— Мне неоднократно говорили о её отрицательных качествах. А я их не видел. Передо мной всегда была женщина, которую я любил. Отстаивал право выбора, потому что считал, что именно так поступают родные люди. Шёл против любого мнения, чтобы сохранить гармонию в своей семье, а в ответ ничего не получил.
Он не смотрит на меня, блуждая взглядом по комнате. Не знаю, почему Марков решил выговориться именно мне, но, может, наступил тот самый момент? Да и обстановка располагает к беседе и, если отбросить в сторону факт моего замужества и его отношения с Ленкой, мы хорошо понимаем друг друга.
— А чего ждали?
— Близости. Не физической.
— Что для вас значит «близость»?
— Когда можно быть смешным, глупым, растерянным, — и всё равно быть собой. Год, два, три я сильный, готовый идти напролом и решать важные задачи, но сегодня, сейчас — я слабый. И имею на это право. — Он замолкает, а я не знаю, что сказать, но звучит дополнение: — Близость — когда твою слабость не ставят тебе в укор.
— Возможно, у вашей бывшей жены патологическая непереносимость слабости. Любой и у всех. Все мы разные, именно это и создаёт уникальность каждого человека.
— Я больше не хочу уникального — я хочу обычного.
На несколько секунд Марков цепляет меня взглядом, создавая напряжение: почти невесомое, но ощутимое мной. В голове звучат слова подруги «ты обычная», и я улыбаюсь. Она бы удивилась, услышав, что её мужчина больше всего желает той самой, презираемой ею, обычности.
— Спокойной ночи, Александр Алексеевич. — «Выскальзываю» из зрительного захвата карего плена и переворачиваюсь на другой бок. — Свет и звуки мне не мешают.
— Хороших снов, Вита.
Некоторое время перемалываю сказанное Марковым, вновь заключая — подруга знает его с другой стороны. Или не знает вообще. Кажется, что он максимально честен в общении со мной и подвоха я не чувствую. Или же передо мной «хороший парень», а перед Ленкой уверенный в себе мужчина, не проявляющий той самой слабости. Когда-нибудь я узнаю правду. Вопрос лишь в том, нужна ли она мне.
Глава 15
— Доброе утро, — над головой хриплый мужской голос.
— Доброе.
И доброе оно, потому что я выспалась. Основательно так, хорошо. Готова к работе, перелёту и многочисленным сообщениям Ленки. Потягиваюсь, не открывая глаз, и не сразу понимаю, что Марков слишком близко, а я практически лежу на нём.
Секунда на осознание и ещё одна, чтобы оказаться на краю кровати и тихо промямлить:
— Простите.
И если я опасалась, что босс окажется рядом, просчиталась — это я наглым образом вторглась в его личное пространство.
— Вита, всё в порядке, — разминает плечо, которое, по-видимому, затекло. — Не шевелился, чтобы вас не потревожить. Выспались?
Лишь киваю, подтверждая и мысленно рассыпаясь в благодарностях. Даже такой, казалось бы, несущественный жест, для меня показатель заботы. Он всегда такой или это особая привилегия? Знала бы подруга, что сегодня ночью я обнимала её мужчину… Но мы ей об этом не скажем, как и о моей симпатии к Маркову.
— А вы лёгкая на подъём. — Смотрю на босса, пока не понимая, что он имеет в виду. — Только проснулись, а уже ведёте активную мыслительную деятельность. — Указывает на моё лицо, которое в данный момент, предполагаю, имеет субтитры. — Не поделитесь темой «обсуждения»? — Качаю головой, потому что информация для него не предназначена. — Попробую угадать. Вы вели «диалог», сосредоточившись на мне, значит ли это, что причиной вашей утренней активности являюсь я? Или что-то, связанное со мной? А может, вам просто неприятен контакт со мной? Пусть и такой простой. — Молчу, уже не понимая, на какой из вопросов требуется ответ. — Вита?
Не могу заставить себя выдавить хоть слово, а спустя минуту вообще забываю, о чём он спрашивал. О контакте, по-моему… И до этого тоже. Как ответить и нужно ли отвечать? Не нужно. Но хоть что-то сказать необходимо, поэтому вовремя вспоминаю, что я замужем.
— Думала о муже. О том, что вторую ночь он спит в одиночестве. — Маркову точно такой ответ не по вкусу. — Я ванную.
И пока в меня не прилетело что-то ещё, соскакиваю с кровати, хватаю костюм и удаляюсь в обозначенное место. И только провернув защёлку и убедившись, что дверь заперта, выдыхаю.
Как хорошо, что сегодня мы улетаем и спать я буду в своей кровати. Одна. Задачи на ближайшее время: минимизировать контакты с боссом; завтра успеть на собеседование и показать себя с лучшей стороны; продержаться ещё две недели. Интересно, мне за этот месяц заплатят? Если нет, придётся просить у мамы. Стыдно, но это поможет дотянуть до зарплаты на новом месте.
Привожу себя в порядок ещё быстрее, чем вчера, параллельно прислушиваясь к голосу Маркова. Звук то громче, то затихает, что означает перемещения по номеру.
— Я готова. — Сжимаю в одной руке косметичку, а в другой пижаму.
— Вызовите машину. Час в филиале, а затем в аэропорт. Вы билеты заказали?
— Да. Пять в бизнес-класс, как вы просили.
И пока босс совершает утренние процедуры, укладываю чемодан и ставлю у двери. Билеты я заказала вчера, как только была получена команда. Замы рядом, я с Марковым тоже, а вот Алексу придётся найти друга в лице соседа. Но мне плевать, кто попадёт под его чары, я лишь хочу тишины и покоя, иначе по прилёте меня арестуют за насильственные действия над не очень приятным человеком.
Мне кажется, босс проводит в ванной всего несколько минут. Подхватываем вещи и направляемся к лифту, где уже ожидают Гросов и Вольтов. И Алекс. Перекошенное недовольством лицо и нервозность в каждом движении, а в дополнение разбитая губа. Видимо, это и есть результат вчерашнего разговора с Марковым. А босс не такой мягкий и сдержанный, как я предполагала.
«…но это не означает, что ты имеешь право его бить». Вот так выглядело полное сообщение от сестры. По этому поводу Алекс тоже пожаловался? Не мужчина, а недоразумение какое-то. И это недоразумение сверлит меня яростным взглядом, пока лифт ползёт вниз. А я при чём?
Больше часа заключительных обсуждений и дорога в аэропорт. Молчаливое ожидание под презрительным взглядом свояка Маркова и посадка. И только когда в кресло рядом садится босс, позволяю себе расслабиться. Соседом Алекса становится внушительных размеров мужчина за шестьдесят, который не настроен на оценивание чьих-либо качеств. Оборачиваюсь несколько раз на соседний ряд, чтобы убедиться — свояк меня не достанет ни в прямом,