Полуобнаженная перед всеми ними!
Как будто он оголил не только мое тело, но и душу…
За что?
За что…
Горячие слезы катятся по моим щекам, смешиваясь с холодными каплями дождя.
– За что вы так со мной? Не понимаю, правда не понимаю… Это из-за клуба, да? Вам не нравится, что мы привлекаем к вам нежелательное внимание? Я больше не буду его вести, клянусь! Я закрою ОЛУХ!
Снова ухмылки из-под зонтов. Эти презрительные высокомерные ухмылки.
– Дело не в клубе, и ты прекрасно это знаешь, Тесса Кук.
Он выпрямляется и убирает ботинок с моих волос.
Словно ему даже вытирать об них подошву противно.
Голос Лейтона звучит все так же спокойно, но в прозрачных глазах отражается яркая, чистая, ничем не прикрытая ненависть.
Встав перед ним на колени, я преданно заглядываю в эти холодные жестокие глаза, которыми грезила дни и ночи напролет.
– Скажите, в чем я провинилась, умоляю вас! Что сделала не так?
– Что сделала не так? – тихим, обманчиво спокойным голосом переспрашивает ректор, но от этого голоса меня кидает в дрожь. – Что ж, я скажу, что ты сделала не так, Тесса Кук…
ГЛАВА 2
Пауза.
Сжимаю оледеневшие ладони.
Как же холодно.
Какой же злой, осенний, мокрый, моросящий дождь!
Ледяные капли стекают по моим грязным волосам, по дрожащей голой спине, по плечам и груди, которую безуспешно пытаюсь прикрыть полупрозрачной тряпкой, в которую превратилась несчастная блузка.
Вот сейчас мне скажут, что это ошибка и отпустят.
Не может же быть по-другому, правда?
– Ты подмешала Кристалине в чай зелье бесплодия. Вот, что ты сделала не так, Тесса Кук. Ты ведь и сама об этом знаешь, верно?
Слова ректора бьют меня, как хлыстом.
А по толпе проносится шокированный вздох, и все курсанты начинают говорить разом.
Низкосортная подняла руку на высококровную?
Такое…? Такое сотворила!
Да как эта мусорная девка посмела?!
– Что? – с ужасом вскрикиваю, не веря своим ушам. – Я бы никогда, никогда в жизни не совершила подобное… Навредить вашей невесте? Нет, нет, я бы просто не смогла, не посмела…
Курсантка старших ступеней Кристалина Вадэмон – невеста Лейтона, самая красивая и одаренная дракайна АВД, сапфировая кровь, высочайший уровень магии, ни одного штрафного креста за всю учебу.
Все знают, что роды Уинфордов и Вадэмон договорились об этой свадьбе много лет назад, когда Лейтон и Кристалина были еще детьми.
Драконы очень трепетно относятся к чистоте своей крови, чтобы, не дай Дракодева, не получился такой вот мутант с желтой кровью, как я.
Ведь Желтуха – еще одно из моих многочисленных прозвищ…
Кристалина всегда вызывала во мне наивное восхищение – высокая статная девушка с платиновыми локонами, перевязанными на затылке синим бантом под цвет формы, и ярко-синими глазами в обрамлении пушистых светлых ресниц.
Сама талантливая и одаренная, самая-самая Кристалина Вадэмон.
А как она играла на фортепьяно гимн АВД!
Лейтон любил ее слушать.
Все заслушивались и поражались ее мастерству игры на клавишах.
Я с самого начала знала, что Криста – невеста Лейтона, которая по окончании академии станет его женой, но не испытывала к синеокой красавице ни капли зависти.
Завидовать Кристалине – это было бы, как пытаться дотянуться рукой до солнца.
Лишь только в самых своих смелых мечтах я робко представляла себя на ее месте. Изливая душу дневнику, грезила о том, какое же это счастье – когда ты такая красивая, богатая и знаменитая дракайна, и тебе принадлежит сам Лейтон Уинфорд?
Когда живешь не в жалком приюте, а в богатом особняке. Не знаешь, что такое холод, голод, боль, мрак, забытье…
Кристалине Вадэмон это все было неведомо, в отличии от меня.
Но куда уж там?
Я все понимала.
Глупые мечты были просто мечтами.
А в реальности я просто любовалась на эту пару – темноволосого красавца ректора и платиновую блондинку Кристу. Они действительно сногсшибательно смотрелись вместе.
Другие девочки из нашего ОЛУХА ее ненавидели. Но не я – я наоборот старалась услужить великолепной королеве академии.
Официально курсантам было запрещено иметь слуг, так как считалось, что это подрывает дисциплину АВД, поэтому я очень гордилась тем, что Криста иногда дает мне поручения.
Например, отнести ее белье в прачечную башню или сбегать на перемене ей за огнекофе или за учебником, который она забыла в своих покоях.
Я и подругам ее угождала, которые были такими же прекрасными, как Кристалина, дракайны из высших аристократических семей с сапфировой или янтарной кровью.
А что такого?
Ведь они действительно были этого достойны.
В отличие от меня.
– Неужели не позорно быть на побегушках у Кристы и ее подружек? – спрашивали меня девочки из ОЛУХА. – Ты бегаешь за ними, как собачонка, Тесса!
Но они не понимали. Приближаясь к Кристалине, я приближалась к Лейтону. И это было для меня священно.
Один раз, когда мыла полы под кроватью в ее спальне, я нашла его зажим для галстука.
Личная вещь ректора!
И не какая-нибудь там пуговица или платок, а предмет его формы!
О, какие же эмоции нахлынули на меня в этот момент!
Я, как дура, долго потом сидела на полу, сжимая в руках этот маленький холодный прямоугольник, прикасалась к нему губами, прижимала к сердцу.
Конечно, я понимала, что Лейтон посещает Кристалину… Но старалась не думать, чем они занимаются на той самой кровати.
Мне о таком и не мечтать.
Хотя я, конечно, мечтала…
Как же мне хотелось утащить этот зажим и сделать его реликвией ОЛУХА!
Но я не воровка – поэтому, домыв полы, осторожно положила зажим на прикроватный столик.
И вот сейчас ректор на глазах у всей академии обвинял меня не в воровстве, а в куда более серьезном преступлении!
О, Дракодева, если Кристалина стала бесплодной и не сможет родить Лейтону наследников с драгоценной кровью, то это будет катастрофой и огромной трагедией!
Это очень, очень серьезно.
Жуткое преступление.
Теперь понятно, почему мой любимый ректор так зол!
Он имеет на это полное право.
– Нет, нет, я бы не смогла, я бы не посмела… Ошибка, точно какая-то ошибка. Я, наоборот, желаю вам с Кристой много-много детишек, красивых замечательных драконов и дракайн… Где сейчас Криста? С ней все хорошо? Как ее здоровье?
Дождь расходится все сильнее, его ледяные струи жалят мою обнаженную кожу, точно мелкие, но очень острые иголки.
Как