Он окидывает меня взглядом с головы до ног:
— Такая мелкая, — делает вывод, очевидно только сейчас обнаружив, что я ему по плечо. — Тебя наверно можно без лишнего труда в мою перчатку упаковать. Во всем остальном ты тупо утонешь.
Усмехается собственной шутке. А я признаться дивлюсь, что у этого чудовища оказывается еще и чувство юмора имеется. Я-то думала, что он всегда злой как сам дьявол.
Он подталкивает меня в комнату, и закрывает дверь, оставляя меня наедине с собой и… телефоном!
Боже, как я надеялась, что он не додумается обыскивать мое платье. А может просто побрезговал прикасаться к моей вымазанной в крови юбке, и поэтому не стал меня трогать.
Быстро заскакиваю в ванную и закрываюсь за замок.
Вытаскиваю из складок короткой юбки-колокольчика свой мобильник, и обнаруживаю на экране уже кучу пропущенных от мужа. Обалдеть, меня так трясло, что я даже ни разу не почувствовала вибрации. Но сейчас мне вообще не до этой сволочи.
Разблокирую мобильник и пытаюсь дозвониться в полицию, чтобы сообщить, что меня похитили.
Набираю «ноль два», но звонок сбрасывается. Вот же черт! И почему нас с детства приучили к этому «ноль два», а когда надо это нихрена не работает!
И как им дозвониться?! Я никогда не сталкивалась с подобными ситуациями. Еще и руки предательски дрожат из-за чего я то и дело промахиваюсь по кнопкам.
Захожу в интернет, чтобы найти способ дозвониться в полицию. Но не успеваю даже ввести запрос, когда телефон в моих руках начинает вибрировать.
Кирил — чтоб тебя черти разодрали вместе с твоей шалавой дырявой!
Сбрасываю. Пытаюсь ввести запрос, но этот козел снова звонит, мешая мне спасаться!
Принимаю звонок:
— Гори в аду, скотина! — шиплю в микрофон телефона, боясь, что меня могут услышать.
— Ну что, допрыгалась, идиотка? — ядовито отзывается неверный муж. — Стоило не ерепениться и молча поехать со мной праздновать день рождения в ресторан, чем теперь стать шлюхой Медведя.
— Ни чьей шлюхой я становиться не собираюсь, — рычу в ярости. — Я сейчас же вызову полицию, если ты перестанешь мне названивать, и этого верзилу посадят за похищение человека! А тебя я сама с голой жопой оставлю, как только выберусь отсюда! Клянусь тебе!
— Ты совсем дура, Ян? — холодно говорит он. — Ты хоть сама поняла, с кем связалась? Какая нахуй полиция? Да они даже вызов твой не примут. Ни одна живая душа не рискнет против Миши идти. Думаешь я просто так от него все наше имущество спрятать пытался. Он — страшный человек. Его весь город боится и из страха подчиняется. Он даже на власть влияет, так что ты сильно ошиблась, когда села в его тачку, милая моя.
— Может это ты ошибся, когда связался с этим дьяволом?! А я как раз здесь вообще не при чем! — меня трясет. — И плевать я хотела на его связи! Я спасусь, чего бы мне это ни стоило.
— Ты не поняла, — усмехается скотина. — Нет у него никаких связей. Он — и есть «связи», Ян.
— И что ты мне теперь предлагаешь, сволочь?! Смириться и молча выплачивать ему за тебя долги?! Нет уж! Пусть тебя дрючит! А я все равно убегу, — шепчу истерично, — даже если без полиции. Значит сама!
— Я помогу, — неожиданно говорит уже почти бывший муж. — Скажи где ты, и я приеду.
Хочется послать его нахер. Но я понимаю, что от этого разговора сейчас может зависеть моя жизнь. Поэтому, наступив на гордость я все же отвечаю:
— Я точно не знаю. Мы выехали за город, на запад. Не очень далеко. Тут коттедж. Никакого поселка я не видела, — рыдая тихо говорю я, понимая, что этот мудак сейчас едва ли не моя последняя надежда.
— Я знаю, что это за место. Я там с ним переговоры об инвестициях вел, — обнадеживает меня Кирил. — Выберись за территорию особняка, я буду ждать недалеко от трассы.
— Я ненавижу тебя, Кирил! — вою я. — Клянусь, когда увижу убью. Ненавижу тебя. Ты мне всю жизнь сломал!
— Кажется это взаимно, — добивает меня этот мерзавец. — Я помогу тебе. А ты вернешь мне все, что на тебя записано и мы мирно разбежимся. Договорились?
— Сначала вытащи меня, сволочь! — пищу я в бешенстве. — А потом договариваться будем! Какой же ты урод, Кир. Почему я была такой слепой?!
Сбрасываю звонок, не прекращая рыдать, и спешу все же попробовать набрать номер полиции, который мне предлагает интернет.
Я же не дура, чтобы вот так на слово верить этому козлу. Миша конечно редкостная сволочь, но никак не похож он на человека, который держит в страхе весь город. Такой он, уставший что ли для этих дел.
Вздрагиваю, наконец услышав ответ в трубке. Женский голос тараторит приветствие, и я принимаюсь взахлеб объяснять ей, что со мной произошло:
— Меня похитили! Увезли за город и ужерживают! Знаю, что похитителя зовут Миша и…
Я не успеваю договорить, потому что дверь с хрустом сломанного замка резко открывается. А на пороге явно недовольный моим поведением тот самый Миша со стопкой чистой одежды подмышкой и букетом цветов, будто только что выдранных с клумбы.
Бросает на пол кусок отломанной ручки и забирает у меня из рук телефон:
— Алло, зай, — фамильярно обращается к диспетчеру полиции. — Запиши звоночек на мой счет. Я потом с ребятами пообщаюсь, уладим.
У меня просто челюсть на полу.
Вот так просто?
И у меня действительно всего один шанс на спасение? Предатель, изменивший мне в мой день рождения.
Глава 9. Яна
Варвар кладет трубку и бросает мой телефон на столешницу под чашу раковины.
— Я вроде велел тебе помыться. А ты тут людям работать мешаешь, — отчитывает меня строго, как нашкодившего ребенка и кладет на полку чистое белье.
— В с-смысле, мешаю? Это и есть их работа! Спасать таких как я, от таких, как вы! — не выдерживаю подобной наглости с его стороны.
Очевидно Кирил, тварь, не соврал насчет этого Миши. Вот же попала я…
— А че тебя спасать? — злится медведь. — Я ж тебя убивать не собираюсь. А кого-то в этот момент может и убивают. Прикинь, а ты последний патруль вызовешь и тем самым отнимешь чью-то жизнь? И тебе при этом даже не помогут.
Не поняла. Он на полном серьезе сейчас стыдит меня? Или…
Его губы искривляет слегка пугающая усмешка.
Шутки у него конечно… специфичные. Да как и он сам,