Мужчина удивленно уставился на меня, словно с ним заговорило дерево или трава.
- Пожалуйста, - пробубнила, а потом неловко наступив на больную ногу, вскрикнула и осела.
С охранника будто спало оцепенение, он помог мне подняться, и попутно, задавая кучу вопросов, помог доковылять до неприметной кареты. Если бы меня не подвели к ней, я бы точно её не заметила. Но это то, что надо было мне сейчас. Меньше внимания и подальше отсюда. Вряд ли Эдвин или его отец обрадуются такому моему самоуправству.
Ещё неизвестно: почему они так вцепились в меня. Неужели из-за того, что я истинная Эдвина? Вполне возможно. Но и тут есть куча вопросов. Для чего они возились со мной почти пять лет? Спокойно могли оставить до совершеннолетия в пансионате. Детей же мой истинный пока не собирался заводить...
За оказанную помощь, пришлось распрощаться с одним из колечков, самым маленьким и неприметным, зато мне объяснили принцип работу и завели мой временный транспорт. Охранник, так и не представившись, пожелал мне хорошего пути и скрылся с глаз. А мне показалось, всего на миг, что никакой он не работник стоянки, кто угодно, но не охранник. Наверное, так даже лучше. Меня будут искать, это факт, не зря же почти пять лет растили, устроили этот фарс. Семье Архонг что-то от меня нужно было, но сейчас я этого уже не узнаю.
К утру я добралась до ближайшего городка, из которого курсировал воздушный корабль, соединяющий царство людей с царством драконов. В обменнике удалось сдать ещё одно колечко, уже посолиднее, чем прошлое, но такое же простое, по сравнению с тем, что мне удалось увидеть на любовнице моего истинного. Мне как раз хватило денег на билет, еду и немного осталось на очередного извозчика.
Спустя полтора дня я стояла под дверью Академии высших наук и не могла себя заставить переступить порог. Везде сновали адепты, взрывы смеха, громкие высказывания. Обычная жизнь молодых людей, которая чуть не прошла мимо меня.
- Посторонись! – прокричал кто-то в спину.
Я только успела отскочить мимо, как по тому месту, где я только что стояла, пронеслась веселая компания, они явно во что-то играли и не замечали ничего вокруг.
В первый раз я захотела стать частью такой компании, так же носиться по двору, беззаботно, радуясь жизни.
- Девушка, чего стоите на пороге? Вам кого-нибудь позвать? – ко мне подошел взрослый мужчина в форме.
- Мне нужен декан боевиков, - промямлила под строгим взглядом, захотелось спрятаться от пронзительных глаз. – У меня есть послание ему.
Показала изрядно помятый конверт, словно боясь, что меня выгонят, даже не выслушав. Но мужчина, осмотрев меня ещё раз с ног до головы и обратно, рявкнул куда-то в сторону:
- Сегард, проводи девушку к вашему декану. Смотри, головой отвечаешь за её сохранность.
Мимо как раз проходил высокий, широкоплечий молодой человек с короткими каштановыми волосами. И судя по его недовольному взгляду… Именно он был незнакомым мне Сегардом.
Мой сопровождающий не скрывал своего недовольства. Его бухтение и нытьё раздражали. Но приходилось сдерживаться. Пока моё положение шатко. Любой шаг может стать фатальным. Поэтому...
Поправив свой скромный багаж на плече, я шла следом, мельком осматривая здание академии. Большие витражные окна, с кованными решётками. На стенах плакаты и светильники в виде факелов, высокие потолки. Паркетный пол, начищенный до блеска, а может и другой материал, но очень близкий по фактуре. В общем мне нравилось. Эстетично, просто, чисто. Мы поднялись по винтовой лестнице на третий этаж, здесь было ещё проще в плане обстановки, но не материалов. Минимализм.
Внезапно я столкнулась со стеной. Хорошо, хоть скорость была не большая, пока любовалась окружающей обстановкой. Схватилась за нос и подняла глаза, пытаясь понять: откуда здесь препятствие, мы же шли по коридору. Стеной оказался Сегард. Стоило мне это понять, как я отвернулась, даже не попытавшись понять эмоции, что сейчас бушуют в душе этого молодого человека. А они были, точно были эти эмоции, судя по вздымающийся груди. Тяжёлый вздох. Не мой, моего сопровождающего.
Громкий стук в дверь. Возле которой мы стояли.
- Войдите, - приглушённое приглашение из-за двери.
Сегард просто развернулся и ушёл.
Постояв несколько секунд перед закрытой дверью, я всё же смогла собрать немного храбрости, чтобы открыть дверь.
Не давая себе больше и толики на раздумья, резко открыла дверь и вошла, чуть прищурившись от яркого света, бьющего прямо в глаза. Была бы чуть повыше, как тот же Сегард, никакого дискомфорта не пришлось испытывать. А так получилась: чуть подслеповатая, невнятная девушка, обманутая, растоптанная. Желающая выбраться из ямы, в которой сама же оказалась по своей же глупости.
И, наверное, спасибо Хьюго. Наверное. Ещё не известно, что он написал в письме, которое сейчас жжёт карман моего рюкзака. И что он в итоге попросит через четыре года. Четыре года свободы, наверное.
- Кто вы? Что вам надо? - спросил взрослый мужчина, сидящий за столом, заваленным бумагами.
Весь его вид говорил об вселенской усталости. Очередной листок отлетел в сторону.
- Меня зовут Дарья Найдёнова. В Академию высших наук приехала по наставлению некого Хьюго из Академии магических искусств.
Я видела, как хозяин помещения напрягся при моих словах. Он стал похож на хищника. Неизвестной мне декан боевиков отложил все свои дела и был полностью сосредоточен на мне.
- А ещё Хьюго просил вам передать письмо, - пробормотала скидывая свою поклажу и ища конверт. - Подождите немного, я сейчас всё найду.
Когда я наконец-то нашла свою пропажу и выпрямилась с победной улыбкой, поняла: в кабинете стояла тишина, которую разбавляла лишь я. Хозяин кабинета кажется не дышал, пока я занималась поиском. А ещё рука, что была протянута ко мне, она... подрагивала, словно...
- Давайте уже письмо, - каким-то надломленным голосом произнёс мужчина.
Конверт перекочевал в руки того, кому это предназначалось. Я видела предвкушение и страх, надежду и озабоченность. Хьюго определённо был дорог этому мужчине. Пока на стол ложились сложенные листки, бегло осматриваемые хозяином кабинета, села напротив. От написанного моего спасителя или погубителя сейчас зависела моя дальнейшая жизнь.
Наконец, декан боевиков остановился на очередном листке, чуть помедлив, он его раскрыл. Я даже не успела сфокусировать взгляд, как мужчина отложил написанное, чуть не бросил, словно написанное жгло ему руки. Итак сосредоточенное лицо стало ещё непроницательнее. Глубокая морщина разрезала высокий