- Увидел и увидел, - хмыкнул Демьян. - У тебя этих знакомых девочек два миллиона, что ж на каждую оборачиваться?
- Да нет, конечно.
- Поворачивай. Отвезёшь меня в офис.
Никита развернулся на ближайшем перекрёстке, выполняя указание дяди. Всю дорогу до офиса он молчал, погрузившись в какие-то размышления, хотя до этого оживлённо болтал с Демьяном.
Автомобиль замер на паркинге у высокого здания, сложенного из синих стеклянных кубов.
- Какие планы на вечер? - поинтересовался старший Кольцов.
- Намечается встреча с друзьями.
- Ну, как обычно. Знаешь, Ник, пора тебе завязывать вот с этим всем.
- С чем же?
- С твоей беззаботной жизнью.
- Дем, да ладно, не занудствуй. Успею ещё впрячься. Так, ну я побежал. Меня друзья ждут, а тебя биржевые сводки, отчёты и китайские партнёры.
- Вали, дармоед.
Демьян махнул рукой, очертил напоследок взглядом хищный силуэт своего нового автомобиля и направился к стеклянному входу здания.
А Никита сунул руки в карманы джинсов и, не торопясь, двинулся в противоположную сторону, прочь от штаб-квартиры, где его дядя ворочал миллиардами.
Почему так странно подпрыгнуло к горлу сердце, когда слева на тротуаре промелькнула тонкая девичья фигурка с копной золотых волос?
Никита провёл пальцем по нижней губе, воскрешая в памяти тот сладкий и тающий поцелуй в бассейне. Он почему-то никак не мог его забыть, при том что нехватки женской ласки вовсе не испытывал.
Та девушка, которая стояла под тополем и разговаривала по телефону, никак не могла быть Ксюшей. Безусловно, он ошибся. Ксения сейчас в Ницце, она учится, у неё даже учебный год ещё не закончился…
Никита снова сунул руки в карманы и шумно вздохнул. И тут же удивился, почему вздыхает. Сам от себя не ожидал, что будет вспоминать о девушке, с которой был знаком всего два дня…
Как ловко он уронил её в бассейн… И каким же чудесным был тот поцелуй…
Но какой яростный отпор дала ему блондинка! Она с характером. Причём её возмущение было искренним, Ксения действительно не желала иметь с ним дела. Для парня, привыкшего к постоянному вниманию девушек, это необычные ощущения…
- Да ерунда, - Никита тряхнул головой, прогоняя наваждение. – Что-то я зациклился на этой Ксюше.
8
КСЕНИЯ
Шифроваться дальше не имело смысла. Я спалилась по полной программе - мамуля увидела вывеску у меня за спиной.
- Мам, так я же в Москве, - пролепетала жалко.
- В смысле… Как?! Но почему, Ксюш?
Я не смотрела на экран, а шарила взглядом по красивой чугунной решётке, опоясывающей внизу ствол тополя, и по маслянистым комьям чернозёма. Промелькнула неуместная мысль, насколько же здесь чисто – плиточный тротуар будто вымыли с шампунем, вокруг дерева ни одной бумажки или окурка. На юге Франции я наблюдала совсем другую картину.
А мама ждала ответа, пока мой мозг судорожно цеплялся за отвлекающие картинки. Я боялась сделать признание и изо всех сил оттягивала критический момент.
- Ксюша, не молчи, пожалуйста! У меня уже инфаркт! Ты должна быть в Ницце!
- Мам… Моя стажировка…
- Ну?!
- Моя стажировка… закончилась.
- Ка-а-а-ак?!
- Так получилось, мам.
- Что значит – так получилось?!
- Я решила подработать… Чтобы из тебя бесконечно деньги не тянуть… Но об этом случайно узнала администрация. И меня сразу же отправили домой, так как я нарушила внутренние правила университета.
- Ксюша… Господи…
Маме потребовалось время, чтобы переварить новость. Мучительная пауза длилась целую вечность. Я грызла губы и старалась не смотреть на экран. Вновь уставилась на чугунную решётку, скользила взглядом по завиткам и кольцам.
- Как же так, доченька… У меня сейчас сердце остановится… Вот просто так взяли и отправили домой?! Но это жестоко! А я ведь чувствовала! Когда ты сказала больше не присылать денег, у меня сразу закралось подозрение!
- Прости, мам…
- И кем ты устроилась?
- Да так… Подай-принеси… Типа официантки… Обычная работа для студента. Своим они не запрещают, но иностранцам нельзя. Извини, пожалуйста! Мне очень стыдно, что так получилось. Я проклинаю себя.
- Когда же ты вернулась?
- Пять дней назад…
- И не сказала!
- Прости, я так виновата!
Мама замолчала ещё на несколько минут. Она тёрла глаза, наполнившиеся слезами, и видеть это не было никаких сил. Заметила, что кожа на её пальцах малиновая, с пузырьками, словно содранная до мяса. Наверное, мама ещё и подработку в клининге взяла…
Господи, как же стыдно! Мне хотелось провалиться сквозь землю… А ведь я ещё не всю информацию сообщила. Вторая новость гораздо ужаснее.
- Ксюша, Ксюша… - всхлипнула мама. – Доченька… Ну как же так…
Лучше бы она начала на меня кричать.
- Но это ещё не всё, мам, - замогильным голосом произнесла я.
- Господи… Доча… Что ещё ты натворила?!
Я собралась с духом, изо всех сил сжала в кулак руку, ощущая, как ногти впиваются в ладонь. Чувствовала, как по спине между лопаток сползает ледяная капля. Сердце стучало через раз, странно замирая после каждого удара и лишая лёгкие воздуха.
- Из-за того, что я прокололась со стажировкой… не оправдала доверия… подвела… В общем, из университета меня тоже отчислили.
- Нет! – вскрикнула мама и зажала рот ладонями. Её глаза, мокрые от слёз, пылали ужасом и неверием.
Весь мир сузился сейчас до экрана моего смартфона. Не слышала автомобильного гула, не видела потока людей на тротуаре… Боялась, что сейчас моей бедной мамочке станет плохо. Ей и так уже плохо. А если ещё и сердце прихватит…
И это всё из-за меня!
- Ксюша, скажи, что я сплю… И это просто дурной сон, - умоляюще произнесла мама спустя три бесконечных минуты, в течение которых я успела провалиться в ад и там изжариться на сковороде.
- Мам, прости…
- Ксюша, я не верю… Ты пошутила… Не может быть, чтобы тебя отчислили… Подумаешь – подработала. Все студенты подрабатывают, жизнь у них такая. Что ж, сразу из-за этого отчислять?!
- Но меня отчислили.
- Нет, я не могу в это поверить… В голове не укладывается… Это какой-то кошмар… - Мама потёрла лоб ладонью, убито покачала головой. – Мне ещё надо подумать… Осознать… Постой, а что я скажу подругам? А на работе? Во дворе? Я же всем уши прожужжала, какая у меня невероятная доченька – и в Москве учится, и во Францию