— Два года, — отвечаю машинально и лишь спустя секунды вспоминаю, что он уже задавал этот вопрос на собеседовании. Решил проверить?
— А я десять лет. — Тяжело вздыхает, проведя ладонью по волосам и слегка взъерошив.
— Оловянная свадьба, — изрекаю и удивляюсь, что я вообще владею подобными знаниями. — Планируете торжество по этому случаю? — зачем-то спрашиваю, хотя уже знаю, что Марков в процессе развода.
— Уже нет.
Встречаемся взглядами, и к усталости в его, цвета расплавленного шоколада, читается сожаление. Не знаю, в чём причина разрыва, но Маркова это трогает. Наверное, и меня бы тронул тот факт, что спустя десять лет, всё закончилось. По чьей вине? Задаюсь мысленным вопросом и сразу же отвечаю: вина на боссе. Может, супруга узнала о Лене?
— Не хотите отмечать? — Спрашиваю и кляну сама себя за то, что не могу вовремя закрыть рот. Но я ведь, по мнению босса, не в курсе изменений в его личной жизни.
— Можно и так сказать, — кривая ухмылка трогает его губы. — Жена не хочет, — отворачивается, осматривая людей за соседними столами, и добавляет: — А вот, некстати, и она…
Глава 5
Следую за взглядом босса и вижу ту, что имела счастье рассматривать на фото двумя часами ранее. Действительно, очень красивая женщина. Белое пальто, отороченное тёмным мехом, смотрится на ней потрясающе. Сдержанный макияж, салонная укладка и украшения дополняют образ, заставляя всех, мимо кого она проходит, оборачиваться. Хотела бы я вызывать такую же реакцию, но увы, в моём случае лишь стандартная внешность, скромный костюм и окрашенные самостоятельно волосы.
— Ты так и не ответил, когда следующая встреча, — плюхается напротив, закинув ногу на ногу и буравя Маркова острым взглядом.
— И тебе здравствуй, Юля.
— Юлианна, — поправляет, постукивая острым коготком по столу. — Времени даром не терял? — Переключает внимание на меня, въедливо осматривая.
— Виталина. Мой секретарь.
— И только? — Её бровь взлетает вверх. Интересно, она действительно думает, что Марков увлечётся такой, как я?
— И только. К тому же она замужем.
— О, решил разорвать порочный круг замужеств? — Звонко смеётся, наполняя пространство искусственным смехом. — Зря, Марков, мог бы получить двойную выгоду.
— Давай оставим взаимные претензии для встречи в компании адвокатов. Кстати, когда?
— Хоть сегодня, если ты готов принять мои условия.
— Повторяю: акции на сторону не уйдут.
— Я имею право продать их кому угодно, — шипит, перегнувшись через стол.
— Но акционеры имеют преимущественное право покупки. По закону ты должна оповестить нас о продаже, а у нас есть время принять твоё предложение. И только после отказа всех держателей акций, пакет может уйти третьему лицу. Но всё это тебе уже разъяснял юрист.
— Я не хочу продавать их ни тебе, ни твоей сестре, ни твоему папочке.
— Есть закон…
— Плевать мне на закон, понял?
— Я предложил тебе хорошую сумму. Она в силе.
— А я предложила тебе развод.
— Мы оформим его, как только придём к соглашению по акциям.
— Меня не устраивают твои условия.
Демонстративно вскидывает подбородок, всем видом показывая, что намерена продавить мужа. Я же молчу и пытаюсь слиться с пространством, потому что в данный момент являюсь свидетелем выяснения отношений уже почти бывших супругов.
— Тебя не устраивает двести восемьдесят миллионов за акции и пятьдесят отступных? — Юлианна молчит, не удостаивая взглядом Маркова. — Вита, вы бы согласились на такую сумму, при условии, что за вами остаётся ещё дом, три машины и коллекция украшений?
— А?.. — Поднимаю глаза на босса и сглатываю, потому что его жена буравит меня яростным взглядом. Надеется на женскую солидарность? Вот только работать мне с Марковым, а не с ней. — Скорее всего… — отвечаю несмело.
— Господи, да эта… — водит ладонью вверх вниз, прикидывая, как меня назвать, — безликость будет счастлива и сотой части.
Уже открываю рот, чтобы осадить жену Маркова, но он меня опережает.
— Ты переходишь границы, — в голосе босса слышатся звенящие нотки, предупреждающие жену, что его терпение имеет пределы.
— Всё-таки спишь с ней? Как и с остальными?
— Я тебе не изменял.
Изречение Маркова хочется оспорить, потому что я-то знаю точно, что уже два года его связывают отношения с моей подругой.
— Я знаю, что изменял.
— Есть доказательства?
— Нет. К сожалению. Иначе ты не был бы в выигрышном положении.
— У нас нет брачного договора, так что факт измены твоей или моей роли не играет.
— Моей? — Взвизгивает женщина, привлекая внимание гостей за соседними столиками. — Марков, я была хорошей женой. Великолепной, если хочешь. И ты не имеешь права даже предполагать, что я способна на измену. По сравнению с тобой, я святая.
— Как тебе будет угодно. — Босс поднимается, и мне приходится последовать его примеру, явив пятно на юбке, которое не остаётся без внимания Юлианны. — Напиши, когда будешь готова обсудить соглашение. Всего доброго.
Почти бегу за Марковым, который хватает пальто на выходе и спешит вырваться из помещения, которое, как мне кажется, стало тесным с появлением его жены. Одеваюсь на ходу, перекидывая сумку на другую руку и радуясь, что могу прикрыть испачканную юбку верхней одеждой. Босс обходит машину, предлагая мне устроиться самой, и, оказавшись на заднем сиденье, прикрывает глаза ладонью.
— Игорь, через четыре квартала будет химчистка. Остановись.
Пропускаю распоряжение, решив, что ко мне оно не относится, и кручу в руках телефон, борясь с желанием написать Лене. Да, жена имеется, но и сложные отношения тоже. Настолько, что между супругами чувствуется тотальное напряжение. Вряд ли они живут под одной крышей, но в таком случае возникает вопрос, почему подруга ещё не заняла место Юлианны? Или Марков ждёт окончания бракоразводного процесса, чтобы супруга не бросалась в него обвинениями?
— Пойдёмте, — покидает машину, а я тороплюсь следом, а когда оказываемся внутри, босс командует: — Снимайте юбку.
— Зачем? — оторопело смотрю на него.
— Чтобы избавиться от пятна. Снимайте.
— А как я… — осматриваю себя. — Не буду же я голой. Наполовину.
— У вас пальто по колено. Достаточно, чтобы прикрыть критические зоны.
Ухмыляюсь странному словосочетанию. Мог бы сказать голую задницу. Не голую, конечно, потому как на мне есть трусы, и всё же. Расстёгиваю юбку, а затем стягиваю по ногам, стараясь аккуратно обойти обувь и одновременно поправить пальто. Передаю Маркову, который отдаёт вещь сотруднице с дополнением «нам очень срочно».
Не знаю, сколько предстоит провести в ожидании, но босс отходит к окну и застывает, всматриваясь в поток машин и пробегающих людей. Уверена, он размышляет о встрече в ресторане. Подхожу, остановившись рядом, но соблюдая дистанцию.
— Прошу прощения за сцену в ресторане. Юля бывает несдержанной. Особенно со мной.
— Будем считать, что я не слышала