— Время покажет.
Решительно направился к двери, ведущей в гостиную.
— Тогда будь готов к тому, что никогда не увидишь своего ребёнка! — Яростно вскричала и бросила вслед подушку, которая ударилась о мою спину и упала на пол.
— Делай аборт! — Не оборачиваясь, проговорил ей.
И вышел из квартиры Жени как я думал навсегда! Пора возвращать сбежавшую жену!
Глава 13
Решение слетать на неделю в Тунис было самым правильным.
Тунис встретил меня жарким солнцем, солёным ветром с моря и запахом пряностей. Впервые за долгое время я была одна — без любимого рядом.
Отель оказался уютным, с видом на бирюзовое море. Я провела в одиночестве неделю, любовалась, как солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжево-розовые тона. И думала… думала… думала! Где-то внизу слышались звон бокалов и весёлый смех отдыхающих, но я закрывала глаза и просто слушала шум прибоя.
Каждый проведённый день в жаркой стране как лекарство для моей израненной души.
По утрам я гуляла босиком по пляжу, чувствуя, как тёплый песок обволакивает ноги, а волны ласково касаются пальцев. Я смотрела на горизонт, где море сливалось с небом, и представляла, что вместе с каждым ударом волны из меня уходит боль.
Днём я читала. Впервые за долгое время в моих руках оказалась книга, которая помогала забыть обо всём. Я сидела в тени пальм, заказывая мятный чай с кусочками сахара, и окуналась в мир, где не было предательства.
Один из дней я провела в Медине — старом городе с узкими улочками, шумными базарами и бесконечным потоком улыбок. Там я купила маме шёлковый шарф с оттенком морской волны и маленький керамический светильник, который теперь напоминал мне о новом этапе в моей жизни.
Но самым целительным было море. Лёжа на шезлонге, я смотрела, как небо меркнет, звёзды зажигаются, а море превращается в чёрный бархат.
В последний день своего отдыха я поняла, что больше не чувствую острого горя. Да, боль ещё теплилась где-то глубоко внутри, но она уже не управляла мной. Солнце исцелило кожу, а море — душу. Я вновь почувствовала себя цельной.
На обратном пути в самолёте я смотрела в окно на уходящий вдаль берег Туниса и думала: «Спасибо, что ты был. Спасибо за эту неделю, которая вернула мне меня саму.»
И вот я снова в самолете. Лечу к родителям. Сидела и смотрела в иллюминатор.
Слёзы стояли в глазах, но я старалась не давать им воли, сдерживаясь и мысленно отвлекая себя.
Прикрыла глаза, вспоминая день и ночь годовщины, с того самого момента, когда Евгеша рассказала мне о своей беременности. Как обо всём рассказать родным?
Как же гадко… Очень гадко!
Не описать словами, какой шрам на моём сердце оставил Рома.
До сих пор при одной лишь мысли о предательстве двух близких людей чувствовала, что готова разрыдаться.
Не могу себе этого сейчас позволить. Слишком много народу вокруг. Никто не поймёт. Никто и не должен понимать. Это моё горе. Только моё. Едва слышно вздохнула. Хорошо, что я не сразу улетела к родителям.
Сейчас уже не представляла, как всё это выдержала. Мне словно заморозили сердце, не давая ему возможности излиться страданиями, и всякий раз, когда вспоминала про беременность Женьки, я поворачивала тумблер и увеличивала силу заморозки.
Моя семейная жизнь закончилась.
Жить с человеком, который предал, не смогу.
Сегодня я возвращаюсь в Калининград. Надеюсь, Рома не догадается приехать за мной.
Мелодичный голос бортпроводницы предупредил о том, что самолёт идёт на посадку.
Пристегнув ремни безопасности, вздохнула с облегчением. Не люблю летать.
Выйдя из здания аэропорта, я огляделась в поисках такси.
— Куда подвезти? — Рядом остановилась машина, из окна которой выглядывало улыбающееся мужское лицо.
Назвав адрес, дождалась, пока водитель уберёт в багажник мой чемодан и откроет мне дверцу. Заняв пассажирское сиденье, блаженно откинулась на мягкую спинку, чувствуя неимоверную усталость.
— Ничего, это только с дороги так кажется, — беззаботно сказал парень за рулём. — И не заметите, как воспрянете духом.
— Да, я знаю, — улыбнувшись, пробормотала ему.
Смотрела в окно на пробегающие мимо улочки. Я вернулась туда, где была счастлива.
Родители дадут мне силы, чтобы жить дальше.
— Всё! Приехали!
Машина остановилась. Вздрогнула и открыла глаза.
— Спасибо! — Расплатилась с водителем и выбралась из такси.
Оглядевшись, радостно улыбнулась. Как же хорошо!
Когда я вышла из такси у ворот родительского дома, откуда-то изнутри меня поднялась волна тревоги. Но стоило увидеть мамино лицо, когда она выбежала мне навстречу, как все страхи рассеялись.
— Дочка? А ты как здесь оказалась? — Она внимательно оглядела меня.
— Мам… — произнесла я, и комок в горле лопнул. Слёзы потекли ручьём.
Я попыталась ответить, но вместо слов из груди вырвался лишь сдавленный всхлип.
— Настюша! — Мама кинулась ко мне, обняла, прижав к себе, и мягко повела в дом. — Дочка, милая, что случилось? Ну тише, тише, я с тобой, — мама гладила меня по голове, стараясь успокоить. — Аркадий, дочь приехала! — Крикнула она в сторону кабинета отца.
— Неожиданно, но я рад нашему цветочку, — послышался его голос, и в дверях показалась фигура отца.
Но стоило ему заметить мои заплаканные глаза, как его лицо изменилось. Вытянулось, а глаза сощурились. Зло нахмурился.
— Муж обидел? — Сурово спросил.
— Пап, мам, — всхлипнула, — я подала на развод…
Мама схватилась за сердце, а отец молча покачал головой.
— Лидия, зачем держишь нашу девочку в дверях? — Рявкнул он. — Идите в гостиную, а я распоряжусь насчёт чая.
— Боже мой, дочка, — мама ахнула, но тут же взяла меня за руку, повела в гостиную и усадила на мягкий диван.
Сидя в гостиной, я ловила на себе два пристальных взгляда.
— Так что этот членоносец натворил? — Хмуро задал вопрос отец, его голос напоминал раскат грома.
— Я… я не могу… — всхлипывала, не находя сил сказать правду сразу.
— Расскажи нам, — мягко проговорила мама, обняв меня за плечи.
Я нервно сглотнула, собираясь с духом. Чуть успокоившись, рассказала всё. Как мы долго пытались завести ребёнка, и это стало испытанием для нас.
— Вы обращались к врачам? — Уточнил отец.
— Да, но всё бесполезно.
— Доченька, из-за этого семьи не разрушают, — спокойно произнёс он, как всегда, пытаясь докопаться до сути.
— Ты прав, папа… — Я подняла взгляд и заставила себя произнести правду: ту, которая разрывала душу. — У Ромы будет ребёнок…
— Ты беременна? — С надеждой вскинулась мама.
— Лида, не от нашей дочери, — хмуро перебил отец.
— Какой ужас…
— И с