По телу проносится липкая дрожь. Я вдруг поняла, что совершенно не могу просчитать то, что случится этим вечером. Мой мозг капитально сбоит.
Отель Хайятт сверкает тысячей огней. Мы ставим машину на парковку, отсыпаем щедрые чаевые парковщику. Боря берет меня за руку. Наслаждаюсь ощущением кожи истинного.
— Непривычно, — слегка дрожу, когда мы оказываемся в людном холле.
— Ты здесь самая красивая, сметанка, — мурчит барс.
— Вот вы где! — к нам спешит Мия. — Блондиночка, ты великолепна! Аж слепит!
— Ого! — осматриваю лисичку, одетую в чёрное коктейльное платье. — Ты тоже не отстаешь.
Беру её под руку.
— Где они? — спрашиваю, и тело лисы напрягается. — Мия?
— Всё хорошо, — лиса облизывает губы, — Али ждёт вас в ресторане. Саид скоро подойдёт.
— У вас всё нормально? — волнуюсь.
— Ну, — она усмехается, — учитывая, что метка делает меня зависимой, а я это ненавижу, то да…
— Мне жаль.
Я четко решаю разобраться, что за персонажи эти драконы. Если вдруг они нам помогут, то имеет смысл попытаться уговорить Мию принять истинность. Если они такие же, как Кадир?
Вдоль позвоночника пробегает неприятная дрожь. Словно кто-то цепляется ледяными пальцами за каждый позвонок. Неприятно.
— Они настолько ужасны? — спрашиваю.
— Нет. Али и Саид не похожи на отца, — хмыкает Мия, — этим бесят меня ещё сильнее.
— Ты хочешь, чтобы они были плохими, но они… не такие? — спрашиваю, когда мы заходим в полумрак ресторана.
— Ты психоаналитик?! — рычит Мия. — Вон!
Поднимаю взгляд и сталкиваюсь со сталью. На меня смотрит мужчина…
— Кадир? — отшатываюсь.
Глава 20
Кира
— Кируся? — Боря сжимает мою ладонь. — Ты в порядке?
Сбрасываю наваждение. За столиком в тёмном углу нас ждет мужчина, как две капли воды похожий на Кадира. Вот один в один! Не знай я, что встреча с его сыновьями, подумала бы, что это дракон.
— Возьми себя в руки, — рычит Мия, — они не признают слабость!
— Я в порядке, — спокойно говорю.
— Мы рядом, ты не одна, — шепчет Тим.
Поразительно, но после его слов паника отступает. Боря подходит к столу дракона, сдержанно кивает.
— Борис, — ледяным тоном произносит.
— Али, — с небольшим акцентом произносит дракон, затем переводит взгляд на Мию, — здравствуй, лисичка.
Она лишь фыркает. Али красив. Просто божественно! Или дьявольски? Смуглая кожа, аккуратно подстриженная густая борода. Глаза тёмные, как сама ночь.
Огромный, широкоплечий.
— Кира, — здороваюсь, дракон внимательно меня осматривает.
— Значит, это ты, та колючая роза, за которой столько лет бегает мой папаша?
— Нелестно вы о нём, Али, — ухмыляюсь.
— Присаживайтесь! — хлопает в ладоши дракон. — Какой из меня хозяин, если мои дорогие гости стоят? Мия, милая, садись рядом.
— Пошёл ты! — рычит лиса, складывает руки на груди. — Я тебе не милая!
Али вздыхает. Очевидно, он привык к ее несносному характеру. Боря отодвигает мне стул. Коты садятся рядом. От их игривости и следа не осталось. Оба, не мигая, таранят взглядом дракона.
Мия садится рядом с Тимуром на приличном расстоянии от Али.
В ресторане играет тихая музыка, но атмосфера за нашим столиком далека от расслабленной. Как я ни пытаюсь с помощью волчьего чутья прочитать Али, не могу.
