— Моя сладкая.
Получаю шлепок по ягодице. Инстинктивно оттопыриваю ее. Боже… Таханов двигает меня ближе к стене. Упираюсь в нее ладошками.
С ним я не узнаю себя. Уже этому не удивляюсь. А от недавних нервов и эмоций вообще едет крыша.
Боря кладет сильные руки мне на бедра, направляет. Теплая головка уже у моих губок. Встаю на носочки и принимаю его. Ощущения абсолютно новые и очень острые. А еще его жаркий шепот на ухо…
— Я… только… твой. Запомни… раз… и навсегда.
Двигается во мне. Через одежду сжимает груди. Хрипло дышит, кусает шею.
Начинаю сначала тихо, потом все громче стонать. Внутри настолько все чувствительно, что каждый толчок отзывается сладким спазмом. Цепляюсь за его руки. Подаюсь к нему попкой. Шепчу как мантру.
— Мой… мой.
Взрываемся вместе. Я, уже не сдерживаясь, кричу. Таханов пропускает несколько рычащих стонов. По внутренней стороне моего бедра стекает струйка спермы…
* * *
Борис
Кончаю в нее, даже не задумываясь. В моей жизни не было такого, чтобы я планировал детей и старался ради этого. Лизка получилась случайно по молодости. Ну а дальше всем известно.
Однако мне кажется, пара, желающая детей, ведет себя примерно как мы. Много и опасно трахается.
Злата не комментирует мой финал. А может быть, ей не до этого.
Дерьмо сегодня произошло, по-другому не скажешь. Когда Барбара шипела и повторяла слова Златы, я… Только тогда я понял, что Злата на самом деле пережила. И все равно доверяла мне из последних сил. Моя малышка…
Это чувство, когда тебе и в тебя верят, ни с чем не сравнить. Она как-то сказала, что отблагодарит меня за помощь с долгом. И сегодня она дала мне столько…
Самые близкие! Мать моей дочери, моя сестра. Эти двое нагло вломились не только в мой номер, а попытались влезть в мою жизнь! И мое сердце могло быть разбито, если бы его не держала в ладошках моя прелесть. Та защита, которую я выстраивал вокруг своей души пятнадцать лет, больше не нужна. С этим вполне справится Злата.
А вот ее уже я буду оберегать. Даже от самых близких.
— Ты в состоянии ехать в город? — спрашиваю, когда идем к лифтам. — Можешь поспать на заднем сидении.
Коморка админов далеко от ресепшн — это сделано специально, чтобы в холл не тянулись запахи их еды и кофе. Так что нас не слышали.
— Тебе хочется скорее говорить с сестрой? — сразу все понимает. — Пожалуйста, не действуй сгоряча…
— Эмоции я уже сбросил, — усмехаюсь, — но поговорить и правда хочу. Не могу ждать.
— Не рви отношения с ней!
— Это только от нее будет зависеть.
Я предполагаю, что скажет Катя. Что делала все ради моего блага, хотела меня защитить. Что в моем возрасте нельзя заводить роман с молоденькой девушкой.
Объяснения я даже спрашивать не буду.
Ехать неблизко, и для начала я звоню и говорю, что хочу заскочить в гости. Буду вечером. Катерина радушно меня приглашает.
Думает, еду зализывать раны, которые мне нанесла "тупая подстилка"? Эти два слов просто раздирают все внутри!
Злату я привожу к бабушке, это более-менее по пути.
Любимая говорит, что давно ее не видела. На самом же деле понимаю, она хочет выдохнуть в родной обстановке. Полностью расслабиться. Ведь от моего окружения можно ждать чего угодно! Она банально боится увидеть что-то на этот раз в моей квартире, а не номере. Или кого-то.
И от этого мое нутро тоже взрывается!
Ведет себя Злата мягко и ласково, нежно целует на прощание. Чувствует, что мне и так сейчас херово. Жалеет. Нужно быть полным кретином, чтобы потерять ее.
Поездка за рулем не успокаивает. Когда въезжаю на территорию у дома сестры, меня потряхивает. Но нужно взять себя в руки. Ор и ругань ничего не решат. Необходим спокойный разговор.
Даже не для того, чтобы сохранить отношения. А просто, чтобы Катерина больше не лезла к нам. Одна или с Элиной, неважно. Трудно постоянно жить в обороне, и для своей девочки я точно такого не хочу. Особенно, с учетом мечты о детях.
— Борь, что у тебя за дела в нашем поселке? Только не говори, что землю под строительство смотрел поблизости! Не нужно нам больше соседей, и так пробки…
— Нет, работа не причем.
Катерина вскидывает бровь. Она встретила меня в прихожей, судя по переднику на груди с изображением уютных подсолнухов, сестра готовит ужин. Сергея не видно. Ванькой тоже не пахнет. Но он вроде уже снял себе квартиру в центре города.
— Мой руки тогда и проходи. Скоро есть будем. Рада, что ты приехал!
Сестра говорит весело, но в голосе сквозит напряжение.
Хочет новостей, Виолетта и Барби держат языки в энном месте и не доложились заказчицам. И прямо Катя не может спросить — ушла от тебя Злата?
Иду в санузел, потом на кухню. У белых шкафов сестра режет огурец на салат. Рядом прозрачная миска с помидорами и зеленью. Нож большой, поварской.
Подхожу к ней близко, и сестра с удивлением оборачивается.
— Ты чего, Боря? Осторожно, я же с ножом.
Волнуется за меня. Задираю футболку.
— Вот и отлично, сестренка. Просто вырежи его.
Катя хлопает глазами. Щурится.
— Борь, ты про что?
— Про такой ненужный мне рудимент, как сердце. Вы ведь так легко решили забрать его у меня. Но не переживай… — хмыкаю. — Если не знаешь как, то просто зарежь меня. Какая разница, буду я безэмоциональным трупом ходить коптить землю или лежать в ней?
Лицо сестры идет красными пятнами.
Нет, я не рехнулся. Я блефую. У меня дочь, хоть и совершеннолетняя. И, что стало самым главным теперь, у меня Злата. Ну и мой бизнес с сотрудниками. Я не забыл ни про ответственность, ни про любовь.
Катя не поднимет на меня нож. А даже если на нее найдет аффект, я умею обороняться. Прошел сотни тренировок по самообороне, когда-то увлекался этим.
— Какую чушь ты несешь, брат!
Резкий громкий звон металла. Катерина бросила нож в мойку. Отошла от меня на расстояние. Трет ладони фартуком.
— Я всего лишь хотела защитить тебя и Лизу…
— Давай обойдемся без этой херни, — обрываю ее, — больше не пытайся навредить Злате. Я готов ради нее на всё. Надеюсь, ты это увидела сейчас?..
— Ты рехнулся, — мотает головой.
Усмехаюсь.
— Нет, наоборот.