– Во-первых, любая магия должна подчиняться законам, общим правилам, именно это делает ее наукой. Но как классифицировать хаос? Пепельная магия абсолютно непредсказуема, а значит, опасна. Во-вторых, история помнит, сколько бед пепельники причинили цивилизации. Разрушения, пожары, штормы, наводнения. На одно их благое деяние приходятся десятки катастроф!
Я закусила губу. Он передергивал факты, но передергивал очень умело! Руины старого Куарона никому не давали забыть, на что способна магия хаоса.
– Ваше высочество, когда-нибудь вы займете трон, принадлежащий вам по праву, и избавите мир от этих помоечных крыс! – крикнул какой-то лизоблюд, а студенты согласно загудели.
– Студент Элмер, не выкрикивайте с места, – осадил его магистр. – И не забывайте об уставе. Здесь присутствует не «ваше высочество», а ваш товарищ, студент Асториан. Продолжайте.
– Думаю, будет достаточно указа, который навсегда закроет пепельным магам путь в академию. Нет магии – нет катастроф.
– Сами повыведутся! – согласился с ним девичий голос.
Дышать становилось все труднее, в груди пекло от злости.
– И, в-третьих, магия хаоса не способна созидать. Она не лечит, не защищает, не строит, только разрушает! – привел еще один аргумент Роэн.
– Это неправда! – воскликнула я.
Я толкнула дверь и возникла на пороге аудитории то ли как чертик из табакерки, то ли как ангел мести. Мое внезапное появление произвело фурор! Отрадно видеть, как вытянулись лица, а некоторые особенно чувствительные девицы ахнули и отпрянули. Жаль, быстро разглядели мои растрепавшиеся на бегу волосы, а потом и скомканную форму, которую я прижимала к груди. Как назло, длинная штанина выпала из клубка и подметала манжетой пол. На физиономиях проступили презрительные ухмылочки.
Роэнмар, который выступал стоя, повернулся ко мне с видом неколебимой скалы и тоном бесчувственной рептилии поинтересовался:
– Вы обвиняете меня во лжи, студентка Лир?
Вот как можно все выкрутить так, чтобы я снова оказалась виновата? Под прицелом десятков глаз я позабыла все слова, а мысли разлетелись из головы стаей перепуганных птиц. Это принца с детства учили выступать на публике, я же впервые очутилась в ситуации, когда нужно изложить точку зрения коротко и доступно.
– Магия хаоса спасает, когда надежды на светлую магию уже нет! – Мой дрожащий от напряжения голос совершенно терялся в просторной аудитории. – Пепельный маг спас королевство от хвостатой звезды!
Принц Роэнмар поднес ладонь к уху и сделал вид, что прислушивается к писку.
– Не доказано, – усмехнулся он. – Любят пепельные раздувать эту историю! Светлые и сами бы справились, будь у них больше времени.
– Но у них не было времени! А Пиренская катастрофа, когда Мирен Каар остановил извержение вулкана Пирен? Жертв были бы тысячи! Или гибельный шторм у мыса Корден? Светлые установили щиты, но волны все равно прорывались и смыли бы половину городков у побережья, если бы не пепельные маги!
– Что-то я не припомню таких фактов в учебнике по истории, – иронично изогнул бровь Роэн. – Ты пересказываешь любимые пепельниками сказочки, а не факты.
– Учебники переписали! – заорала я.
– Студентка Лир, держите себя в руках! – Магистр хлопнул ладонью по трибуне. – У нас учебная дискуссия, а не балаган. Еще одно предупреждение, и я вас удалю с лекции. Мало того, вы еще и опоздали!
Я втянула носом воздух, выдохнула.
– Извините…
– Займите место!
Я, прикусив губу, двинулась к свободной парте в последнем ряду. Наступила на волочившийся по полу рукав и чуть не грохнулась. Студенты захихикали, а Роэн покровительственно поднял ладонь, призывая к тишине. Вид у него был удовлетворенный и весьма довольный собой.
– Клянусь, если я однажды стану свидетелем того, что пепельный маг спас кому-то жизнь, я лично принесу извинения перед всеми магами хаоса! – заявил он.
Глава 11
Я решительно приближалась к группе будущих боевых магов, ожидавших начала первой тренировки на полигоне. Рослые парни небрежно переговаривались, кто сидя на деревянном снаряде, похожем на жердочку в курятнике, кто прислонившись к нему спиной. Скучали, ждали тренера.
Однако скуку как рукой сняло, когда они заметили мое наступление. Я шагала, сунув руки в карманы жилета, наклонившись вперед, точно собиралась учинить расправу над группой невинных светлорожденных овечек. На самом деле я изнутри придерживала за пояс штаны, чтобы они не сползли с талии: я не успела перешить форму, поэтому пришлось с утра обмотаться бечевкой, а длинные штанины – подвернуть. Моя агрессивная походка и сдвинутые брови объяснялись тем же желанием: не уронить штаны, не уронить достоинство и не показать слабину.
Первым меня заметил Элмир – один из двух парней, всегда и всюду сопровождающих высочество. Вчера в столовой я краем уха услышала, что он и второй, Вейлар, сыновья высокопоставленных сановников при дворце. Вроде как и приятели принца, а вроде как и телохранители.
Элмир толкнул кулаком в бок своего напарника, тот похлопал по плечу Златовласку, и скоро все боевики ошалело уставились на меня. Я буквально читала на не обремененных умом лицах работу мысли: «Чего это она? Рассудком тронулась? Как-то быстро!»
Почему-то вспомнилось, как я в городском парке улепетывала от агрессивной белки. Не знаю, что не понравилось грызуну, может, это была белка-поклонница светлорожденных, но она воинственно кинулась на меня, распушив хвост. Я предпочла не связываться и отступить.
Интересно, если я сейчас оскалю зубы и брошусь на принца, он сбежит? Какая заманчивая мысль!
Я остановилась в паре метров от парней и небрежным – как мне мнилось – жестом вынула из кармана измочаленный лист с расписанием.
– Где магистр Калестор? У меня по расписанию физическая подготовка.
Изумление на лицах сменилось пониманием, а после и кривыми ухмылочками. На фоне бравых боевиков, на которых новехонькая форма сидела как вторая кожа, являя взору рельефные мускулы, сильные плечи и крепкие бедра, я выглядела как жеребенок под седлом.
Рубашка вполне могла сойти за платье, жилетка все время сползала с одного плеча, а подвернутые штанины так и норовили размотаться.
– Обнять и плакать, – высказал общее мнение Элмир.
– Не плачь, держись, ты уже взрослый мальчик, – хмыкнула я.
Физической силой мне их не победить. Уважать им меня тоже пока не за что. Чувство юмора в данной ситуации мое единственное оружие.
Как я ни пыталась вчера уговорить магистра Кроу отменить унизительные тренировки, да еще и в компании с ненавистным высочеством, или хотя бы повременить с ними, он моим мольбам не внял.
– Ты не сможешь всю жизнь прятаться и бегать от своей сути! – резко сказал он. – Погляди в глаза своему страху, и ты увидишь, что бояться нечего!
Мы сидели на опушке академического