– Нет. – отвечает Вал.
Я прохожу в комнату и опускаюсь на кровать по середине. А Вал выходит проверить в коридор, не стоит ли кто-то за дверью, затем возвращается и настороженно осматривает комнату, будто волки могли прятаться где-то в стенах.
– Они все очень странно себя ведут. – голос ровный и спокойный, но язык тела говорит об одном, Вал готова врезать кому-нибудь в любую секунду. – Большинство явно настроены враждебно. И тем не менее Эдриан объявил нас своими гостями. Зачем ему это?
– Он ведь пришел на совет к отцу, значит был готов сотрудничать. – Эви разминает шею, откинувшись руками на кровать позади себя. – Может, он не хочет портить отношения с нами. На пороге войны все ищут союзников.
– Возможно. – вклиниваюсь я. – Но мы здесь не за этим.
Нам нужно как можно быстрее найти артефакты.
– Я все еще ничего не чувствую. – объявляет Валери.
– И я. – поддерживает Эви.
Обе уставляются на меня, и я вздыхаю.
– Ничего не понимаю, разве Кора не сказала, что мы должны почувствовать их?
Эви поддается вперед:
– Может, дело в том, что наша магия не работает на этой земле?
– Но у нас сохранилась связь. – возражаю я. – Триада.
Валери складывает руки на груди и прислоняется спиной к комоду прямо напротив моей кровати:
– Артефакт может защищать другая магия, та, что не дает нам использовать свой дар.
– В любом случае, – Эви поднимается на ноги. – Нам может понадобиться помощь Эдриана, предлагаю сходить на этот ужин и узнать, что им нужно от нас.
Чтобы найти здесь артефакт, придется действовать по старинке и буквально исследовать эти земли.
Но как это сделать и остаться незамеченными?
– Возможно нам придется здесь задержаться. – поднимаю глаза на сестер. – Но нужно обставить все так, чтобы это они предложили нам остаться. Мы не можем раскрыть свои мотивы. Риск слишком велик.
– Ты права. – кивает Вал. – Они могут и не знать, чем обладают, нельзя давать им шанс манипулировать нами.
Эви соглашается.
– Отлично, тогда если никто не против, я пойду в душ.
Сестра скрывается в ванной, а мы с Вал остаемся наедине. Я опускаю взгляд на свои покрасневшие запястья и небольшие ссадины на ладонях. Ожоги почти зажили.
– Как твои руки?
Поднимаю голову.
– Все в порядке.
Но кое-что до сих пор не дает мне покоя.
– Там у реки, – тихо начинаю я. – Тот воздушный купол.
Валери тут же опускает глаза к своим ботинкам.
– Ты пользовалась им в поместье?
Сестра вздыхает и садится на кровать рядом с моей. Когда я уже думаю, что она не ответит, раздается ее едва различимое:
– Да.
Значит, Вал и правда пряталась от нас в поместье все эти дни.
Из ванной слышится шум воды.
– Но зачем? – спрашиваю, полностью поворачиваясь к ней.
Она качает головой, крутя на пальце кольцо и явно не собираясь отвечать. Но а я не собираюсь сдаваться. У меня просто нет на это времени.
– Это потому что тебе некомфортно с нами? Не хочешь общаться.
Ее брови резко сходятся на переносице, и она вскидывает голову, смотря на меня так, будто я несу несвязный бред. Выпрямляюсь и продолжаю накидывать догадки.
– Или может, мы тебе в тягость и ты думаешь, что…
– Да брось, – вырывается из нее, и она морщится, словно тут же пожалела о сказанном. Выдохнув, она сглатывает и продолжает уже без единой эмоции в голосе.
– Я знаю, что это вам неудобно в моем присутствии. Вы же постоянно мысленно общаетесь. – убирает прядь волос за ухо и снова бросает взгляд на свои руки. – И я не виню вас. Прошло шесть лет, нам необязательно сближаться.
– Мы общаемся мысленно, потому что это удобно, а не потому что не хотим чем-то делиться с тобой, Вал.
Она замирает и медленно поворачивает ко мне голову. На ее губах вдруг появляется легкий намек на улыбку.
– Давно я не слышала этого имени.
– Знаю, тебе не нравятся сокращения, потому что наши имена красивые и все такое, но я все равно буду тебя так называть, потому что это удобно. И если бы ты хотя бы немного открылась нам, мы бы все вместе могли общаться телепатически. И мне не пришлось бы в одиночку терпеть извращенные мыслишки Эви.
Сестра отворачивается, но я замечаю, как она поджимает губы, сдерживая улыбку.
– Мы сестры, Вал, это не изменится. Не имеет смысла держаться за прошлое. Что случилось, то случилось. Ты оставила нас, я оставила Эви. Это не изменить. У нас были свои причины, и Эви это знает.
Вал хмурится, ее взгляд бродит по комнате. Мне на ум приходят слова отца, и я продолжаю:
– Я верю в нас, верю в то, что у нас все получится. Но это только при условии, если все будут стараться.
Она молчит, и я теряю уверенность в то, что действительно могу достучаться до нее. Сейчас мне кажется, что между нами целая бетонная стена, а не несколько шагов.
– Я хочу.., – мой голос срывается, и я прочищаю горло. – Мне нужны мои сестры, Валери.
Она замирает, взгляд падает куда-то между нами.
– Ты мне нужна. – ком подкатывает к горлу, и мне почему-то не удается его подавить. – И мне плевать, если ты вычеркнула нас из своей жизни. У тебя нет выбора. Я тебе его не даю.
Вал поднимает на меня свои зеленые глаза, и я замечаю в них отголоски эмоций.
– Хорошо. – почти шепотом отвечает она.
– Хорошо. – уверенно киваю я, вытирая слезу с щеки и улыбаясь ей.
– И ты.., – вдруг снова говорит она. – Не злишься на меня?
– Нет. – тут же отвечаю, и это правда. Не думаю, что когда-либо злилась на Вал. Во всяком случае, не так как Эви. Я понимаю ее. Понимаю, почему она ушла.
Валери сжимает руки на коленях в кулаки и выдыхает:
– Я думала, так будет лучше.
– О чем ты?
Она прикрывает глаза, морщась, будто каждое слово дается ей с трудом.
– Я причинила боль. – холод медленно возвращается в ее голос с каждым последующим словом. – Каждой из вас. Не смогла сдержать гнев. Я была опасна.
Наши взгляды встречаются, и я замечаю борьбу внутри нее.
– Я все еще опасна.
Мне вспоминается то, как она едва не разнесла поместье недавно. Но проблема не только в этом. После смерти мамы Вал сорвалась. Ее гнев обжигал изнутри и снаружи. При очередной их ссоре с отцом я закричала от боли в груди, а Эви охватило пламя снаружи. Агнес удалось исцелить большую часть ее ожогов, но небольшие шрамы до сих пор остаются на спине и