— Профессор кон Элло сегодня злой и раздражительный. Хуже, чем обычно, — хмуро пожаловалась подружка герцогини.
— Неудивительно, по нему же прямо видно, что у него давно не было секса, — лукаво ответила блондинка. — И это просто прекрасно. Нет ничего лучше, чем «голодный» мужчина. Грудь подчеркни, ножку оголи — и всё. Все его принципы разлетятся на мелкие осколки. Это мой шанс. Сегодня после уроков я пойду к нему в кабинет, попрошу внести правки по реферату и разъяснить кое-какие моменты… а дальше дело техники. Старательная и сексуальная студентка наедине с профессором в кабинете. Вряд ли он устоит.
«Что⁈ Ах ты хитрая тварь!» — подумала я, но вслух ничего говорить не стала. Вряд ли это поможет. Только хуже сделает. «Он мой, не отдам!» Вот так вот у нас, женщин, всё просто. Как поругались, то отменяй помолвку, а как почувствовала, что моего мужчину могут увести, то сразу собственнические чувства проснулись. Ну вот и что мне теперь делать? «Нет уж, гордость гордостью, а Рена без боя я не отдам!» — кипело всё внутри. Осталось только придумать, как этому помешать.
До вечера я ходила задумчивая. Оставалось две пары: «Демонология» и «Политология», но я никак не могла на них сосредоточиться. Хорошо, что их программу я и так отлично знала, ибо преподавателей я совершенно не слушала. Мозг мой придумывал план, как же помешать коварной блондинке, но при этом не сдаться в «противостоянии» с Реном. В голову приходили безумные идеи: от «пробраться в кабинет ректора и вызвать магистра по громковещателю на совещание» до «устроить пожар в школе». Но все мысли я откидывала из-за их несовершенства, моральных принципов и рисков. В итоге я не придумала ничего лучше, чем просто зайти в кабинет к Рену в тот же момент, когда там будет герцогиня, и помешать ей исполнить задуманное. Глупо, конечно, но должно сработать.
Пропустив ужин, я направилась в сторону преподавательского этажа. Кабинет Рена находился достаточно отдалённо от всех, но всё же я постоянно оглядывалась, чтобы не попасться никому из профессоров на глаза. Я отошла в другой конец коридора, из которого открывался прекрасный вид на дверь кабинета жениха, спряталась за шкафом и начала ожидать спектакля. Ждать пришлось недолго. Де Бранж, похоже, не хотела опоздать, боясь, что магистр может уйти. Я решила посидеть минут пятнадцать, так сказать, дождаться, пока блондинка перейдёт к запланированным действиям, чтобы поймать их с поличным. Почему-то это казалось мне очень важным. Казалось, минуты тянутся бесконечно. В итоге, не выдержав, я едва слышно постучалась в дверь — правила приличия всё же никто не отменял — и, не дождавшись ответа, открыла её и ступила в кабинет.
На самом деле я морально готовилась к чему угодно, представляя отвратительные картины сексуального характера, и собиралась устроить скандал (тихий, исключительно для жениха). Но была приятно удивлена, увидев открывшуюся передо мной картину: мужчина сидел за своим столом, перебирая какие-то бумажки и делая там записи, взгляд его был абсолютно холодный и бесстрастный. И это несмотря на то, что сидевшая напротив девушка из кожи вон лезла, чтобы привлечь его внимание. Пуговичка на рубашке была расстёгнута в районе груди, волосы распущены, одну прядь она наматывала на пальчик, строя глазки и прикусывая губки. Ноги в короткой юбке лежали друг на дружке. В общем, всё как в дешёвых эротических романах. «Молодец, де Бранж, пять баллов». Да вот только Рен как будто бы этого совсем не замечал. Он даже не отрывал взгляд от книжки и листка, в котором делал заметки. В груди поднялась радость и гордость, кажется, я даже улыбнулась.
— Простите, магистр кон Элло, вы просили зайти меня после уроков, — прервала тишину я.
— Я? Не… — поднял на меня растерянный взгляд Рен. Он, наверное, уже собирался сказать, что никого не вызывал, но, наконец-таки заметив меня, быстро передумал. На его лице проскользнула едва заметная улыбка, но быстро взяв себя в руки, он сделал невозмутимое выражение лица и продолжил: — А, де Элло. Да, да, проходите. Присаживайтесь на диван. Я сейчас закончу с де Бранж и вернусь к вам.
На лице повернувшейся ко мне блондинки промелькнула злостная гримаса, обещающая мне все самые страшные муки. Я лишь пожала плечами: «Мол, ничего не знаю, я не виновата, меня же вызывали». А в душе ликовала, едва сдерживаясь, чтобы не выдать себя.
— Но профессор, у меня ещё столько вопросов, — надула губки высокородная леди, при этом как бы незаметно поправляя рубашку в районе груди. — Может быть, де Элло зайдёт позже или завтра? Сейчас моё время.
По лицу Рена проскользнула волна злости. Сразу видно было, что она плохо знала моего жениха. Он ненавидел, когда кто-то ему что-либо навязывал или строил планы за него.
— Я сам решу, чьё сейчас время, мисс де Бранж, — резко вскинул он взгляд, закрывая учебник и протягивая его блондинке вместе с листком, на котором писал. — Вот, я сделал пометки в книге и пояснения выписал на листок. Этого должно хватить вам, чтобы разобраться в теме. Вопросы вы сможете задать на паре. И если после этого вам всё ещё будет что-то непонятно, что ж, тогда я задумаюсь, хватает ли вам умственных способностей и подготовки для того, чтобы учиться дальше на моём факультете. Восемьдесят процентов информации вы обязаны изучать сами, с помощью учебников и дополнительной литературы. Я не против помочь, но разжёвывать вам материал я не обязан, у меня нет на это времени. Да и мы не в детском саду, чтобы трястись возле каждого студента. Свободны.
Де Бранж выскочила из кабинета, как ошпаренная, при этом кинув на меня ещё один уничтожающий взгляд. Но мне было плевать, я была довольна и счастлива. Настроение резко поднялось вверх.
Рен был так прекрасен в своей холодной строгости и гневе, что я невольно возбудилась. Вообще-то я планировала лишь помешать коварной сокурснице исполнить свои планы и уйти. Но, сидя на диване наедине с возлюбленным, по которому безумно соскучилась, я решила отойти от задуманного. Всё-таки в одном Марина была права: неудовлетворённый мужчина — это как снаряд замедленного действия, может рвануть в неподходящий момент. И если одна «охотница» до этого догадалась, то скоро и другие подхватятся. А мне таких сюрпризов не хочется. Не каждый