Танец подходил к концу, музыканты исполняли последние аккорды, и совершенно неожиданно для всех, в том числе и для меня, произошло чудо. Птицы, что были вышиты на подоле моего платья, а также на воротнике рубашки мужа, – взлетели вверх, оставляя за собой след из синих искр. Это было столь красиво и необычно, что я в восторге уставилась на это чудо. Не знаю, чья была идея – Рена, его бабушки или швеи. Но зрелище вышло эффектное. На моём лице сияла искренняя улыбка, впервые за весь день.
После окончания формальной части к нам начали подходить по очереди гости и поздравлять с бракосочетанием. Рен представлял мне всех по имени и титулу. Кто-то говорил искренне, а от кого-то сквозило фальшью. Спустя два часа я настолько устала от этого шоу, что едва стояла на ногах. И мой муж, вежливо извинившись перед всеми, подхватил меня на руки и унёс в спальню – выполнять супружеский долг и наслаждаться первой брачной ночью.
Глава 37. Шейн
Сказать, что Шейн был зол, – это ничего не сказать. Он был в ярости. Ему стоило невероятных сил выдержать этот вечер и не сорваться. Приходилось держать лицо перед всеми этими плебеями и жополизами. Он едва сдерживался, чтобы не убить кого-нибудь, желательно родного брата. Это же надо было устроить такую подставу! Мало того, что этот мелкий ублюдок украл его женщину, так ещё и корону на неё нацепил.
Старший принц чувствовал себя так, как будто у него раздвоение личности. Он не мог понять, чего он хочет больше – трахнуть Анабель или придушить её. Если бы она сейчас оказалась у него в руках, то он сделал бы и то, и другое. И это была совсем не метафора. Нет. Ему нравилось причинять боль женщинам, он получал от этого неописуемое извращённое удовольствие. Иногда он заигрывался – не все выживали после таких вот развлечений, но это его ничуть не расстраивало. Шлюхи недостойны жизни, они бесполезны для общества. Их цель – развлекать таких, как он. Что ж поделать, если его забавляют их страдания. Надо было думать прежде, чем выбирать такое ремесло.
Вернувшись домой, Шейн заперся в комнате, налил себе огромный бокал коллекционного виски и отпил несколько глотков, чувствуя, как напиток приятно обжигает горло. Напиток должен был успокоить, но он совершенно не помогал. Внутри старшего принца бесилось пламя. Спустя несколько секунд бокал с янтарной жидкостью полетел в стену, разбиваясь на осколки и пачкая всё вокруг. За бокалом туда же полетела бутылка, потом стол, на котором она стояла. Ваза, которая находилась на тумбочке и стоила целое состояние, ибо представляла собой архитектурную ценность. А потом и сама тумбочка.
Демон орал, рычал и ломал всё, что попадалось ему под руку. Шум стоял такой, что должны были бы примчаться охранники или слуги. Но они были привычны к такому поведению принца и знали, что сейчас его лучше не беспокоить. Спустя полчаса крушения всего подряд Шейн наконец-то успокоился и сел на единственное целое кресло в помещении. Отдохнув и переведя дыхание, наследник престола вызвал охранника, который, как верный пёс, стоял под дверями снаружи.
– Здесь необходимо прибрать. Вызови прислугу. Скажи мисс Галлет (главная экономка), чтобы прислала мне, как я люблю.
Спустя десять минут в помещение зашла молодая красивая горничная с длинными тёмными волосами. Шейн раньше её не видел. Девушка слегка побаивалась старшего принца, но глаза её алчно блестели. Она надеялась на то, что после сегодняшнего вечера её ждёт повышение. Как же она ошибалась…
Говорить ей, что именно нужно убрать, не пришлось – это было очевидным. Горничная в слегка коротковатом платье повернулась к демону задом и сексуально нагнулась, прекрасно понимая, что она делает и какую реакцию это вызовет.
Её тактика сработала. Спустя несколько минут демон поднялся со своего кресла, бесцеремонно задрал юбку и без прелюдий жёстко вошёл в девичье лоно. Она вскрикнула от неожиданности и боли, что ещё больше завело мужчину. Он грубо вколачивался в женское тело, совершенно не церемонясь. Её удовольствие его нисколько не волновало, наоборот, он хотел слышать крики боли. Сегодня ему было необходимо снять стресс и оторваться на полную.
Через некоторое время горничная начала имитировать стоны удовольствия, считая, что сделает лучше. Зря… Это было совсем не то, чего хотел принц, её стоны его раздражали, он желал слышать другие звуки – крики боли и стоны отчаяния. Девушка была внешне похожа на Анабель, и Шейн с эйфорией представлял ту, что растоптала его чувства. Он с силой ударил экономку ладонью по пятой точке, оставляя красные следы на коже. Девушка вскрикнула, что завело демона, и он ударил ещё, и ещё, и ещё. Бил до тех пор, пока ягодицы не стали пунцово-красными. А брюнетка тем временем уже выла и рыдала в голос, не сдерживая себя.
Шейну надоело однообразие, захотелось видеть страдания этой хрупкой красотки. Он вышел из неё, развернул к себе лицом и, слегка надавив на плечи, поставил её на колени. Грубо схватив девушку за волосы, он слегка приподнял голову вверх и засунул член ей в рот, глубоко, по самое горло. Горничная едва сдержала рвотный рефлекс, а через минуту интенсивных движений начала задыхаться. Горло её сокращалось в спазмах, по лицу текли реки слёз. Она не могла дождаться, когда эта пытка закончится.
Но демону и этого показалось мало. Его начали раздражать её всхлипы и слюни. Она была похожа на Анабель, но не была ею. Злость вновь вскипела в мужчине, требуя выйти наружу. Он яростно схватил девушку за горло, перекрывая ей дыхание, при этом не прекращая своих грязных действий. Она больше не могла это терпеть, схватилась обеими руками за запястье принца в попытках ослабить хватку. Но силы были не равны.
Спустя две минуты полные ужаса и страха глаза девушки начали закатываться, доводя мужчину до экстаза. Шейну очень нравилось чувство, что её жизнь в его руках, сейчас он был королём, он решал, выживет она или нет. Власть – вот что возбуждало его больше всего. Будь то власть над хрупкой женщиной или над целой страной. Он хотел всё и сразу. В тот миг, когда сознание брюнетки померкло, а тело безвольно опустилось, он кончил, с