Затем ведуны стали строить фундамент с удобным доступом к источнику. Затем уже сам дом, и он совершенно не походил на то, что было. Большое поместье, слегка похожее на замок, что в Европах часто встретить можно. Мира для воспитанника постаралась, и вложив в ингредиенты около четырех миллионов, зачаровала едва ли не каждый камень, кирпич, балку и перекрытие. Всю эту роскошь поддерживал Источник, но на самом деле, для него это такие мелочи, что не занимают даже процента мощности.
Не успели достроить дом, как Илью подняли прямо посреди ночи. ЧП! Открылось восемнадцать новых Ключей, и большое благо, что в той же долинке, что и остальные. Молодой мужчина тяжело вздохнул, и поднял тетушку.
Прибыв на место, она просканировала всю долину артефактами, и только что за голову не схватилась.
— Знаешь, почему тут энергия Источника так странно себя ведет, и сжижается до вот этой вот золотистой жидкости?
— Понятия не имею, — честно ответил ей Илья.
— Потому что долинка стоит на пласте Ирона.
— Чего?
— Того камня, из которого создают доступы в магосеть. Зеленоватые такие камни, вспомнил? — Издевательски скривилась Мира.
— Целый пласт?
— Да, и он огромен!
— Выходит за границу долины, я так понимаю? — Парень изрядно призадумался.
— Пф… на семь километров.
— Отлично. Камень в долине не трогаем. Можешь считать, что этот камень под моей защитой, потому как иначе меня реально головы лишат. Золотые Ключи — важное достояние Империи. Я когда документы на поместье получал, то пришлось подписать кучу актов приема, и все они сводились к одному. Исчезнут Золотые Ключи, исчезну и я. Вообще. Но их стало больше после перестройки дома и восстановлении правильной работы Источника, с его же усилением. Лучше больше! — Парень поднял вверх указательный палец.
— Больше — лучше, — согласилась с выводом Мира, и хихикнула, изящно прикрывшись.
— Скажи, а если перестроить этот доходный дом, то можно увеличить количество Ключей, или улучшить качество энергии?
— Пф… конечно. Если добраться до основания из Ирона, то я смогу его правильно зачаровать, а заодно выясню, как именно создается эта золотая жидкость из обычной энергии Источника.
— В таком случае, достраивай дом, и принимайся за работу здесь. До начала лета тебя не побеспокоят.
— Прекрасно! — Мира чмокнула воспитанника в щеку, и разве что не побежала браться за работу.
Стоит отметить, что дом был полностью готов к проживанию через жалких две недели. Действительно мотивированные ведуны — страшная сила.
Как только Мира приступила к работам в долине Ключей, к Илье нагрянули все, кому не лень. Первым был молчи-молчи. Он буквально вломился в кабинет, где измученный Илья отпаивался крепчайшим кофе, какое только смог достать.
— Как вы посмели, молодой человек?! — рявкнул влетевший в дверь немолодой мужчина. Более того, он еще и кулачками своими по его столу посмел бить. Илья поднял на него тяжелый взгляд, и хмуро проговорил:
— Себе по голове побей. И не ори. Чего надо?
Все же, разница в социальном положении в этом мире вбирается с молоком матери. Даже будучи старше, сильней, и представляя армию Империи, Велимир Данилович сел, вдохнул-выдохнул, и успокоился.
— Когда вы принимали ответственность за поместье, то подписали бумаги…
— Я помню, что я подписывал, не нужно мне напоминать, — осадил умника Илья. Претензии он тут предъявлять будет. — Ближе к делу.
— Нельзя раскапывать долину! Родники, божественные Золотые Ключи уйдут!
Тяжело вздохнув, Илья в который раз возвел очи к небесам. Крестьянских суеверий ему только и не хватало.
— Я так понимаю, в теоретической магии ты, Велимир Данилыч, ни в зуб ногой. Выучил пару десятков техник разных рангов, и на жизнь тебе этого хватало. Я прав?
— Причем здесь?..
— Я ПРАВ? — Надавил Илья.
— Ну… да. И что?
— И то. Не лезь туда, где ничего не смыслишь. Все мои действия направлены только на улучшение всемерное, к величию Империи ведущее.
— И вашему обогащению… — презрительно скривился мужчина.
— Одно другого не отменяет, — отмел претензию Илья. — Ты свободен, и более не докучай мне своими суевериями.
Велимир Данилович был только первой ласточкой. Не прошло и трех дней, как прибыл аж целый генерал. Бравый гвардеец в окружении полка солдат, увешанных оружием и армейскими артефактами, моментально окружил долинку с Ключами, и попробовал арестовать Илью. Вот так прямо, без разбору.
Парень слегка взбелинился, и по молодости не рассчитал. Активированный артефактный дом моментально подавил и стражников, и самого генерала, хоть тот и был Грандмастером. Они оказались закованы в стены дома, в пол, даже с потолка кое-где свисали одетые в кавалерийские сапоги ноги, и другие, менее кошерные части тела.
Успокоившись, Илья вызвал Миру в кабинет, и туда же отнес скованного генерала. Долгий, тяжелый разговор длился аж четыре с половиной часа. Лишь уяснив, что целью раскопок является дальнейшее улучшение условий, а не уничтожение Ключей, тупой вояка отвалил обратно в Москву. Однако, некоторые вояки, более близкие к Императору, продолжили петь ему в уши. Большое благо, что это пение проникало и в кабинет Ильи, через магсеть и Семена Гаврилыча. Илья знал, что времени мало, а потому подгонял ведунов, и конечно, тетушку Миру. Даже нанял математиков для расчетов, и прочей помощи, потратив на это баснословные деньги, и оставшись практически ни с чем в чисто финансовом плане. Конечно, в браслетах еще много чего на продажу, но сие НЗ парень не трогал, и трогать не собирался.
Тетушка покачала головой на такой рисковый подход к делам, но впряглась за воспитанника. Сам он так же просиживал дни и ночи, считая различные формулы, и выводя их едва ли не с ноля.
В таком вот цейтноте прошел месяц. Маги сказали, что все готово, и можно переходить к делу. Илья запретил напрочь. Тут уж даже Мира воззрилась на него весьма удивленными красными от природы и недосыпа одновременно, глазами.
— Что не так, Илюша?
— Сначала проверки. Много проверок, и только потом — дело. Пусть пересчитывают!
— Но мы уже пересчитали! — возмутился седой профессор Императорской Академии Наук и Ведовства.
— Но так и не выяснили крайних значений. А если я или мой наследник еще раз усилит источник? Тут все взорвется? Или разрушится только артефактная сеть? Я этого не знаю, вы тоже. Я вам плачу целое