— Приехал Камаз, госномер 5255 Кев, — прохрипел один из охранников, тот, который сидел со свёрнутым носом. — Делал дело начальник смены, Виктор Гущин. Грузили мы и два пацана с восьмой проходной, Лёха Алексеев и Мишка Спицын.
— Вы машину грузили, а на проходной кто стоял? — спросил Жека. — Чё, бросили без охраны?
— На проходной Гущин стоял, — сказал чуть уверенней охранник, и тут же быканул: — Слышь ты, отпусти нас, а… Мы никому не скажем.
— Вы мне главное не сказали, куда сдали! — возразил Жека. — Куда увезли?
— У Гущина дома стоит, в ограде, — сказал охранник. — Он в частном доме живёт. В Еловке.
— В Еловке? — удивился Жека. — Ни хера себе. Он что, хату тут купил? Нахера?
— Надо. Оставляет там товар, перед тем как толкнуть. Его сразу не сдать, а то искать менты по скупкам будут, — сказал другой, у которого наконец-то пришла в порядок дыхалка. Правда, сказал и тут же закашлялся кровью.
— Адрес говори, — сказал Жека. — Еловка большая, где там?
— Улица Ленина, 55, — сказал первый. — Это за сельсоветом, в проулке.
— КамАЗ чей? — спросил Жека.
— КамАЗ Спицына, который с проходной, — прохрипел охранник.
— Ну нихера вы, хлопцы бравые, — удивился Жека. — Вы тут по крупняку бомбить решили. Купили хату, купили КамАЗ, чтоб ворованное возить. А вы…
— Вы знаете, кто крыша у этого завода? — вдруг нахмурился Жека. — Не знаете?
— Ты? — в недоумении спросил первый охранник.
— Не я! — рассмеялся Жека. — Я лишь решала трудных вопросов. Наёмный специалист, сопровождающий сделку. А крышей тут очень серьёзные люди, которым принадлежит завод. Московская и местная мафия. Там люди резкие. А вы им в карман насрали. Они просто пока ещё не знают этого, им на завод слегка похер, потому что акции в воздухе висят. Они люди, пока не вовлечённые в производство. Но если я скажу им, что вы тут устроили, знаете, что они сделают? Они вас привяжут в тайге к дереву и будут стрелять по вам как по мишеням. Или руки-ноги свяжут и в речке притопят. Всплывёте, может быть, вниз по течению в сотне километров отсюда.
По виду охранников было видно, что они сильно забеспокоились, хотя куда уже тут сильнее…
Пора валить этих чертей и сейчас же ехать в Еловку, смотреть, где там база для ворованного. То, что Жека наткнулся на целую хорошо слаженную банду, промышлявшую крупными кражами с комбината, не было никаких сомнений. Но всё-таки эта ситуация выглядела до странности забавной. Законник Сахар прислал сюда воров, которые его же и ограбили. Кому скажи, только рассмеются.
— Ладно, ребята, спасибо за информацию, — сказал Жека. — Удачи вам и всего хорошего. А также отличного сибирского здоровья.
Жека подошёл к первому и перерезал ему горло, потом то же сделал и со вторым. Охранники пробовали дёргаться, кричать, но ничего не помогло — Жека всё сделал быстро и аккуратно. На дикие вопли в квартире внимание, конечно же, никто не обратил — в этом районе это была обыденность. Потом Жека зашёл в ванную, помыл финку, ополоснул руки, стараясь не светить отпечатками, и вышел из квартиры, выключив свет. Теперь можно наведаться и в Еловку, посмотреть, где там находится эта халабуда, про которую говорил убитый охранник.
Еловку Жека хорошо знал — много воспоминаний было связано с этим селом, как хороших, так и плохих. И первый бизнес там открывал, и дрался с рэкетменами, и с Сахарихой на джипе рассекал по полям год назад. Казалось, бесконечное время прошло с тех пор, а на самом-то деле всего лишь год…
В проезде меж домами, где только что положил хулиганов, уже никого не было — избитый интеллигент убежал домой, а гопники свинтили. Вышел на улицу и огляделся — прохожих мало. Правда, у тачки уже крутились какие-то подозрительные шкеты, но, увидев Жеку, предпочли с ним не связываться и тоже скрылись в темноте разбитых улиц.
Сев в машину, Жека завёл двигатель и, чуть прогрев, поехал по улице. Путь предстоял неблизкий, и не потому, что далеко ехать, — Еловка находилась сразу за городом, в десяти километрах. Но нынешние весенние дороги, раздолбанные постоянными заморозками и последующим оттаиванием, находились в отвратительном состоянии, и ехать по ним на приличной скорости ночью, когда ничего не видно, было самым настоящим самоубийством.
Повернув направо, Жека выехал на другую улицу, по которой миновал этот гнилой квартал. Проехав полкилометра, снова повернул направо и выехал на большой проспект, ведущий к вокзалу. Нв территории вокзала народа было побольше, но и побольше всякого отребья — гопстопщиков, катал, проституток, бомжей, так и старавшихся развести пьяного или командировочного лоха. Впрочем, на вокзале всегда дежурили мусора из линейного отдела и ОМОН, так что сильного быкования на виду не было, но перевернуть могли и тут, где-нибудь в тёмном углу или подъезде.
После вокзала повернул под железнодорожный мост и дальше уже поехал к выезду из города. Дорога шла по частному сектору, дымящему печными трубами и светящему окнами домов за дощатыми оградами. Через двадцать минут неспешной езды по колдобинам, дорога вывела в гору, где стоял стационарный пост ГАИ, потом пошла среди полей и леса, потом спустилась с горы, и по правую руку стало видно большой развлекательный комплекс, горящий огнями чуть не посреди леса.
Первое Жекино заведение, постепенно разросшееся! Началось с небольшой советской лыжной базы, где пекли пирожки и сдавали напрокат лыжи, и впоследствии разросшееся до кафе, пекарни, супермаркета и гостиницы еврокласса. Судя по всему, заведение процветало и сейчас — в нём должны были поселить немцев, работающих на постройке комбината. Не мешало бы навестить её нынешних хозяев, хороших знакомых, ещё со времён технаря — Маринку и Лёху, если будет время…
Главная дорога шла по прямой дальше в гору, заросшую соснами, в посёлок Абрикосовый, где жила местная элита, но слева к главной трассе примыкала другая дорога, ведущая в Еловку, до которой от развилки было рукой подать, метров 300. Жека пропустил фуру, идущую с горы и повернул налево. Теперь надо выяснить, где находится улица Ленина. Это было задачей нелёгкой, учитывая, что село большое, тысяч пять жителей, с совхозом, администрацией, почтой, сберкассой, Домом культуры. Уже почти городишко, тем более были тут и несколько