– Увидимся вечером, малышка. – подмигивает он, и я вылетаю из библиотеки, стараясь не смотреть на толпу мужчин в коридоре.
Черт возьми. Какой же стыд.
29
– Не стоит так заморачиваться…
Я дергаю головой, уворачиваясь от кисточки Эви, но сестра в очередной раз стискивает мое плечо.
– А ну сиди смирно. У тебя первое в жизни свидание. Легкий макияж не повредит.
Свидание. От одного только слова сердце начинает неистово биться о ребра, а ладони потеть.
– Это не свидание. – возражаю я. – Просто ужин.
Спаривание. Вспоминаю слова Эдриана, и улыбка медленно растягивается на губах.
Черт. Почему я так нервничаю? Мы ведь уже делали многое с ним. Руки дрожат.
– Да. Да. – бормочет Эви, заканчивая с моими левым глазом. – Готово.
Она торжественно отходит в сторону, открывая зеркало, и я встаю со стула в ванной.
Глаза и правда стали больше и выразительней, прямо как она и обещала.
– Идеально к этому платью, скажи? – ее восторг заразителен, но меня заставляет нервничать еще больше. Может, я перестаралась?
На мне длинное платье темно-зеленого оттенка на тонких бретельках. Эви запретила надевать белье, потому что «его будет видно, а это совсем не сексуально». А мне хочется быть сексуальной. И именно такой я себя сейчас и ощущаю, смотря в зеркало. Женственной, красивой и чертовски сексуальной.
Где-то глубоко вспыхивает что-то необычное, маленькая искра, но я быстро тушу ее, потому что вместе с ней появляется и нечто темное, ядовитое. Мне это не нравится. Совсем не нравится. Поэтому делаю глубокий вдох и слегка гашу все эмоции разом. Аккуратно. Пульс слегка замедляется, хаос остывает. Нервозность отступает, стихает.
Делаю еще один глубокий вдох и бросаю взгляд на Эви.
– Что? – спрашиваю я. – Почему ты так смотришь?
– Вот опять. Как ты это делаешь?
– Делаю что?
– Ты их просто отключаешь что ли? – она хмурится.
– Отключаю что?
– Чувства.
Невольно замираю.
– О чем ты?..
– Твой взгляд. – сестра смотрит на меня так, словно я какая-то ее очередная теория. – Еще секунду назад он горел. А сейчас…Поразительно.
Мои глаза устремляются к отражению. Не понимаю, о чем она.
Смотрю на себя внимательнее и только сейчас замечаю. Прежняя Камилла. Вот она. Холодный взгляд. Ни намека на улыбку. Но я ведь только пыталась успокоиться.
Как Эви удалось это заметить?
– Должно быть, это как-то связано с твоим даром. – Эви начинает размышлять вслух, шагая из стороны в сторону. – Интересно…
Дверь в ванную распахивается, и мы обе поворачиваем головы в сторону Валери. Мой рот невольно приоткрывается от ее вида – волосы слиплись, по лицу и шее стекает кровь, так много крови. Она капает с кончиков волос и пальцев. И прежде, чем я успеваю спросить, она выпаливает, на ходу снимая с себя одежду:
– Кровь не моя.
– Гэмми. Опять? – раздосадовано спрашивает Эви, опираясь на край раковины.
Вал вскидывает голову.
– Как поняла что это гэмми? – она уже обнажилась по пояс.
– Кровь красная. Они снова появились на границе?
– Нет. – отстраненно бросает Валери и встает под душ.
– Тогда где ты с ними столкнулась?
Я смутно припоминаю эту породу демонов. Две головы, острые клыки и когти. Если не считать раздвоенный голов, похожи на людей.
Валери медлит с ответом.
– В Темном лесу.
Эви резко выпрямляется, складывая руки на груди.
– На кой черт тебе переться в Темный лес?
«Чтобы выпустить пар» – почти сразу понимаю я. Эви бросает на меня хмурый взгляд. И я добавляю:
«Охота. Это то, что у нее получается лучше всего»
«Как у тебя самоконтроль?» – язвительных ноток ей скрыть не удалось, так что и я не сдерживаюсь.
«И твое двуличие»
Она усмехается в ответ.
– А знаете, мы все могли бы посоревноваться за звание самой шизанутой сестры. Лично я бы проголосовала за Ками. – указывает пальцем на мои глаза. – Этот трюк с глазами, просто жуть.
– Какой трюк? – вдруг откликается Валери.
– Ками потом тебе покажет. А сейчас она опаздывает. – многозначительно кивает мне Эви.
Вот черт.
Я и правда опаздываю.
***
Когда выхожу из дома, Эдриан уже ждет меня внизу у ступенек. На нем моя любимая свободная белая рубашка с закатанными по локоть рукавами и светлые штаны. Как только наши глаза встречаются, его рот слегка приоткрывается, и я чувствую волну тепла, растекающуюся по всему телу. Но затем знакомое фырканье привлекает мое внимание. Недалеко от Эдриана стоит…
– Ветер! – вскрикиваю я и пролетаю вниз по деревянным ступенькам мимо волка.
Тут же подбегаю к ней и запускаю руку в мягкую гриву. Не знаю почему, но чувствую какую-то странную связь с этим животным. Должно быть, это потому что мы похожи. Ветер утыкается головой в мою шею, словно приветствуя. Не могу сдержать улыбку.
– Значит, с Калебом ты ешь булочки, с Фином тренируешься, а с Шоном катаешься на лошади. – раздается голос Эдриана.
Он не двигается со своего места, широко улыбаясь.
– Я начинаю ревновать.
Мне ничего не остается, кроме как улыбнуться ему в ответ. Есть много вещей, которые я делаю только с ним. И ему это прекрасно известно.
Его взгляд падает на Ветер, а затем на мою руку в ее гриве.
– Честно говоря, я сначала не поверил ему. Но когда дело доходит до тебя, мне пора бы уже перестать удивляться.
– О чем ты? – удивленно вскидываю брови, поворачиваясь к нему.
Ветер кладет свою голову мне на плечо, щекоча шею, и я улыбаюсь шире.
– Она никого к себе не подпускает. – кивает на Ветер и все еще не приближается. – Кроме Шона, и то, только потому что он ее кормит. Мы купили ее несколько месяцев назад, но еще никому не удавалось оседлать ее.
Мои брови сходятся на переносице.
– Но Шон сказал, она спокойная.
Ветер фыркает мне в ответ на эти слова, и Эдриан качает головой.
– Да, если к ней не приближаться.
Склонив голову набок, я спрашиваю:
– Ты что боишься?
Волк пожимает плечами.
– Ну, я ведь не идиот.
– Тогда зачем привел ее сюда?
– Хотел сделать тебе приятно. Ты можешь отправиться на ней туда, куда мы собираемся.
Мое сердце снова ускоряется. Черт. Когда я с Эдрианом бесполезно подавлять хаос. Он словно прямой его источник. И как бы я ни старалась вернуть себе крупицы контроля, это совершенно невозможно рядом с этим волком.
– И что это за место?
– Озеро. То, на котором мы уже были. – его глаза сверкнули. – Я побегу впереди, ты следом.
– А разве это безопасно? – поднимаю глаза в темно-синее небо, где уже начинают