё случилось внезапно. Снаружи, в ближнем периметре, произошло то, чего я не ожидал даже в худшем сценарии.
Мой симбиот буквально взвыл:
— Атака по трофею! Центр дал команду на уничтожение всех нестабильных единиц в периметре!
— Кто атакует⁈
— Всё! Платформы охраны! В том числе наши охотники охранения!..
Я успел увидел это через телеметрию погибающего корабля, тут же подключившись к нему: пять старых охотников, ещё минуту назад стоявших «щитом», синхронно развернулись и ударили по трофею в упор. Без предупреждения. Без сомнений. Трофей не успел даже начать манёвр.
Вспышка. Разрыв. Обрыв сигнала.
— Связь с кораблём потеряна, — сухо сообщил симбиот. — Охранение тоже уничтожено. Вероятность выживания — ноль.
— Третья группа — взять под контроль стыковочный шлюз! — Тут же отдала команду Кира, и с беспокойством задала мне вопрос — Что происходит⁈
Ответить я не успел. Сеть дёрнулась. Управляющий узел вдруг перестал быть распределённым. Он собрался. Схлопнул внутренние каналы, как мышцы, сведённые судорогой. Коридоры, тоннели и шахты начали менять свою конфигурацию — до боли знакомая картина, так же делал и наш трофейный хаб, когда отражал атаку абордажников.
— Командир! — голос Киры резанул эфир. — Изоляция! Мы потеряли связь с третьей и второй группой!
Интерфейс на моем визоре мигнул красным. Потом ещё раз.
— Подтверждаю, — выдал симбиот. — Внутренние сегменты разделены. Локальные контуры автономны.
Я попытался пробиться — поздно. Узел уже принял решение. На секунду внутри стало очень тихо. Я почти слышал, как бьется моё собственное сердце.
— Командир, — Кира уже говорила жёстко, как в бою. — Нам нужно решение. Сейчас.
Я открыл рот, чтобы отдать приказ — и в этот момент в эфире появился Баха.
Чисто. Уверенно. Без помех.
— Не суетись, командир, — сказал он спокойно. — Всё уже закончилось.
Я медленно повернул голову, хотя он был не рядом.
— Повтори, — сказал я.
— Я взял центр под контроль, — так же ровно продолжил Баха. — Полный. Все управляющие контуры. СОЛМО теперь слушают меня. Только меня!
Я почувствовал, как что-то внутри холодеет.
— Ты… что сделал?
— То, ради чего вообще стоило лезть сюда, — ответил он. — Ты дал мне доступ в систему СОЛМО. И я её возглавил. Прямо сейчас корабли охранения остальных командных центров нанесли удар по системам внешней связи своих подопечных. В течении часа я думаю добьют полностью. Сейчас этот центр единственный функциональный. Мой центр!
Кира выругалась. Штурмовая рота молчала.
— Так это ты наш корабль уничтожил и нас в отсеках запер? — Спросила Кира голосом, который не предвещал инженеру ничего хорошего.
— Я девочка, я — Рассмеялся Баха — А кто ещё? СОЛМО теперь слушает только меня. Но не переживай, вы изолированы временно, чтобы вы сами себе не навредили, я вас позже отпущу.
— Ты предал нас, — сказал я. Не обвиняя. Констатируя.
— Нет, — мягко возразил Баха. — Я сделал следующий логичный шаг.
Он помолчал секунду и продолжил, уже чуть тише:
— Ты всё время говорил: нельзя оставлять такую систему без хозяина. Что если её просто разрушить — будет хаос. Миллиарды жертв. Ты прав. СОЛМО не понимают коллективного управления. Им нужен один источник воли. Один эталон. Один центр принятия решений.
— И ты решил, что это будешь ты?
— Я единственный, кто их понял, — жёстко ответил Баха. — Единственный, кто не пытается навязать им человеческую мораль. Я инженер. Я мыслю системами. А ты… ты и так уже забрал себе управляющий симбиот АВАК! А ведь он должен был быть мой!
— Баха, зачем? — Спросила Кира — Что ты собрался делать со всем этим один, запертый в этой консервной банке?
— Не Баха! Не называй меня больше этой собачей кличкой девчонка! Меня зовут Бахман Бала-сахиб! И ты спрашиваешь зачем⁈ — Инженер буквально взорвался — А кому я должен был отдать СОЛМО⁈ Этому перекаченному красавчику, который трахает тебя, шлюха⁈ Почему ему⁈ Чем он лучше меня⁈ Я делал большую часть всей работы, когда мы прилетели в эту галактику! Собрал боевой частотный генератор, чистил корабельные искины, взламывал для вас программы и коды, рисковал своей жизнью, а что получило взамен⁈ Издевательское отношение, неуважение, пренебрежение! Да мне никто спасибо даже не сказал, хотя без меня вы давно бы погибли!
Пауза.
— Что делать с СОЛМО я как ни будь разберусь без вас. Если не буде натравливать на меня АВАК, то возможно никто даже не пострадает. Просто остановим эту войну, и каждый займется своими делами. А если нет… со зверюшками я как ни будь справлюсь, благо АВАК я успел хорошо изучить. — Баха снова сделал паузу, а потом продолжил уже спокойнее — Один я точно не буду, единомышленники у меня найдутся. Из моей инженерной группы со мной уже два человека, остальные пока думают, но тоже наверняка не откажутся. И кстати, пока мы с вами тут болтали, пока я разносил на куски трофей и охранение, я встроился глубже. Ты дал мне время.