Это не слишком долгая прогулка — может, мне так покажется, если мне придется нести ее на руках.
Она понимающе смотрит на меня. — Ну ладно, крутой парень. — Она бросает мне куртку Рэмси и поворачивается, чтобы пройти обратно через двери на главную арену, но останавливается и оглядывается на нас. — Я скажу это только один раз...
Я киваю, чтобы она продолжала.
— Пожалуйста, не разбивай ей сердце. Я знаю, что она ведет себя жестко, но в глубине души это не так, так что просто не причиняй ей боли, ладно?
Я не знаю, как я мог разбить то, чего у меня нет, но я ловлю себя на том, что киваю головой, несмотря ни на что, предупреждение, о котором я и не подозревал, было услышано.
— И спасибо, Хадсон, за заботу о ней… Я знаю, что с тобой она в безопасности — по крайней мере, физически.
Со мной ей хорошо, ранена она или нет, я убью любого, кто попытается причинить ей боль, разорву на части.
Я киваю Джульетте, и она исчезает за дверью.
Я глубоко вздыхаю и провожу рукой по волосам.
Я не знаю, что, черт возьми, я делаю.
Я слишком глубоко увяз в отношениях с этой девушкой и не уверен, что смогу выбраться обратно.
Я выдыхаю еще раз и опускаю взгляд на женщину, которая медленно, но верно завоевывает мое сердце.
Ее широко раскрытые золотистые глаза смотрят на меня.
— Наконец-то, — шепчу я. — Я уже начал беспокоиться.
— Что случилось? — она дышит, пытаясь сесть.
Я нажимаю ей на плечо и удерживаю на месте. — Успокойся, ты упала в обморок.
Она стонет и поднимает руку, чтобы прикрыть лицо. — Только не это.
— Боюсь, что так, но в твою защиту могу сказать, что было много крови.
Она морщится.
— Прости. Слишком рано.
Она делает глубокий вдох и расслабляется в моих объятиях.
— Тебе обязательно было выносить меня отсюда?
Я киваю.
Она снова стонет и поворачивает голову так, что ее лицо скрывается в моей футболке. — Ты мог бы заставить Джастина сделать это.
— Он пытался. Я бы ему не позволил.
Она украдкой смотрит на меня. — Почему нет?
Почему нет? Какой сложный вопрос.
Потому что я хотел обнять тебя.
Потому что мысль о том, что ты будешь далеко от меня, вызывает у меня беспокойство.
Потому что я хочу заботиться о тебе.
Потому что ты моя.
— Я не хотел, чтобы он пропустил бой, — говорю я вместо этого, и ложь слетает с моего языка, как правда.
— Вот черт, из-за меня ты пропустил бой Расти? — Она пытается слезть с моих колен, но я сильнее ее, и она никуда не денется, особенно из-за драки, которая меня совершенно не волнует.
— Расслабься. Схватка окончена — Расти победил.
— Он это сделал? — спрашивает она, и ее голос от волнения повышается на октаву.
Я киваю.
— О, ура!
Я усмехаюсь. Она чертовски милая. Она ненавидит спорт, но все равно ходит на занятия. Она падает в обморок при виде крови, но все равно радуется победе своего друга.
Рэмси Эштон слишком хороша.
Определенно, слишком хороша для такого парня, как я.
— Джастин и Джулиет останутся и досмотрят остальные бои.
Она закатывает глаза, и я смеюсь.
— Но мы с тобой, Пинки, отправляемся домой
Она быстро качает головой. — Можешь вернуться и посмотреть, я и так уже отняла у тебя достаточно времени на этот вечер.
Я пронзаю ее взглядом. — Если ты думаешь, что я собираюсь сделать что-то еще, кроме как проводить тебя домой, то ты плохо меня знаешь.
— Хорошо, — выдыхает она, медленно моргая.
— Ты сможешь устоять на ногах? — спрашиваю я, осторожно приподнимая ее, так что она оказывается у меня на коленях.
Она краснеет, когда ее рука касается моей промежности.
— Я в порядке. Я действительно сожалею об этом.
Может, ей и жаль, но мне нет. Я бы держал ее так весь день, если бы мог.
Я стою, все еще прижимая ее к себе.
Ее глаза не отрываются от моих, пока ее ноги касаются пола.
Она цепляется за мои плечи, и наши тела соприкасаются.
Если бы Джастин вышел и увидел это, он бы надрал мне задницу.
— Спасибо, что заботишься обо мне, — шепчет она, прежде чем высунуть язык и облизать губы.
Она такая сексуальная, даже когда не пытается быть такой.
Я уже собираюсь отпустить ее, когда она наклоняется ближе, касаясь губами моей щеки.
Джастин определенно надрал бы мне задницу за это.
Черт, я был бы мертв, если бы он знал, о чем я думаю, когда дело доходит до женщины передо мной.
Она бросает взгляд на мою куртку и свой свитер. — Ты готов идти домой? — спрашивает она, и я на мгновение позволяю себе поверить, что это приглашение.
* * *
Я смотрю на наши соединенные руки, раскачивающиеся между нами, и чувствую себя подростком, который впервые встречается с девушкой.
Я уже давно не невинный подросток, один взгляд в зеркало говорит об этом ясно и недвусмысленно, но, черт возьми, эта женщина все равно заставляет меня чувствовать себя таковым.
Мне удалось взять ее за руку, притворившись, что все из-за того, что ей плохо, но, думаю, мы оба знаем, что это была ложь.
С ней все в порядке. Я был прав, свежий воздух пошел ей на пользу.
У нас впереди двадцатиминутная прогулка. Я бы хотел, чтобы это длилось в пять раз дольше, потому что я знаю, что как только я провожу ее до двери, мне ничего не останется, кроме как сесть в машину и вернуться в свой большой пустой дом.
Это не то, чего я хочу.
Она — то, чего я хочу.
— Как ты увлекся борьбой? — спрашивает она, и ее глаза сияют в лунном свете.
— В детстве я занималась тхэквондо, затем джиу-джитсу и карате, у меня больше черных поясов, чем я знал, что с ними делать, но я никогда не был полностью удовлетворен. Я пробовал заниматься боксом, кикбоксингом, а потом нашел свой путь в спортзал ММА. — Я пожимаю плечами. — Думаю, я никогда оттуда не уходил.
— Джастин был таким же; он живет и дышит спортом, но для него это было по — другому — у него почти не было выбора, когда он рос, но ты… ты, должно быть, был рожден для этого, чтобы найти свой путь к такому уровню без поддержки семьи.
— Я мог бы сказать то