- Помню. У него ещё грива до лопаток. Викинг, блин!
- Точно. Он самый.
- Но как же я Ксюшу одну оставлю! – вскинулся Никита.
- Так ты работать собираешься или за её юбку держаться?
- Ну… Работать.
- Считай, что это твоя первая командировка. Ксюша будет гордиться таким работящим женихом. – В глазах Стаса прыгали чёртики.
- Хватит издеваться! Ладно, по рукам. Договорились.
Из офиса Никита вышел в прекрасном настроении. Правда, когда он спускался в лифте, его мучала мысль о предстоящей разлуке с невестой. Он и не предполагал, что будет так трудно оторваться от Ксюши. Уже почти две недели они жили в одной комнате, и это совместное существование было соткано из улыбок, перепалок, лёгких прикосновений и жарких объятий.
День и ночь Никита представлял, как овладеет своей невинной невестушкой, и у него рвалось дыхание и замирало сердце. Обычно ему требовалось от пятнадцати минут до пары часов, чтобы соблазнить девушку. Но Ксения испортила всю статистику. Как ни странно, плейбоя это вовсе не волновало.
В тот момент, когда двери лифта открылись на первом этаже, у Никиты созрело гениальное решение: просто надо взять Ксюшу с собой! Они слетают в командировку вместе, он снимет президентский люкс в каком-нибудь крутом отеле – Стас говорил, что у его друга Богдана на черноморском побережье целая сеть. Будут плавать в море, загорать, а в промежутках он, так и быть, немного поработает.
Вот и славно!
Предвкушая возвращение домой, Никита заехал в цветочный магазин и выбрал букет из белых лилий и фиолетовых орхидей. Представил, как засияет Ксюша, увидев цветы и его самого – она наверняка бросится к нему на шею.
Никита расплылся в довольной улыбке, положил букет на пассажирское сиденье и завёл мотор. Ярко-красный спорткар рванул с места с утробным рычанием.
КСЕНИЯ
Утром с огромным удивлением обнаружила, что моего красавчика нет в комнате. Даже постельное бельё с дивана было убрано в шкаф.
Куда испарился Никита?
Обычно я просыпалась первая и шла в ванную, а когда возвращалась, сонное полуголое сокровище уже раскачивалось на диване, тёрло глаза руками и бухтело, что вставать так рано – это преступление.
Но сегодня я осталась в спальне одна. Вдруг увидела на прикроватной тумбе записку: «Привет, маленькая соня! Уехал по делам, скоро вернусь. Целую, твой почти-муж».
Я не соня!
- Недолго музыка играла, - улыбнулась Анна Андреевна, когда я появилась в столовой. – Никита вернулся к прежнему режиму? Опять будет спать до двенадцати? А мы-то обрадовались.
- Нет, я его видел, он уже куда-то умчался, - возразил дед.
- Так рано? На него не похоже, - удивилась бабуля.
Трое Кольцовых вопросительно уставились на меня, в надежде, что я объясню им эту загадку. Но я только пожала плечами и процитировала записку:
- Уехал по делам. Обещал скоро вернуться.
На завтрак повар предложил, как обычно, целый список блюд, как в ресторане, и я выбрала овсянку со свежими ягодами и венскую вафлю с шоколадом. Райская жизнь! Даже посуду за собой убирать не надо, а мыть – тем более.
Вернулась в спальню и с грустью огляделась: как же здесь пусто без Никиты! Когда же он вернётся? И что задумал?
Внезапно в голову пришла мысль, от которой я зависла на несколько минут… Если контракт с Агаджаняном был подписан уже полмесяца назад, значит, Никите не было смысла брать меня с собой в Москву! Он мог спокойно вернуться один!
Вчера, когда мутузила Никиту подушкой, я об этом как-то не подумала… Ну я и тормоз!
Неужели Никитины чувства ко мне действительно отличаются от мимолётного интереса, который он обычно испытывает к девушкам? Ник утверждает, что так и есть. Но ведь я ему не верю!
Как сложно!
И всё равно, на душе потеплело: получается, что Никита привёз меня в столицу вовсе не по приказу своего дяди…
Опустилась на кровать и взяла в руки планшет. Сегодня уж точно появятся списки зачисленных абитуриентов, сколько можно тянуть!
Едва открыла сайт института, как сердце рухнуло в пропасть, полетело вниз со сверхзвуковой скоростью. Списки на самом деле появились.
Не дыша и покрываясь испариной от волнения, я скроллила страницы, фамилии так и мелькали перед глазами… Но меня в списке не было!
Уже понимая, что произошло непоправимое, принялась снова искать своё имя. Тщетно. Я не поступила…
Отчаяние, обида, возмущение захватили меня. Но на кого обижаться?
Я упала на кровать, подмяла под себя подушку и заревела. Через секунду наволочка уже была насквозь мокрой, а рыдания клокотали в горле, не позволяя полноценно вдохнуть.
- Малыш, что случилось?! – услышала я за спиной родной голос, а в следующее мгновение сильные руки оторвали меня от кровати.
Всхлипывая и размазывая слёзы, я смотрела на Никиту. Сквозь мутную пелену увидела роскошный фиолетово-белый букет, который он мне принёс.
- Я… Я… Не поступила!
- О-о-о, - расстроенно протянул Никита. Он прижал меня к груди и начал гладить по голове, утешая, как маленького ребёнка. – Ну вот… Этого я и боялся… Всё-таки, бюджетных мест очень мало… Конкуренция бешеная. Вон какие очереди были в вузах, куда мы с тобой ездили. Но ты сделала всё, что могла. Ты умница, Ксюш! Не плачь, милая…
- А что теперь… Я не хочу… возвращаться… в наше захолустье, - призналась, захлёбываясь слезами и вздрагивая после каждого слова.
- Так мы тебя и не отпустим! – взвился Никита и обнял ещё крепче, чуть рёбра не затрещали. – Даже не мечтай.
- Но оставаться здесь – это значит обманывать вашу семью! Все ко мне так хорошо отнеслись… Твои родственники… Они чудесные, милые, добрые! Но я знаю, чего они ждут от меня, и не смогу им этого дать.
- Как-то ты всё усложняешь, зайка! Ну всё, прекрати рыдать, ты мне сердце разрываешь.
Я выбралась из Никитиных объятий и ушла в ванную. Умылась холодной водой, несколько минут рассматривала себя в зеркале – красные глаза, трагический взгляд… Надо собраться в кучку и прекратить истерику. Никто же не умер. Просто мне не повезло, вот и всё.
Едва появилась в комнате, Никита подскочил ко мне и схватил за руки.
- Малыш, давай, всё-таки, на