За окном было белым-бело – крупные хлопья снега тихо падали на землю, укрывая ее своим пуховым покрывалом.
Хотя куда уж было еще укрывать – снега за прошедшую после банкета неделю и так навалило почти по пояс.
По старой сложившейся традиции его во Дворе чести отправляли чистить не слуг, а кадетов. Не драгоценных, а тех, кто попроще, разумеется, – стекляшек. В том числе и меня. Но у меня теперь был комбинезон и военные ботинки, поэтому я не роптала по этому поводу. А еще моя жесткая экономия дала свои плоды, и я смогла купить себе варежки.
Грубые коричневые варежки – они были большеваты мне по размеру и жутко колючие, зато шерстяные и те-е-еплые!
Между сытостью и теплом я выбрала тепло, и нисколько об этом не пожалела. Зимы в Драковии, как я узнала, были снежными, морозными и долгими. Без парочки пропущенных ужинов можно было пережить, а вот без варежек – никак нельзя.
Вместо мяса я предпочитала тратиться на рыбу и молоко. Самую дешевую, конечно, потому что рыба у драконов считалась деликатесом, в связи со сложностью ее добычи из Мутного моря, которое являлось вотчиной химер.
И все-таки я рассчитала недавно начисленное государством жалование и средства, оставшиеся после выигрыша, таким образом, чтобы два раза в неделю позволить себе бутерброд с двумя крошечными шпротами, чтоб хоть как-то обеспечить себя витамином Д.
Мизерная доля, но хотя бы так.
Еще много империалов с жетона ушло на набор по каллиграфии, который сейчас лежал передо мной. Конечно, тоже самый дешевенький и простенький – в обычной картонной коробочке, а не в кожаных, сафьяновых или серебряных футлярах, как у других кадетов.
Но как же я была ему рада!
Без этого набора получить зачет по каллиграфии было бы просто нереально. Именно над зачетной работой я сейчас и корпела. Офицер Че велел ни много ни мало, придумать свой собственный шрифт.
Ну и применить его на практике, само собой.
Задание мне даже понравилось – все-таки не зря в школе у меня была твердая пятерка по черчению. Кстати, оно тоже у нас должно было начаться со следующего семестра под руководством все того же Че. Остальные боялись, поговаривали, что именно на черчении офицер лютует особенно. Но я старалась не унывать раньше времени, и пока что хорошо зарекомендовать себя перед преподавателем на каллиграфии.
И вот сейчас я старательно переписывала своим новеньким, свежепридуманным шрифтом главу из «Песни о Райнего».
Даже на мой взыскательный к самой себе вкус, получалось красиво.
Вот окончу эту мерзопакостную АВД и устроюсь секретарем или делопроизводителем в штаб. А лучше даже и в какую-нибудь далекую от военки контору – я узнавала, специалистов из АВД с удовольствием берут не в военные учреждения, а на обычные места.
Пусть даже у меня не получится стать мега-крутой военной дракайной, не получится оборот в дракона, и эта моя теория про седьмую золотую кровь – всего лишь миф, призрак за которым я попусту гоняюсь.
Но раз уж я оказалась в этой АВД, я получу от нее все возможное. Получу это образование и устроюсь на работу, пусть маленькую и для элитных драконов смехотворную должность, но для меня это будет значить очень много.
А служанкой, как говорит Лейтон, я не стану!
Не собираюсь служить этим высокомерным снобам.
До сих пор, как вспомню тот банкет, передергивает прямо!
На пару мгновений оторвавшись от красивых витиеватых букв, которые выводила, обмакивая перо в чернила, я посмотрела на падающий снег.
Он навеял воспоминания о своем мире и о Новом годе, и на душе стало теплее.
Вспомнилась бабуля Клавдия, с этими ее еловыми веточками, которые она выпрашивала у продавцов елочных базаров. Целую елку мы никогда не ставили.
Интересно, как она там?
И что стало с моим телом в том мире? Я умерла? А может, впала в кому?
Но я запретила себе вспоминать о прошлой жизни. У меня теперь другая – с кучей проблем, между прочим. Вот о ней и надо думать.
В первую очередь – о предстоящих зачетах. Если я действительно хочу сносно закончить АВД и получить потом нормальную работу.
Традиционно, в конце первого полугодия в Академии кадеты сдавали зачеты, причем, в основном, по устным, теоретическим и гуманитарным дисциплинам. А вот самые сложные экзамены, требующие отличной физической подготовки и навыков в боевой магии, ждали в конце учебного года.
Не говоря уже об учениях, на которые нас должны были отправить после зимнего каникулярного отпуска.
Я всегда была того мнения, что проблемы нужно решать по мере их поступления.
Поэтому об учениях, а тем более экзаменах пока старалась не думать, и целиком и полностью сконцентрировалась на подготовке к зачетам.
Благо, после банкета высочайшего повеления явиться под его светлые очи от Лейтона не последовало. В тот же вечер укатил вместе с отцом по каким-то важным делам. Не скажу, чтобы я сильно расстроилась
Как раз наоборот, это внушало надежду, что меня оставят в покое.
В свете приближающейся помолвки века это было очень даже неудивительно. Юнис и Люсиль уже мне все уши о ней прожужжали. Даже предлагали выкатить персональное поздравление от ОЛУХА, как всегда, с сердечками и бантами.
На удивление, эта идея не вызвала во мне протеста.
Поздравить Лейтона с помолвкой – почему бы и нет? Должен же мой клуб вести хоть какую-то деятельность, раз ректор так повелел.
Некоторые остальные кадеты, кстати, тоже осознавали важность зачетной сессии – народу в рекреации в эту субботу набралось до странного много. Больше стеклянных, конечно, но драгоценные тоже выползли. Хорошо хоть, я успела занять этот уютный неприметный столик в глубине залы, рядом с окошком.
Я ни на кого не смотрела, и никто не смотрел на меня – красота…
После представления на банкете уже привычных мне насмешек и презрительных взглядов других кадетов вроде бы стало поменьше.
Может, в конце концов, обо мне все позабудут, включая Лейтона и Эльчина, и я смогу тихо-мирно отучиться в этой несчастной академии, получив квалификационный знак, который, по слухам, открывает многие двери?
ГЛАВА 71
Вот только, к сожалению, на Марзи и других моих соседок эта небольшая передышка не распространялась.
В комнате общежития заниматься было невозможно – во-первых, там не было нормального стола, а во-вторых… Марзи и ее подружки в последнее время делали какие-то странные намеки насчет меня и Толя. Одно время они вроде бы подуспокоились, но сейчас опять