Никита так умело обращался со мной, так ловко дразнил и будоражил, что вскоре мне захотелось чего-то более… ощутимого.
Я таяла и всхлипывала и уже ни о чём не думала, лишь с готовностью вручала себя партнёру, не сомневаясь, что он всё сделает правильно.
Смутилась только на мгновение – когда, открыв глаза, вдруг обнаружила, что наше одеяло куда-то испарилось. Когда это произошло? Была настолько разгорячена поцелуями и объятьями, что даже не заметила, что лежу совершенно голая. Если что меня и укрывало – так только броня из литых мускулов Никиты.
- Ты невероятно красивая… - восхищённо прошептал он.
Напряжение становилось невыносимым, ласки опытного партнёра подтолкнули меня к границе, когда удовольствие превращается в сладкую пытку, и уже нет сил его терпеть.
- Никита… - простонала я. – Милый…
- Ксюша… Я влюбился в тебя… Ты сводишь меня с ума, - признался Никита.
Он снова накрыл мои губы жарким и требовательным поцелуем, а в следующую секунду я почувствовала, что на меня надвигается нечто неумолимое и твёрдое, как монолит, от чего не увернуться и не сбежать. Успела только испуганно распахнуть глаза и ахнуть… И тут же низ живота пронзила острая боль - она вспыхнула яростно и ярко, опалив каждый нерв.
- Малышка… Потерпи немного… - лихорадочно прошептал Никита и прижался своим лбом к моему.
А уже через пару мгновений боль растворилась в горячих волнах удовольствия, которые накатывали одна за другой и поднимались всё выше, пока не захлестнули меня с головой. Я задохнулась, из глаз брызнули слёзы.
- Милая, прости… - Никита на миг придавил меня, с глухим рычанием уткнулся мне в плечо, но тут же перекатился в сторону. Всё его тело содрогалось от сладких конвульсий. Я пока не могла разделить с ним это блаженство.
- Малышка… Сделал тебе очень больно, да?
Я улыбнулась сквозь слёзы. От резкой боли не осталось и следа, сейчас я испытывала только бесконечную нежность к молодому мужчине, который только что превратил меня в женщину, сделал своей.
Никита лёг на спину и подтянул меня к себе, уложил на грудь. Прямо в ухо стучало его сердце, его ритм ещё не выровнялся после испытанного удовольствия.
- Не ожидал, что сегодня получу от тебя такой подарок, Ксюш… Теперь ты полностью моя. Моя девочка, моя женщина. И… Прощай, диван!
Я засмеялась и погладила Никитино плечо, потёрлась носом о его твёрдую грудь.
- Ник, а тебе… со мной… Тебе со мной понравилось? – спросила неуверенно.
- Да я в раю побывал! Я так долго мечтал об этом!
- Правда?
- Ты смеёшься сейчас, да?
- Да ты дрых, как сурок, на своём диване и не обращал на меня никакого внимания! Почти две недели!
Никита сжал мою голову ладонями, заставил приподняться и пару секунд пристально смотрел в глаза.
- Не обращал внимания? Ох, какая же ты у меня, оказывается, глупая, Ксюш! Дурочка маленькая.
Затем произошло что-то непонятное – каким-то загадочным образом Никита снова очутился сверху, а я под ним, лишённая возможности пошевелиться. На меня снова обрушился поток жарких поцелуев, и вскоре я почувствовала, как всё тело опять затапливает возбуждением…
26
КСЕНИЯ
В командировку моего прекрасного рыцаря провожали как на войну. Оно и понятно, ведь это была первая деловая поездка Никиты, и, по сути, его первый рабочий день.
Кольцовы столпились в холле.
- Давай, дружище, не подведи! Я в тебя верю, - обнял племянника Демьян Андреевич.
А я порадовалась, что всё-таки решила остаться дома, несмотря на страстные уговоры. Как бы сейчас выглядел Никитушка в глазах дяди, если бы прихватил в поездку невесту? Это несерьёзно!
Дед в качестве напутствия стукнул кулаком о кулак внука, а мама и бабуля задушили ребёнка в объятьях. Потом нас оставили вдвоём, чтобы мы смогли спокойно попрощаться. Я не поднимала глаз – мне почему-то казалось, что все видят, какая со мной произошла перемена.
Никита сразу же стиснул меня в объятьях и овладел моими губами. А я обняла его за талию.
- Жёнушка моя чудесная… Ты будешь ждать моего возвращения?
- Конечно! Разве есть варианты? – изумилась я. Жаркий поцелуй таял на губах, напоминая, что у нас случилось этой ночью, и от этого воспоминания по венам метался огонь.
- Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? – Никита многозначительно указал глазами вниз.
- Нет, - шепнула я смущённо. – Всё прекрасно.
- Вернусь – и сразу повторим. Не знаю, как я проживу эти два дня. Совсем не хочется с тобой расставаться.
- И мне не хочется… - отозвалась грустным эхом. – Но ты постарайся, всё же, думать не обо мне, а о работе. Стас устроил тебя в компанию, нельзя его подвести.
- Да не подведу! – самонадеянно заявил командировочный.
- А я сегодня постараюсь сдать один зачёт. И подготовлюсь к двум другим.
- Тебе лишь бы учиться, отличница ты моя, - Никита поцеловал меня ещё раз на прощанье. – Как же трудно от тебя оторваться, малыш… Всё, поехал…
Я вернулась в нашу комнату, и на меня накатила тоска. Два дня вдруг показались целой вечностью. А если Никита задержится на неделю? Что я тогда буду делать?
Стараясь не поддаваться унынию, занялась делами. Стащила с кровати огромную простыню, на которой после нашего романтического приключения остались следы. Надо их отстирать. Не хочу, чтобы домработницы увидели пятна и начали сплетничать о нас с Никитой.
Как шпион, прокралась в постирочную, быстро затолкала в стиральную машинку простыню и несколько полотенец из корзины. И зависла – панель управления была похожа на приборы в самолёте: миллион кнопок, дисплей, непонятные функции…
Всё же разобралась и запустила машину.
- Ксения, что вы здесь делаете? – удивлённо и строго прозвучало сзади, и я вздрогнула. Пошилась! У меня за спиной стояла Фируза, сорокалетняя волоокая брюнетка, помощница по хозяйству.
- Вот, решила постирать.
- Я бы сама всё сделала, зачем вы, это моя работа! Сказали бы, если у вас что-то срочное.
- Нет, не срочное… Но я уже запустила стирку.
Фируза недовольно поджала губы – я вторглась на её территорию. Хорошо, что успела включить машинку, а то она наверняка бы вытащила всё обратно и начала сортировать.
Больше не сказав ни слова, я отправилась к себе, а