Первый кластер мог посоперничать с пятизвездочными отелями в моем мире. Тесса там бывала, когда выполняла поручения Кристы или ее подружек и, наивная душа из приюта, все дивилась на богатство.
Сама же она жила во втором.
И вот здесь как раз обстановка была скромная и аскетичная.
Я распахнула дверь комнаты, в которой жила Тесса, и сразу нашла взглядом ее место.
На самом проходе, прямо около дверного проема...
ГЛАВА 8
Взгляды остальных девушек скрестились на мне. Враждебные, высокомерные.
Даже среди второго кластера, среди такой же, как и у нее, недрагоценной крови – изгой и пария.
Бедная Тесса.
– А чего это ты сюда заявилась? – процедила Марзия, которая, развалившись на своей кровати, подпиливала ноготки. – Комендант Стаховяк сказала, что жить ты теперь будешь в лакейской, как и положено прислуге. Так что убирайся отсюда, а то что-то помойкой понесло...
Я знала, на что Марзи намекала.
Этот ареал, Обочина, откуда была Тесса, был известен своими свалками – именно туда свозили мусор из Драковии.
– Ты подставила меня, Марзи. Так же, как и все вы, – я обвела согрупниц взглядом. – То, что ты сказала Лейтону Уинфорду – абсолютная ложь.
– Что за бред ты несешь, третьесортная? Ты помешалась на ректоре и все это знают. А то, что ради него ты пошла на преступление и отравила несчастную Кристу, вполне в духе отребья с Обочины!
Мразь целый год прикидывалась доброй сестрицей, чтобы вонзить доверчивой Тессе нож в спину.
Я поморщилась и отвернулась.
Мне даже смотреть на «сестру» было противно.
Не до нее сейчас.
Уголок Тессы представлял из себя койку, заправленную клетчатым покрывалом, да тумбочку.
Сейчас, после обыска, все это было перерыто и переворошено – постель валялась на полу, точно так же, как и содержимое тумбы, которое я принялась подбирать и складывать.
И тут до меня дошло.
Дневник!
Дневник Тессы, который Уинфорд сначала прочитал перед всеми, а потом швырнул ей в лицо – когда я очнулась, его не было рядом.
Я бы точно обратила на это внимание!
Пока Тесса валялась в забытьи, его кто-то стащил.
А ведь там такое еще было понаписано!
Выдохнула, стараясь не поддаваться панике.
Не все сразу.
Иначе у меня просто взорвется голова.
Дневника нет, но зато есть кусок хвойного мыла, запасная пара флисовых чулок веселой расцветочки и коричневое форменное платье, в котором Тесса приехала в АВД из приюта.
Отлично.
Смена нижнего белья, благо, тоже нашлась.
Чувствуя, как насмешливо и пристально Марзи и остальные соседки за мной следят, я приказала себе не думать об этом.
И тут мой взгляд наткнулся на стенку в изголовье кровати Тессы.
Она вся сплошь была увешана изображениями Лейтона Уинфорда, вырезанными из газет и журналов.
Причем красавец-ректор был изображен на них не только поодиночке, но и в обнимку с Кристалиной.
Да, эффектная пара.
Блондинка – просто принцесса. Пухлые губы, яркое лицо, синие глаза. И эти платиновые локоны, витые, как пружинки…
Ну, а от Лейтона просто невозможно было отвести взгляд.
До чего же хорош и уверен в себе, сукин сын!
Я подошла вплотную к самому крупному портрету ректора, обложке какого-то журнала. Светло-голубые осколки глаз даже с картинки, казалось, резали тебя напополам.
И тогда я впечатала свою грязную пятерню прямо в бесстрастное идеально-мужественное лицо дракона.
Не то, чтобы мне полегчало.
Значит, понадеемся на душ и чай.
Правда, перед этим я все-таки быстро сбегала во двор чести и еще раз внимательно просмотрела место, где очнулась в теле Тессы Кук.
Дневника там не было.
Я очень надеялась, что найду в грязи размокшую от воды тетрадку, но нет.
И это сулило неприятности.
Утащить ее могли только с одной целью – продолжить издевательства над Тессой.
Вернее, уже надо мной.
Но я приказала себе пока что об этом не думать. Так же, как и о том, почему я оказалась здесь и куда делась настоящая Тесса.
Тесса теперь – это я.
Пока нужно было решить проблемы попрозаичнее.
У входа в помывальную я приложила к стене прямоугольный металлический жетон, который нашла в кармане жакета Тесс.
На нем был выбит герб академии – черный дракон.
Такие жетоны были у каждого курсанта АВД – как я поняла из воспоминаний Тессы, они были одновременно чем-то и вроде пропуска, и банковской карты, на которой лежали местные монеты для пользования услугами академии.
У богатеев их, понятное дело, было много, а вот у «стекляшек» – мало, если им не перечисляли деньги родители.
Потратив один империал, я оказалась в вожделенном душе.
Женская помывальная второго кластера представляла собой помещение, обложенное красным кафелем.
Перегородок между лейками, к сожалению, не было.
Чуть ли не застонав от облегчения, я стащила с себя грязную одежду вместе с бельем, скинула башмаки и нырнула под душ.
У Тессы даже элементарных мыльников, или как у них тут тапочки для душа называются, не было – пришлось прямо так, босиком.
Струи потекли по телу, смывая грязь и даря блаженство. Вода была едва теплой, с очень слабым напором, но я была бесконечно рада и тому. Мы с бабушкой жили в старой пятиэтажке – там вообще из крана частенько текла то ржавая, то ледяная.
А тут – красота!
Когда стекающая подо мной в водосток вода перестала быть коричневой, я принялась остервенело намыливаться хвойным мылом.
Вообще-то запах хвои я люблю – напоминает Новый год, когда бабуля приносила в дом еловую веточку и дарила мне три конфетки.
Правда, у этого мыла был очень резкий, специфический запах и оно очень плохо пенилось.
Куча времени ушла на то, чтобы промыть эту застывшую грязевую сосульку, в которую превратились мои волосы.
Они оказались непривычно длинными, почти до пояса.
Еще какое-то время я стояла под душем с закрытыми глазами, ни о чем не думая.
Вода становилась все холоднее – в помывальных второго кластера стояли ограничители на горячую.
Но я стояла и стояла, пытаясь принять то, что произошло со мной.
А потом вышла из-под лейки и подошла к зеркалу.
Я попала в это тело несколько часов назад и еще не знала, как теперь выгляжу. В моей голове не было собственного образа.
Я хорошо помнила, как выглядит Тася.
Теперь надо было попрощаться с ней и познакомиться с Тессой.
И я провела рукой по запотевшему стеклу, вглядываясь