И когда зазвонил телефон, высвечивая имя абонента, звонка от которого я целые сутки ждала, не задумываясь, ответила. Я нервничала и боялась, что Ренат может услышать наш разговор, но в то же время я не могла не ответить. Мне важно узнать: получилось ли у нее воплотить задуманное нами в реальность.
— Проблемы? — спросил Ренат, вырывая меня из размышлений.
Я вздрогнула, посмотрев на мужчину, не сразу сообразив, о чем он спросил. А когда все же поняла, немного нервно ответила:
— Нет, все нормально.
Никогда не умела лгать и не приветствовала ложь, даже во благо. Но сегодняшняя ситуации иная. Моя ложь спасет не только мою с малышом судьбу, но и семью Рената.
— Могу я задать вам вопрос? — спросила, опуская взгляд на руки, покоившиеся на коленях.
— По поводу клиники? — ответил он вопросом на вопрос, вынуждая меня непонимающе нахмуриться. — Документы в папке на заднем сиденье. Если вам все еще интересно, можете взглянуть.
— Спасибо.
Я хотела спросить не об этом. Но раз разговор зашел о клинике… Даже не знаю, в свете последних событий хочу ли я знать, что произошло в клинике и чья именно вина в случившемся. До встречи с Алисой у меня были мысли узнать правду. Я думала о том, как сложится наша жизнь после того, как подтвердится, что отец моего ребенка — Ренат. И никогда не задумывалась, что будет, если это не правда.
После того как Алиса покинула мою квартиру, я могла только молиться, чтобы у нее все получилось. Я не задумывалась над тем, что будет после… Почему-то в голове не возникали картинки будущего. Вполне вероятно, что я просто не верила в то, что у нее все получится.
Сейчас все идет по нашему плану, и от этого мне не по себе. Никак не могу понять, в чем причина. Я должна радоваться, что совсем скоро можно будет забыть о случившемся и жить спокойно. Так, как я и хотела. Но чувство несправедливости по отношению к Ренату не дает мне покоя. Ведь он не сделал ничего плохого. Мужчина просто хочет стать отцом, точно так же как и я, — матерью.
— Я хотела задать личный вопрос, — негромко проговорила я, с силой сжимая мобильный в руке, словно пытаясь набраться смелости.
— Вот как? Тогда спрашивайте!
— Насколько сильно вы доверяете своей жене? — все же спросила я спустя некоторое время.
— Как самому себе, — ответил он, не задумываясь.
— Вот как, — немного грустно произнесла, не сдержав усмешки.
Чем-то его слова напомнили мне то время, когда я точно так же слепо верила мужу. Ситуация у Рената практически такая же. И тут возникает вопрос: в каждой семье есть тот, кто хоть раз, но предал? Или это только нам повезло?
— Разве не так должно быть в семье? Муж всецело доверяет жене, в то время как она делает все зависимое от нее ради мужа, — проговорил Ренат, вырывая меня из раздумий.
— Как банально! — фыркнула я насмешливо.
— Знаете, вам не следует быть настолько скептичной. Поверьте, не все мужчины похожи на вашего мужа, — сказал он и, посмотрев на меня, улыбнулся уголком губ.
Я не смогла выдержать его взгляд и отвернулась. Как бы мне хотелось спросить Рената насчет его жены. А еще лучше было бы рассказать все с того самого момента, как Алиса переступила порог моего дома. Вот только я прекрасно понимаю, чем это может закончиться, поэтому просто сжала губы, опасаясь ляпнуть что-нибудь лишнее.
— Мы приехали! — проговорил Ренат.
Вздрогнув от неожиданности, возвращаясь в реальность, я осмотрелась, понимая, что она прав. Я настолько погрузилась в себя, прокручивая в голове то, что случилось со мной в последнее время, и даже не заметила, как мы подъехали к клинике.
Выбравшись, мы направились к зданию. Я шла следом за Ренатом, нервно оглядываясь по сторонам. Не знаю, кого именно я пыталась найти среди посетителей, пациентов и медперсонала. Возможно, я ожидала встретить здесь Алису, и в то же время я боялась наткнуться на нее.
— Прошу, — предложил Ренат пройти мне первой в кабинет.
— Спасибо, — ответила и, немного помедлив, все же вошла внутрь, тут же наткнувшись на серьезный взгляд врача.
Этот мужчина мне не понравился еще при первой встрече. Он чем-то отдаленно напоминал мне Рената. Темная кожа, черные волосы, нос с горбинкой и ухоженная борода. Серьезный взгляд и никаких эмоций на лице.
Тогда, как и сейчас, мне захотелось передернуть плечиком, чтобы сбросить с себя тяжелый взгляд мужчины. Я готова была казаться сильной и уверенной в себе женщиной. Но под прицелом глаз мужчин мне очень сложно это сделать.
— Присаживайтесь, — сказал Ренат, указывая на кресло возле стола.
Моргнув несколько раз, сбрасывая непонятно откуда взявшееся оцепенение, я согласно кивнула и присела, отводя взгляд от врача.
В первую нашу встречу Ренат представлял нас друг другу, только я не запомнила имени мужчины. Наверное, потому, что не видела в этом смысла.
— Ты сказал, что результат готов, — проговорил Ренат, смотря на мужчину, присаживаясь на рядом стоящее кресло.
— Да, — ответил он и, открыв ящик стола, достал из него конверт, после чего бросил его на стол со словами: — Он здесь.
— Ты его не смотрел? — удивлено спросил Ренат, беря в руки конверт.
— Нет.
— Но признайся, хотел? — словно издеваясь над мужчиной, спросил Ренат, медленно отрывая край конверта.
— Не стану скрывать: хотел, — ответил тот, хмыкнув.
— И где же твоя хваленая выдержка, брат?
— Когда дело касается семьи, трудно быть хладнокровным, — ответил мужчина, следя за действиями Рената.
Если честно, разговор мужчин прошел где-то на краю моего сознания. Потому что все мое внимание было приковано к рукам Рената. Я с замиранием сердца наблюдала за тем, как он оторвал край конверта и достал из него сложенный в несколько раз лист бумаги.
Когда Ренат откинул в сторону конверт, намереваясь развернуть лист, я не выдержала и остановила его:
— Подожди!
Мужчины за все это время впервые обратили на меня внимание. Когда оба пары темных глаз вонзились в меня, я стушевалась, опустив взгляд, но не сдалась.
— Ты хочешь что-то сказать? — поинтересовался Ренат, нарушая тишину кабинета.
— Да! — ответила и, подняв глаза, посмотрела на Рената. — Я хочу быть уверена, что после того, как вы узнаете результат и убедитесь, что ребенок не ваш, вы оставите меня в покое.
— Вы считаете, что тест будет отрицательным? — удивился врач, вынуждая меня посмотреть на него.
— Да!
— Почему вы так уверены? — спросил он, заставляя меня насторожиться.
Неужели я сказала это настолько уверенно, что это вызвало у