— Амина, я его совсем не знаю, — заикаясь, пожаловалась я. — К тому же боюсь.
— Узнаете…
— Ну ты же сама через это прошла, — возмутилась я. — Брак с нелюбимым. Как ты можешь?..
— Меня так воспитывали, — пожав плечами, тихо отозвалась она. — Здесь браки часто заключаются по договорённости, а невеста узнает будущего мужа только в день свадьбы.
— Но это неправильно, — растерянно протянула я.
— Почему? — удивилась Амина.
— А как же любовь? — напомнила я, изумлённо глядя на неё.
— Любовь и доверие рождается в браке, — заученной фразой пояснила Амина, а я умолкла, переваривая полученную информацию.
— Получается, нас могут поженить без моего согласия?
— Так и будет, — кивнула она, а я похолодела от понимания степени моей беспомощности.
— Мадам, — осторожно позвала Амина, выдёргивая меня из ступора. — Пора обедать. Я сейчас всё принесу.
— Я не…
— Надо поесть, — напомнила она и, опустив глаза, призналась: — Иначе меня накажут.
— Ну если только ты присоединишься, — предложила я в качестве альтернативы, и Амина нерешительно кивнула.
После обеда по моей просьбе Амина с радостью позанималась со мной арабским языком. Своим уровнем знания я, конечно, гордилась, но учитывая разницу произношений с местным диалектом, понимание некоторых слов и фраз мне давалось с трудом.
Под вечер закончив разбирать мои новые вещи, Амина показала мне, где что лежит в гардеробной комнате, а позже принесла ужин и опять с удовольствием составила мне компанию.
— Алишера всё ещё нет? — удивилась я.
— Нет, — покачала она головой. — Что-то случилось с его сестрой, вроде… Он уехал ещё утром и, возможно, сегодня вернётся поздно.
— С сестрой? — удивлённо вскинув брови, уточнила я. — Но она же в Москве, если я не ошибаюсь.
— Да, она там учится, — подтвердила Амина и, разведя руками, ошарашила меня новостью: — Говорят, она пропала, или похитили.
— О боже! — выпалила я, прикрыв рот ладонью.
— Не переживайте так, — попыталась успокоить меня Амина. — Лучшие люди уехали в Москву. Они найдут её и во всём разберутся.
— Вот этого я и боюсь, — еле слышно пролепетала я, но отмахнувшись от уточняющих вопросов Амины, попросила: — Принеси мне книгу, пожалуйста. Хоть знания освежу, всё равно делать нечего.
Амина убежала выполнять мою просьбу, а я начала метаться по комнате, пребывая в настоящей панике. Предсказуемо связав пропажу сестры Амина с попытками Даниила и Кирилла повлиять на моё возвращение, я пыталась найти выход, чтобы предотвратить самое страшное. И выхода я не видела…
Забрав принесённую мне книгу и выпроводив Амину, я упала на кровать и, зарывшись лицом в подушку, заревела. Мои друзья и Даня были в опасности, а я ничего не могла сделать. Вернее, могла, но… Чтобы спасти друзей я должна позвонить им и попросить меня забыть, убедив, что я здесь по своей воле и скоро стану женой Алишера.
ГЛАВА 24
Юля
Вдоволь наревевшись, сама не заметила, как уснула. Сколько проспала, не знаю, но когда проснулась, в комнате было уже темно, а из приоткрытой двери ванной виднелась полоска света и слышались посторонние звуки. Не думаю, что Амина в такое время затеяла бы там уборку. Растерянно сев на кровати, потянула на себя край одеяла и настороженно прислушалась. Звук льющейся воды сменился шуршанием, а потом и тихими шагами.
К моему большому изумлению из ванной вышел Алишер, причём абсолютно голый, не считая закреплённого на бёдрах полотенца. Судя по каплям воды, стекающим по его телу и капающим с волос, это он только что принимал душ. Открыв рот, я проследила, как он прошёл в гардеробную, а через несколько минут вернулся в комнату, одетый лишь в низко сидящих на бёдрах пижамных штанах. Обтерев грудь и промокнув волосы полотенцем, Алишер откинул его на спинку дивана и шагнул к кровати.
— Что ты здесь делаешь? — заикаясь, пролепетала я.
— Собираюсь спать, — спокойно отозвался он и, уперев одно колено в матрас, кивнул на моё платье. — Раздевайся, Юля.
— Не буду, — в панике, зашептала я, притягивая одеяло ещё выше.
— Юля, спать в одежде вредно, — вздохнув, покачал он головой. — Снимай платье и бельё.
— Иди в свою спальню, — закусив губу, попросила я, тут же пообещав: — Я переоденусь.
— Я и так в своей спальне, — улыбнувшись подмигнул он. — Вернее, в нашей.
— Я не согласна, — отчаянно замотала головой. — Выдели тогда мне любую другую комнату.
— Нет, — жёстко отрезал Алишер. — Ты будешь привыкать ко мне, и спать мы будем только вместе. Это не осуждается.
— Ты обещал дать мне время, — жалобно всхлипнув, напомнила я. — Пожалуйста…
— И я дам, — кивнул он. — Через три дня мы поженимся, а пока будем проводить вместе по возможности больше времени. Раздевайся…
— Не буду, — отползая к спинке кровати, зашипела я.
— Помочь? — склонив голову набок, вкрадчиво поинтересовался он и, вздохнув, взъерошил все ещё влажные волосы. — Юля, я тебя не трону. Пока не трону.
Едва сдерживая слёзы, я стянула платье прямо под одеялом и откинула его на рядом стоящее кресло. Подняла на Алишера злой взгляд, но, когда он молча протянул руку, возмущённо засопев, расстегнула и откинула в сторону ещё и бюстгальтер. Закутавшись по самый подбородок в одеяло, отодвинулась на самый край кровати и, свернувшись калачиком, затихла.
Алишер обошёл кровать с другой стороны и, устроившись позади меня, подвинулся вплотную. Притянул меня к себе, прижав спиной к своему торсу, оплёл руками и уткнулся губами в шею.
— Вот так, — проурчал, шумно втягивая воздух с моих волос и шеи. — Спи, сердце моё.
— Я так не могу, — безуспешно пытаясь отстраниться, проворчала я.
— Привыкай, — ласково прошептал он, притягивая меня ещё ближе.
— Ты сказал, три дня?.. — громко сглотнув, напомнила я.
— Да, три дня, — проведя носом по моей щеке, отозвался он. — Юля, я слишком долго ждал. Отсрочки не будет.
— Отпусти меня, пока не поздно, — с надеждой в голосе попросила я.
— Уже давно поздно, — напряжённо возразил он. — С тех пор как я тебя увидел впервые в университете.
— Не помню, — протянула я, начиная дрожать он слишком крепких объятий.
— Ты сразу сбежала, — тихо рассмеялся он и, помолчав, добавил: — Жалею, что не забрал тебя прямо тогда. Сейчас у нас уже малыш подрастал бы и, возможно, не один.
— А почему тогда?.. — растерянно начала я.
— Решил дать тебе время подрасти, — провёл он губами по моей шее, а я невольно вздрогнула.
— Но продолжал преследовать и пугать, — с упрёком намекнула я.
— Пугать? — удивлённо переспросил он. — Такой цели не было.
— А все эти записки, подарки, цветы, — перечислила я.
— Надеялся, что мы начнём общаться раньше, — пояснил он