Подняла сияющие глаза на магистра, ожидая как минимум одобрения, но вит Лавий смотрел даже не с холодностью. Нет, во взгляде его плескалась ярость. Я растерянно опустила руку с пером, но продолжила стоять, ожидая позволения сесть. Знак уже погас, а вит Лавий все не отрывал от моего лица своих холодных злых глаз. Потом махнул рукой и рыкнул:
— Все верно, садитесь.
Я упала на сиденье, чувствуя, как на обожжённом запястье остывает накалившийся амулет.
Больше магистр меня не трогал, сосредоточившись на влиянии векторов силы для увеличения и уменьшения снаряда.
На огненной практике все было значительно хуже. Зафиксировав кольцо-активатор на руку так, как я подглядела у стоящих рядом вит, и дождавшись команды виты Мариды, я сделала то же, что и девушки, за которыми я продолжала наблюдать. Жест был простым — они ударяли ногтем по кольцу снизу вверх, как если бы хотели снять. После этого на ладони появлялся огненный шарик. У них. У меня тот же самый жест высекал искру, которая тут же благополучно гасла.
Магистр подошла ко мне, как и прошлый раз в самом конце. Постояла напротив долгую минуту, пока я, краснея и бледнея, пыталась сохранить хотя бы искру. Я понимала, конечно, что как-то должна использовать нарисованный сегодня символ, но сколько бы его себе не представляла — ничего не получалось.
— У вас ничего не получится, вита Астерия, — наконец озвучила мои мысли преподаватель.
Я вскинула глаза, которые до этого не отрывала от клятущего активатора. Но насмешки не увидела. Магистр смотрела прямо и твердо.
— Почему, вита Марида? — рискнула задать вопрос.
— Вы не принимаете себя.
Сжала зубы и промолчала, кивнув. Уже второй человек говорит мне, что мне не обойтись без помощи драконицы. А я по-прежнему верю, что они ошибаются.
После занятий в библиотеку я не пошла. Помнила, что еще предстоит встреча с женихом Астерии и, если честно, побаивалась. Снова лгать, снова выкручиваться. Не хочу, но буду. Легла в кровать в спальне поверх одеяла и взяла все тот же библ.
Давно хотела уточнить один момент, поэтому и задала «брачный ритуал». Ух ты. Система брачных отношений оказалась довольно оригинальной. Виты или виталы, прошедшие обряд, становились парой на всю жизнь. Наверное, есть библы с более точными сведениями, здесь же только указывалось, что после этого ритуала становились невозможными развод или связи на стороне. Учитывая специфику подачи информации через библ, я это воспринимала так, как будто знала всегда, но до конца все равно не понимала.
Повалявшись с библом еще какое-то время, я встала и переместилась в гостиную. Достала альбом с записями и попыталась вникнуть в них с самого начала. Оказалось, что логика в них все-таки есть. Например, тот же круг обоснованно означал закольцованный огонь, знак бесконечности служил для статики во времени, а вот черточки нужны были для стабилизации формы. Увлеклась неожиданно для самой себя. Чем-то все это походило на иероглифы — своей закономерностью и логичностью, наверное. Только иероглифы здесь были густо замешаны с физикой, в которой я, увы, была несильна.
Мелисса ворвалась в комнату, прощаясь с кем-то на ходу. И удивилась, застав меня в гостиной.
— Терри, почему ты не в парке?
Точно! У меня же встреча!
— Уже бегу, Лисси!
Надо все-таки разобраться как они определяют тут время. Сидела же с библом, могла спросить, но увлеклась другим.
Выскочила из академии и замерла. На улице было темно. И не то, чтобы жарко. Тонкий пиджачок пока не давал мне замерзнуть, но, если простою тут хотя бы полчаса — продрогну.
— Терри, — кто-то позвал меня из темноты, и я нерешительно пошла на голос. Видимо, мое чувство самосохранения сильно притупилось, потому что не в моих привычках было углубляться в темный лес на зов незнакомого мужчины. А тут, хоть и побаивалась, но шла.
За ближайшими деревьями оказалась небольшая то ли поляна, то ли лужайка. Я повертела головой по сторонам, высматривая в полумраке мужской силуэт, но тут же вскрикнула, когда ближайшая тень отделилась и мгновенно переместилась ко мне, оказавшись вполне осязаемом и очень даже материальным парнем.
Не давая мне опомниться, он обхватил мои плечи и прислонил спиной к дереву, около которого я стояла. Прижал всей своей массой и впился в мой рот губами, целуя жадно и собственнически.
Секундное оцепенение прошло, и я рванулась, протестующе мыча. Но парень меня либо не услышал, либо не понял. Я вцепилась в его рубашку, пытаясь оторвать от себя и раздумывая, простит ли мне настоящая Астерия, если я хорошенько ударю ее жениха между ног?
Словно подслушав мои мысли, мужчина переместился так, что теперь прижимал меня своими бедрами не давая и пошевелиться. Мое сопротивление, он, видимо, воспринимал, как страстное трепыхание, в ответ на которое только усиливал напор.
Попросив прощения у Терри, я изо всех сил куснула его за губу, тут же почувствовав во рту вкус чужой крови.
Парень охнул и чуть отстранился, а я воспользовалась моментом и отпрыгнула от него подальше.
— Терри? — сказал парень, глядя на меня с очевидным потрясением, — что с тобой, девочка моя?
— Вик? — уточнила я на всякий случай.
— Что случилось, милая?
— Вы Вик? — настойчиво переспросила я.
— Конечно, это я. Тэрри, ты меня пугаешь.
— А вы меня! Вик, пожалуйста, не подходи, мне нужно кое-что сказать.
— Говори, — парень внимательно смотрел на меня, ожидая продолжения.
— Я — вита, Вик.
Вик помолчал, потом сказал, не сумев скрыть потрясения:
— Так не бывает, как это возможно?
— Я не знаю, я не помню.
Парень подошел ко мне, и теперь, когда в его намерение не входило меня хватать, я позволила.
— Это не важно, Тэрри, — вдруг сказал он, — вита ты или нет, мы все равно будем вместе.
— Я не помню тебя, Вик, — сказала я, удивляясь его настойчивости. Наверное, правда любят друг друга, — когда стала витой, я потеряла память.
— Ррава ради, Тэрри, так тебя не отчислили?
Я отрицательно покачала головой и промолчала. Вик же решительно заявил:
— Я люблю тебя, Тэрри. И, клянусь тебе, мы будем вместе.
— Не надо клятв, Вик, — испугалась я, — дай мне время.
— Я провожу тебя, — Вик протянул руку, но я отодвинулась, а парень невесело усмехнулся, — я напугал тебя. Просто я соскучился. Безумно. Прости. Пойдем.