— Какую проблему? О чем вы говорите?
— О ребенке, — ответила Алиса, и на этот раз она улыбнулась как-то по-другому. — Я столько сил вложила, чтобы добиться того, что имею сейчас. Мне пришлось пожертвовать многим, чтобы добиться идеальной внешностью. Именно благодаря этому я смогла добиться внимания Рената. Он женился на мне, желая видеть рядом с собой живую куклу. Мне страшно только от одной мысли: во что я превращусь, если решу стать матерью. Все эти растяжки и лишний вес. А после? Вечный недосып, отчего, естественно, появятся темные круги под глазами. Я могу перечислить еще множество нюансов, из-за которых вся моя красота померкнет. Как думаете, насколько хватит Ренату выдержки терпеть рядом с собой такую женщину?
С каждым словом Алисы я все сильнее негодовала. Разве можно говорить о подобном так просто? Как можно ставить свою красоту в угоду материнству?
От одной только мысли, что я скоро смогу взять на руки крошечное тельце и вдохнуть его аромат, у меня все замирает внутри от предвкушения. Увидеть, как частичка тебя растет и познает мир, понимать, что именно ты дала жизнь этой крошке, разве может быть что-то ценнее этого?
Хотя, наверное, не мне ее судить за подобные мысли. Никто не может навязывать свое мнение человеку, которого впервые видишь. Но кое-что меня все же заставило насторожиться. Из всего сказанного Алисой и брошенного в клинике Людмилой Николаевной, я смогла сделать кое-какие выводы. Но прежде чем решить, что делать дальше, я должна сначала убедиться в том, что права.
— Значит, тот выкидыш?..
— Его не было. Я сделала аборт, — спокойно ответила она.
— И как вы после этого спокойно спите? Вас совесть не мучает? — спросила, не понимая, что именно сейчас чувствую к этой женщине.
Алиса мне никто, я вообще впервые вижу эту женщину, поэтому не мне осуждать ее за подобные поступки. Она взрослый человек и имеет право выбора. Но тогда почему мне хочется залепить ей пощечину, высказать все, что о ней думаю, и выставить за дверь?
— Не переживайте, с совестью у меня все в порядке, — как-то самонадеянно сказала она. — По мне, так лучше просыпаться от угрызения совести, чем от крика младенца.
Видимо, ее ничуть не смущает мое негодование. Впрочем, наверное, так и должно быть, мы ведь никто друг для друга. Скоро она покинет мой дом, и мы забудем об этой встрече.
— Как вы можете так спокойно говорить об этом? Разве вам не пришлось через многое пройти, чтобы забеременеть? К чему было столько усилий? — продолжая негодовать, поинтересовалась у нее.
— Какие усилия? — вскинув вопросительно бровь, спросила она. — У меня нет проблем с зачатием. Все это было задумано, чтобы…
— Оттянуть неизбежное? — спросила, наконец, начиная понимать эту женщину.
— Да, — согласилась со мной Алиса. — Последние пять лет это срабатывало. В начале наших отношений и после свадьбы Ренат был поглощен работой, это дало мне два года жизни без переживаний. А после он задумался о наследнике. Следующие пять лет я старательно притворялась, что у меня проблемы со здоровьем. Он мирился с моим желанием и не настаивал на ЭКО. В его возрасте уже многие имеют детей. Семья Рената начала задумываться над тем, чтобы он развелся. А я не готова его терять! Именно поэтому я согласилась на эту чертову процедуру!
— А после сделала аборт, — произнесла с некой ненавистью, не заметив, как перешла на личности.
Не знаю почему, но из всего ее рассказа мне стало жать только Рената. Он так же, как и я, слепо доверяет своей половинке, не имея представления, какие страшные вещи творит его жена. И, возможно, это меня не касается, но я бы с удовольствием рассказала все мужчине. Хотя бы справедливости ради.
— Да, — снова согласилась Алиса с моими словами. — Я могла выкроить из этой ситуации еще год или два. Я делала усердный вид, что мне очень тяжело от потери ребенка и что пока не готова к очередной процедуре ЭКО. Ренат вроде не настаивал. Но… понятия не имею, зачем он решил снова обратиться в клинику. Тогда-то и всплыла ошибка с подменой эмбрионов.
— Зачем вы мне все это рассказываете? Не боитесь, что я могу пересказать вашему мужу весь наш разговор? — поинтересовалась, немного подаваясь вперед.
Не знаю, на что именно я рассчитывала — припугнуть ее или же узнать причину, по которой она со мной так откровенна. Возможно, мне просто захотелось вывести ее хоть на какие-то эмоции. Потому что во время всего разговора Алиса в точности копировала Рената. Собранная и хладнокровная. Она так легко говорила о том, как делала аборт, а ведь это сродни убийству! Наверное, именно поэтому я смогла понять, что этой женщине, кроме денег и ее красоты, ничего не нужно.
— Я рассказала вам об этом, чтобы вы знали, мне не нужен этот ребенок! — ответила она, тоже подаваясь вперед. — Если бы я узнала о нем раньше, то настояла, чтобы вы от него избавились. Но раз мы имеем то, что имеем, то мне придется предпринять другие меры.
После ее слов мне стало страшно только от одной мысли, что она может навредить малышу. Незаметно я начала осматриваться в поисках телефона. Не знаю, что именно задумала эта женщина, но я должна позаботиться о нашей с малышом безопасности.
— Не стоит так нервничать, — проговорила Алиса, заметив мой беглый взгляд. — Если бы я хотела навредить тебе, то сделала бы все настолько аккуратно, что никто бы даже не догадался, что это моих рук дело.
— Тогда чего именно ты хочешь? — все еще чувствуя угрозу от женщины, поинтересовалась я.
— Помочь тебе победить моего мужа, — ответила она спокойно. — Видишь ли, с моими деньгами и связями я могу помочь тебе спрятаться от Рената. Я куплю тебе квартиру или дом подальше от города. Помогу сделать новые документы. Да и без денег не оставлю.
Я нахмурилась, прокручивая в голове слова Алисы снова и снова. То, что она не собирается вредить ни мне, ни малышу, уже хорошо. Но стоит ли мне обзаводиться таким союзником, к тому же против Рената? Что, если мужчина обо всем узнает? Насколько жесток этот человек? Сможем ли мы с Алисой обмануть его? И если у нас все получится, не станет ли Ренат нас разыскивать? Что-то мне подсказывает, что этого мужчину ничего не остановит перед заветной целью.
— Допустим, я тебе поверила и согласилась сбежать. Не думаешь