— Какого?
— Мужа сестры. Отвратительный тип.
— Да? А Капибарчик говорит, что он отличный парень и вообще его лучший друг.
— Чего? — Я удивлена настолько, что забываю о нахождении посреди большого холла в окружении людей, и значительно повышаю голос. — Лен, да твой Капибарчик терпеть его не может. Настолько, что полностью разделил мою фантазию закопать свояка в лесу.
— Странно, — задумчиво тянет Ленка, — а меня уверяет, что их отношения замечательные. Зачем?
— Понятия не имею. Давай ты сама выяснишь, ладно? А я пошла. Прости, но уж очень хочется есть.
— Я ещё позвоню.
Последнее, что произносит Лена перед тем, как я скидываю звонок. А когда оказываюсь за столом, отметив, что беседа по-прежнему проходит без участия Алекса, обнаруживаю красную рыбу в белом соусе с овощами. И выглядит она настолько аппетитно, что я практически набрасываюсь, с тихим стоном поглощая еду. Марков лишь удовлетворённо кивает, вероятно, хваля себя за правильный выбор. И его вывод о моей любви к рыбе основан тем, что, заказывая еду в его квартиру, я остановилась именно на морепродуктах.
Не замечаю, что тарелок на столе становится больше, а когда поднимаю глаза, вижу эклер: большой, пышный, с воздушной шапочкой крема сверху. Перевожу взгляд на босса, который, кажется, совершенно безразличен к моему удивлению. Запомнил или сделал выбор случайно? Но когда откусываю десерт, вопрос испаряется, потому есть только мы двое — я и эклер. Признаю: этот момент не испортила даже кислая моська Алекса.
Марков оплачивает ужин и как по щелчку замы вскакивают. Следую их примеру, покидая ресторан с мужчинами и оставив Алекса в одиночестве. Босс не зовёт его за собой, а в лифте продолжает обсуждение.
— Наконец-то этот день закончен.
Как только оказываемся в номере, Марков стягивает пиджак по плечам и срывает галстук, свободно выдохнув.
— Можно вопрос? — Жду его разрешения в виде кивка. — Вы откровенно недолюбливаете мужа сестры. Зачем вы его взяли?
— По её просьбе. Настоятельной просьбе.
— И за что он отвечает?
— За моё отвратительное настроение, — ухмыляется, давая понять, что просьбу он выполнил, но без особого желания. Я же стою в ожидании продолжения истории. — Иногда ради близких, мы готовы наступить себе на глотку и проявить сдержанность. Проблема в том, что всему в итоге наступает предел.
— Ваш уже наступил?
— Года три назад. — Отходит к окну, явив мне свою напряжённую спину. — Лена любит его до беспамятства. Уж не знаю, за что. По мне, так он самоуверенный выскочка без особых талантов.
— Женщинам свойственно находить ценность в пустом.
— И как это происходит? — Дарит мне своё внимание, сосредоточившись на ответе.
— Часто мы рисуем идеальный образ и просто вписываем туда мужчину. Он может не соответствовать, и даже больше — быть кардинально другим, — но образ уже создан, а кандидат имеется. А ещё мы уверены, что можем изменить избранника, просто на это требуется немного времени и усилий.
— Десяти лет достаточно, чтобы осознать невозможность изменений?
— Кому-то и жизни недостаточно.
Я два года «работала» над Вадимом, и мне тоже казалось — изменится. Сейчас приходит осознание: менялся не он, а я. И эти изменения мне не понравились. Не понравилась Вита, ставшая рядом с мужчиной дёрганой, часто раздражённой и неуверенной в себе. И последнее — заслуга Вадима: короткие фразы, двусмысленные намёки, странные шутки — всё, чтобы выглядеть на моём фоне победителем по жизни. Даже Окунев в какой-то момент не сдержался и спросил, почему я остаюсь рядом с человеком, который мне не подходит. Ответа у меня не было. Тогда.
— Диалог с самой собой?
— Момент воспоминаний, кого и когда я пыталась изменить.
— Я так понимаю, в вашем случае процесс завершился успехом? — непонимающе смотрю на Маркова. — Ваш муж.
Чёрт, да когда я уже запомню, что у меня есть муж! Муж, муж, муж. Интересно, если повторить тысячу раз, информация уложится в моей голове?
— Да. Успешно.
Вдаваться в детали не хочу, поэтому вынимаю из сумки косметичку и пижаму.
— Можно я первая? — Указываю на дверь в ванную комнату. — Весь день мечтала о душе.
— Пожалуйста. — Марков расстёгивает две верхние пуговицы на рубашке и падает спиной на кровать поверх покрывала, закинув руки за голову. — Я никуда не спешу.
Наконец-то мечта осуществится. Уже через несколько минут, удалив макияж и аккуратно сложи костюм, встаю под расслабляющие потоки воды и позволяю себе постоять с закрытыми глазами. Боже, как хорошо…
В процессе обдумываю, как устроиться в одной кровати с боссом, чтобы и выспаться, и не чувствовать дискомфорта. Надеюсь, что одеял два, иначе возникает проблема. Сквозь шум воды слышу вибрацию телефона, лежащего на керамической раковине. Снова и снова — без остановки. И единственный человек, который так рьяно может ко мне пробиваться — Лена. Уверена, потому что с мамой обменялась новостями ещё после обеда, оповестив, что нахожусь в командировке и пока не могу свободно говорить. И если родная женщина сделает всё, чтобы меня не отвлекать, понимая важность ситуации, то Ленке плевать, потому что её интересует только Капибарчик.
Отодвигаюсь стеклянную дверь, устремив взгляд на экран, который оповещает о входящем звонке. Конечно же, подруга. Вытираюсь, намотав полотенце на голову, надеваю пижаму, и уже после принимаю звонок.
— Не очень удобно говорить, — шепчу, стараясь не быть услышанной Марковым.
— А почему шёпотом?
— Потому… — А стоит ли говорить Ленке, что мы с Марковым проживает в одном номере. Закусив губу, прикидываю реакцию подруги, но всё же решаюсь сказать правду. — Потому что мы с Марковым живём в одном номере. Так получилось. Я забронировала три, но так как в последний момент с нами полетел муж его сестры, пришлось потесниться.
— Это же отлично! — Взвизгивает и пищит в трубку. — Посмотри его телефон.
А я зависаю, потому что реакция подруги провоцирует один, но, как мне кажется, давно назревший вопрос.
— Слушай, тебе, что, всё равно?
— В смысле?
— Я провела в квартире Маркова две ночи, заботясь о его здоровье, а сейчас нахожусь в одном номере. Ты не ревнуешь?
— Во-первых, Капибарчик любит меня и только меня. Во-вторых, он мне не изменит. И в-третьих, прости, конечно, но ты не его уровня.
Ну, спасибо. Первое оспаривать не собираюсь, второе очень сомнительно, при условии, что он изменяет жене с Ленкой, а третье…
— А это как «не его уровня»?
— Не обижайся, Вит, просто он… ему нравятся девушки эффектные, статные, можно сказать, породистые, а ты… ты обычная.
— Это плохо?
— Нет-нет, хорошо. Для тебя. И для такого, как, например, Вадим.
— Запомню, подруга. — Произношу со сталью в голосе, не имея желания и возможностей выяснять отношения с Леной. — И