Он так же энергетически закрыт, как и Кадир. Но является ли это основанием для подозрений? Нервно вздрагиваю. Тим кладёт ладонь мне на спину, поглаживает.
— Значит, волки этой страны хотят убить моего отца? — дракон откидывается на стуле, ухмыляется сам себе.
— Где второй? — тихо, но с угрозой спрашивает Боря. — Уж не за папочкой ли побежал?
Напрягаюсь, ёрзаю на стуле.
— Саид будет позже, — отрезает Али, — Мия, малышка, ты не сказала нашим гостям, что не стоит начинать просьбы с оскорблений?
— Где тут оскорбления? — ухмыляется Борис. — Просто мы защищаем Киру. Она и так сильно рискует, находясь здесь.
— Здесь волчица в безопасности, — серьезно произносит Али, — Кадир сюда не сунется.
— Это правда, — говорит Мия, — после убийства моей матери они знатно поругались.
— Мы не убивали твою мать, кальби, — с Али спадает жесткая маска, обнажая его истинные эмоции.
И на миг я чувствую всю боль отвергнутого мужчины. Затем дракон снова закрывается. Неужели моим котикам было так же плохо?
— Не хочу об этом говорить, — фыркает лиса, — выпить что есть?
— Что ты хочешь? — нежно мурчит Али.
— Ром, темный, — заявляет Мия, — безо льда. А теперь к делу.
Дракон даёт знак официанту, тот вручает нам меню.
— Сегодня я угощаю, — улыбается мужчина, — рекомендую телятину, она здесь божественна.
— Курицу! — заявляет Мия, дракон лишь ухмыляется.
— А я попробую телятину, — делаю заказ, — и белое вино. Что вы посоветуете, Али?
— А вы понимаете в изысканных блюдах, Кира, — он весьма дружелюбен, — я бы советовал Грюнер Вельтлинер. Оно достаточно кислое, чтобы дополнить вкус телятины по-милански.
— Спасибо. А вы что будете?
Как ни странно, Мия ведет себя строптиво, сопротивляется, но не испытывает к дракону агрессии. Луна просто не могла связать её истинностью с врагом! Поэтому расслабляюсь.
Тем более яркий калейдоскоп чувств, который испытывает Али к нашей непокорной лисичке, вызывает у меня доверие. Да и мои котики уже не так напряжены.
Интересно, каков второй дракон?
— Я так поняла, вы рады нашему предложению? — уточняю. — Иначе бы так быстро не согласились на встречу.
— Верно, Кира. Мы с братом никогда не были близки с отцом. Как и всех своих марионеток, он держал нас рядом лишь страхом.
— Ага, а мать мою вы тоже из страха убили! — фыркает Мия.
— Кальби, я уже говорил, — горько вздыхает Али, — мы с Саидом не имеем отношения к гибели Хаянэ.
— Не верю! — рычит кицунэ. — Я не верю тебе! Лживая ящерица!
Али отшатывается. Она жестко с ним обходится. Желваки дракона ходят ходуном. Мия встаёт, затем направляется к выходу. Истинный грустно смотрит ей вслед.
— Ей нужно остыть, — улыбаюсь, — смерть матери — тяжелая потеря. Мия никому не доверяет.
— Моя кальби, — вздыхает дракон, — она так одинока. У неё ведь никого не было, кроме древней лисицы. Мы с братом искренне обрадовались, когда увидели метки. Отец с самого рождения вдалбливал нам, что истинная связь для слабаков. Но она влекла нас, как что-то светлое и загадочное.
— Мне он говорил то же самое, — вздыхаю, сжимаю ладонь своего барса, — но я всегда верила, что и для меня у богини есть план.
— План богов… — криво улыбается Али, — Мия нас ненавидит всем сердцем.
— Это не так. Просто ей тяжело принять вас… ведь Хаянэ убил Кадир?
— Да. Мы тоже были в Токио в тот день. И виделись с матерью нашей кальби. Но не чтобы её