— Понял.
Она снова поднимает взгляд, в этот раз в нем читается удивление. Или сочувствие? Не знаю, но злит нереально.
— Да что ты понял-то? — выдыхает она. — Ладно, Суворов. Я поеду с тобой, — вдруг соглашается.
Всю дорогу до города, разговариваем о работе. Личных тем не касаемся, боясь затронуть запретную тему. Но краем глаза отметил: на безымянном пальце нет обручального кольца. Да и перед выездом Раиса никому не звонила и не писала о том, что возвращается в город.
Так, может, я ошибся?
* * *
— Назови свой адрес, — говорю, подъезжая к Новосибирску.
— На 1905 года, у Нарымского сквера можешь меня высадить.
— Уже поздно, я тебя до дома докину, — говорю таким тоном, что спорить она не решается.
Спустя двадцать минут подъезжаю к её дому. Относительно новая высотка. Выхожу, чтобы открыть Раисе дверь, но она недожидается и выпархивает сама.
— Спасибо, Суворов, — говорит, немного запинаясь.
— Да без проблем. Тебе спасибо, что составила мне компанию, — отвечаю, стараясь казаться безразличным. Хотя внутри всё клокочет и трепещет по непонятной причине.
Да конечно, все мне понятно. Появилась, все чувства размотала вновь.
Сейчас она развернется и уйдет. И когда я увижу ее вновь? И увижу ли? С ума схожу от желания узнать есть ли у Татарцевой кто-то или нет.
Раиса делает шаг в сторону подъезда, потом еще один. И вдруг останавливается.
— Слушай, Суворов, — тихо произносит, — Может, зайдешь на чай? Просто чай, если что...
Сердце пропускает удар, а может, целых два. Соглашаюсь, не раздумывая ни секунды. Чай так чай. Да хоть вода из-под крана. По барабану! Главное — не отпускать ее сейчас.
Глава 5
Раиса
Семнадцатое апреля. Утро.
“Интересно, у Суворова тот же номер телефона или новый?” — терзаю себя в мыслях.
Гипнотизирую открытый контакт. Буквы перед глазами плывут. Смотрю лишь на имя Суворова. Я и забыла, что не переименовала его контакт. “Любимый Антошка”. Так и осталось еще с тех времен.
Чертыхаюсь, внутренне ломаю себя, словно сухую ветку и строчу сообщение.
Татарцева Раиса: Антон, привет. Это Рая. Глупо, конечно, но ты, случайно, завтра в Тюмень не едешь?
Отправлено.
Быстро откидываю телефон на подушку и закрываю лицо руками, ноги подтягиваю, сгибая в коленях.
Перед глазами тут же всплывают совсем свежие воспоминания.
Суворов, прошел со мной на кухню. Боковым взглядом уловила, что он осматривался. Была почти уверена, что пытался найти следы пребывания мужчины в моей квартире.
— Твоя или снимаешь? — ожидаемо задал вопрос.
— Снимаю. Тут расположение удобное. Департамент, суды рядом. Метро, заведения, да все, что хочешь. Ну и, конечно, сквер. Люблю гулять там, — закусила губу, не решаясь задать встречный вопрос.
— Я переехал, — Антон сдался сам. — Теперь на Фрунзе живу, в новом ЖК.
— Недалеко, — старалась казаться незаинтересованной, но куда там. Мне хотелось все знать. Например, один ли он или… нет.
“Глупость. Этот нарцисс дважды дарил мне цветы. ДВАЖДЫ! И сейчас он не торопится домой, к любимой, а торчит у меня. Между прочим, практически ночью” — мысленно сама отмела вариант с его второй половинкой…
Телефон тренькнул. Я подпрыгнула на месте. Быстро схватила его, смахнула пальцем по экрану.
Любимый Антошка: Привет. Еду. У тебя на 18:45 поезд?
Татарцева Раиса: Да. У тебя тоже?
Любимый Антошка: Ага.
Улыбаюсь и выдаю какой-то странный звук, напоминающий крик дельфина.
Спустя десять минут мой телефон вновь оживает.
Любимый Антошка: Рая, я посмотрел купе. Есть одно свободное. Может, обменяем билеты?
Татарцева Раиса: А так можно?
Дура, какая мне разница, пусть берет!
Татарцева Раиса: В принципе я не против. Давай, возьмем купе.
Любимый Антошка: Окееей, беру!
Татарцева Раиса: Сколько я тебе должна?
Любимый Антошка: Татарцева, не беси меня.
Татарцева Раиса: Хорошо. Не буду. Спасибо, Суворов.
Любимый Антошка: Хотя нет, плату я возьму. С тебя медовый торт. Помнишь, ты раньше пекла такой?
Татарцева Раиса: Эммм, Суворов, ты гонишь?
Любимый Антошка: Я на полном серьезе.
Татаринцева Раиса: Ну ты и гад. Ладно, пошла звонить бабуле, она должна помнить тот старинный рецепт.
Восемнадцатое апреля. Время: 18:20 ч.
— Привет. Чуть не опоздала! — тараторю, запыхаясь.
— Привет. Ты живешь в пешей доступности от вокзала.
— Да лучше бы пешком и шла, но сунулась в такси. В итоге в пробку на кольце у цирка встали.
Суворов забирает из моих рук чемодан и двигается вперед. Как всегда, спокоен и невозмутим, а я за ним, словно запыхавшаяся болонка.
Занимаем свои места в купе. По непонятной причине паникую еще больше, чем в первый раз, когда увидела его спустя четыре года. Чтобы, хоть как-то успокоиться, бросаюсь застилать спальные места. Сначала свое, потом и его… зачем-то.
— Интересно, в каком городе, к нам подселятся соседи, — взглядом указываю на свободные полки. В этот раз у нас обычное четырехместное купе.
— Я специально взял два нижних места. Возможно, никто и не купит билеты на верхние полки, — прищурившись, отвечает он.
— А ты хитер. И коварен, — усмехаюсь в ответ.
Поезд трогается, за окном начинают медленно проплывать знакомые городские пейзажи. Я достаю из сумки книгу, прячу под подушку. Тут же начинаю рыться в поисках одежды.
— Антон, выйдешь ненадолго, я переоденусь.
Он молча выходит в коридор, тихо прикрыв за собой дверь. А у меня сердце: Бам! Бам! Бам! Боже, да что же я так нервничаю, будто между нами что-то вновь возможно?
Вспоминая нашу последнюю встречу и то, как пригласила его к себе домой, сердце тоской отзывается.
— Антон, может, ты есть хочешь? А я тут с чаем…
— Честно? Очень хочу, — ответил он.
— Я борщ варила перед отъездом в Томск. Будешь? — спросила краснея.
— Буду. У тебя есть сало? — неожиданно спросил он.
— Н-не знаю. Сейчас посмотрю в морозилке, мама, кажется, передавала домашнее.
— Как твои родители поживают? Все хорошо?
— Да, отлично. Мама на пенсию вышла, папа еще работает. А твои как?
— Отец умер в прошлом году, — Антон ответил потускневшим голосом.
— Я не знала… Соболезную…
Суворов молча кивнул.
— Он был замечательным.
— Это точно…
Не знаю, что на меня нашло. Ноги сами понесли меня к Антону, и я впечаталась в него всем телом. Обняла, прижалась крепко-крепко.
И заплакала…
* * *
Я быстро переодеваюсь в спортивный костюм, чувствуя себя в нем гораздо комфортнее, чем в брюках. Вздыхаю с облегчением и убираю вещи обратно в сумку. — Все, можно заходить, — кричу я, и он тут же появляется в дверном проеме. — Может, в карты сыграем? Я взяла с