Уперевшись в доспехи Ани, я понял, что она без сознания и какой бы до этого у неё ни был план, пока она не очнётся, он не имеет никакого смысла.
— Я понимаю. — ответил я, желая потянуть время.
Медленно подтянув ногой второй кейс, я приподнял открытый выше и покачал головой.
— Но и вы поймите, что я просто так не сдамся. Ещё один шаг и я спускаю заклятие. Ситуация патовая.
Приближавшийся до этого мужчина остановился, напряженно вглядываясь в мои глаза, будто что-то выискивая.
— Теодор, вы наверняка сейчас думаете, что я ужасный человек, который решил вас запытать и отобрать реверса. — вкрадчиво начал седой. — Но это не так. Анна сама видит лишь часть действительности. Наверняка она рассказала вам про то, что мы провели эту же процедуру с Алексеем, но сами подумайте — он ведь использовал свою способность в бою с Воронцовым.
Чувствуя как доспех сзади слегка шевельнулся, я воспрял духом и понял, что скоро девушка должна прийти в себя, как я, когда этот монстр расчищал моей тушкой сосновый лес.
— А что насчёт его садизма? Он и вправду поменялся. Кому как не мне знать каким он был раньше.
— Это не относится к нашим манипуляциям. После лечения его основная часть личности стала слишком мягкотелой и он сам попросил Лайоля слегка подправить ему разум. — вопреки моим угрозам, мужчина сделал крохотный шаг вперёд. — Он просто не мог функционировать без ярости Эриды. Перестал быть бойцом.
Внезапно, когтистая лапа с силой сжала моё предплечье и пространство сжалось в тугой комок, скручиваясь и распрямляясь в уже совершенно ином месте.
Выпав вместе с кейсами в воздух, я прокатился по асфальту. Сквозь звон в ушах, я почувствовал, как улицу тряхнуло от грохота. Зазвенели лопнувшие окна и отовсюду послышался свист пуль.
— Тихо, это наши! — послышалось сбоку. — Хватай парня, а возьму девчонку!
Пытаясь стряхнуть с себя предобморочную муть, я оперся рукой об асфальт в попытке подняться, но подскочивший ко мне гвардеец резко дернул меня наверх, взваливая себе на плечи.
— Андрей. Там ещё один остался… — выдавил я из себя.
— Ты! Хватай чемоданы и с нами! — перекрикивая какофонию звуков боя, крикнул второй мужчина. Мои слова мужчина то ли не услышал, то ли проигнорировал. Обхватив тело девушки за плечи, гвардеец напрягся и медленно потащил его к бронированному фургону.
Прозвучал особенно мощный грохот и часть здания, в котором, судя по всему нас и держали, осыпалась. Тут же в обнажившихся комнатах появились бойцы седого в сторону спасавших нас гвардейцев посыпались заклятья. В одном из открывшихся помещений промелькнул невнятный белесый силуэт, напоминавший иномирную тварь, но меня больше волновало то, что где-то там остался мой друг.
— Там остался ещё один наш! — перекрикивая звуки боя, сообщил я бойцу.
— Я ничего не знаю! У нас приказ на штурм! — ответил гвардеец, открывая дверь авто и закидывая меня внутрь.
Извернувшись перед падением, я успел уцепиться за острый край двери. Из рассеченной ладони прыснула кровь, но мне было плевать. Всё моё внимание занимал разрушающийся на глазах укрепленный особняк. Несмотря на то, что разумом я понимал, что ничем сейчас помочь не смогу, а лишь буду мешаться и испорчу все усилия приложенные для нашего побега, что-то внутри меня не позволяло просто так бросить товарища, вопя о том, что я должен помочь гвардейцам и попытаться найти Андрея.
— Рокот подразделению! Внимание, иномирная угроза! Возможен прорыв! — зашипела рация в нагрудном кармане помогавшего мне гвардейца.
Сквозь шквал пуль отчетливо прорезался крик боли и выглянув через плечо пытавшегося затолкать меня обратно воина, я увидел как отливающий серебром стальной монстр разрывает одного из бойцов на три части, удерживая вырванные конечности гибкими жгутами лап.
Вдруг, затылок пронзила острая боль и свет погас.
— Слишком много возишься, нет времени. Всё, на месте, погнали! — перегнувшись к водителю, проорал более старший гвардеец и машина взвизгнула колесами, покатившись прочь.
Глава 20
— Прямо сейчас со стартового комплекса "Рассвет" мы ведем прямую трансляцию беспрецедентного события! На трибунах — главы дворянских родов, ученые и военные специалисты двух сверхдержав! — Рядом со мной — Его Светлость, князь Сергей Потёмкин, один из ключевых идеологов проекта. задорно вещал женский голос из плоского телевизора. — Ваша Светлость, не могли бы вы сказать пару слов о том, что вы думаете о данной программе?
Прямая трансляция? Каким интересно образом передается интервью, если они рядом с Аляской?
Я сидел в кресле, безэмоционально потягивая чай. После освобождения, меня с Аней привезли в поместье Юсуповых, где нас встретил Роман. Когда я пришел в себя, к нашей компании уже присоединился Потёмкин с его сестрой и… Ильёй. Не знаю, что с ним случилось, но после возвращения Воронцов напрочь отказывался говорить, вот уже как второй час молча смотря что-то на телефоне.
— Наши бойцы потеряли след. — досадливо поморщившись, Юсупов сжал телефон в ладони. — Ушли мой брат, тот доктор, седой, твой друг с Андреем и ещё часть людей.
— …В первую очередь я бы хотел сказать, что безмерно рад стоять здесь, наблюдая за тем, как наше изобретение становится реальностью. — заговорил в телевизоре представительный мужчина, напоминающий внешностью Женю взял небольшую паузу, оглядев собравшуюся высокородную процессию. — "Десница" это невероятное, поражающее своей мощью оружие будущего, созданное против угроз масштаба человечества.
— То есть Андрея мы, как и всех кто нас интересовал в первую очередь, потеряли? — риторический вопрос Потёмкина закончился ёмким, но жестким потоком ругани.
— Звучит очень внушительно. — вновь донеслось с места испытания Десницы. — Вот только единственная угроза мирового масштаба — разломы класса "катастрофа" не открывались уже более двух сотен лет! Неужели они в ближайшее время могут вернуться?
— Да выключите уже этот телевизор! — рыкнул Потёмкин и не дожидаясь пока кто-то выполнит его прихоть, самостоятельно нажал на кнопку. Сидевшая рядом с Ильей Ксения испугано вздрогнула от громкого голоса.
— К сожалению, мы не можем… — вновь заговорил отец Евгения, но экран погас и конца фразы услышать не удалось.
А жаль. Признаться, я и сам успел заинтересоваться тем, что такого случилось, что две, не сказать чтобы особо дружившие страны, решили объединить усилия.
Мысли зависли в пустоте, оставшись без ответа и от этой тишины стало тошно. Без Айрис в моём сознании было… Слишком пусто, даже несмотря на то, что сейчас я был окружен людьми. Парадоксально, но хоть эти разговоры с самим собой напоминали мне о потере, одновременно они же