— У вас тут великолепно! — прошептала Гертруда. — Жаль, что я так надолго откладывала посещение этого заведения.
— Зато сейчас у вас есть возможность ходить сюда хоть каждый день! — улыбнулся Жека. — И даже совершенно бесплатно, как моим друзьям.
— Это такой способ подкупить мэра, господин Соловьёв? — рассмеялся Андреас.
— Почему бы и нет? — не стал оправдываться Жека. — Я бизнесмен и забочусь только о прибыли. Политикой никогда не интересовался. Естественно, я всегда и везде завожу полезные знакомства, которые могут быть полезны не только для моего дела, но и для окружающих. Живя в России, я занимался бизнесом и при этом был спонсором и щедрым меценатом. Помогал местной мэрии чем мог, и ремонтом дорог, и городской инфраструктуры. Помогал детям-спортсменам и местным артистам. У меня в крови делать жизнь вокруг лучше, чем она есть.
— Вы полезный человек, господин Соловьёв! — заявил Андреас. — Мне очень нравится то, что вы говорите, и, судя по этому ресторану, нравится то, что вы делаете. И для себя, и для города.
— Спасибо… — рассмеялся Жека и спохватился. — Давайте вернёмся к меню. Несмотря на всю эпатажность заведения, здесь не подают жареных жуков. Кухня у нас европейская, кавказская, среднеазиатская и русская. Некоторые продукты приходится возить из России, например, икру, осетрину и севрюгу. А также высокогорный рис девзира для настоящего таджикского плова.
— Плов? А что это такое? — с любопытством спросила Гертруда. — Я хочу попробовать это блюдо!
— Плов… — задумался Жека. — Грубо говоря, это каша из особого красного риса с курдючным жиром, бараниной и кунжутным маслом. Но весь секрет, как говорится, в деталях. Сравнивать кашу и рис — это то же самое, что сравнивать автомобиль и самолёт. Цель та же — насытить человека, но принципы реализации совсем разные.
— Хорошо! — согласился Андреас. — Мы согласны на плов. Какой напиток к нему рекомендуете?
— Традиционно с пловом пьют зелёный чай, — заявил Жека. — А из спиииртного — шарап, то есть молодое сухое вино и анисовую водку. Вместе с пловом подаются узбекский салат «Ачик-чучук» из помидоров, лука и острого перца. А также закуска зира-пиёз. Это маринованный лук с зелёным луком и специями. Как видите, все блюда среднеазиатские и очень редкие не только в Европе, но и в России.
— И это делает их очень ценными и оригинальными, — заметил Андреас. — Полагаемся на ваше усмотрение. Заказывайте всё, что посчитаете нужным.
Естественно, мэру и его жене, привыкшим к европейским блюдам, к фондю и омарам, вкупе с шампанским, очень понравилось всё, что Жека им посоветовал. Да и Жека подумал, что давно уже не едал плова, и захотел попробовать, раз уже так получилось, что приехали сюда. Больше во Франкфурте нигде его заказать было невозможно, если не считать неофициальные и незаконные забегаловки-рыгаловки в мигрантских кварталах. Но и там плов готовили из обычного риса и в помойных условиях.
Жека был доволен как никогда и показал себя радушным хозяином, еду гостю только подкладывал, сам наливал напитки, попутно рассказывал о становлении своего бизнеса, о трудностях и о путях их решения.
Через пару часов решили разъезжаться по домам. Жека предложил лимузин, чтоб отвезти гостей домой. По всему видно, мэр очень сильно оценил это.
— Господин Соловьёв! — сказал Андреас, на прощание пожимая Жеке руку. — Я таких положительных эмоций никогда не испытывал. Теперь наша с Гердой очередь пригласить вас к себе. У нас, конечно, ресторана нет, мы муниципальные служащие, зато есть родовое имение как раз в том посёлке, про который я вам говорил. Поэтому позвольте пригласить на субботний ужин. Там собирается много достойных людей.
— Спасибо, — Жека крепко пожал руку мэра. — Непременно будем.
Кажется, дело начинало понемногу раскручиваться…
Глава 22
Родовая усадьба Шеллеров
— Ты считаешь, нам надо пойти туда? — с недоумением спросила Сахариха, когда вечером приехали домой из ресторана.
— Надо! — кивнул головой Жека. — А ради чего мы всю эту херню начинали? Клюнула крупная рыбка, Свет. Надо продолжать разводить.
— Я просто не понимаю, зачем нам вся эта херня, — заявила Сахариха, закуривая длинную тонкую сигарету. — Деньги у нас есть. Дохера денег. И будет ещё больше.
Жека с разочарованием посмотрел на подружку и стал снимать смокинг.
— Ты так и не поняла, хотя я тебе битый час говорил только что, — терпеливо сказал Жека. — Это в России много денег гарантирует тебе неприкасаемость. Ты знаешь всех и тебя знают все. Лишний раз чавку никто не откроет, а то мигом генерал Хромов в лес увезёт. Здесь не так, Свет. Здесь чтоб делать что хочешь и не бояться, что за тобой мусора придут, надо тереться с элитой.
— Ты и дома тёрся с элитой, но тебе не помогло это, — справедливо заметила Сахариха. — Я к тому, что ты никогда не станешь для них своим. И в час икс они просто сольют тебя, когда под их жопой станет гореть.
— И это верно, — согласился Жека. — Но голова-то нам для чего дана? В нужный момент всегда можно взять бабло и свалить в закат. Это же так легко. Зато всё оставшееся время мы будем наслаждаться свободой. Ты, кстати, заметила, что у тебя истёк срок туристической визы? Тебя в любой момент могут депортировать обратно в Россию. А если захотят, то и меня. У меня тоже срок рабочей визы через месяц истечёт.
— Но у тебя же есть план Б, милый? — проворковала Сахариха, ластясь к Жеке.
— Связаться со здешней элитой и подкупить её и есть мой план Б, — усмехнулся Жека, за талию притягивая подружку к себе.
— А как тогда выглядит план А? Почему я о нём ничего не знаю? — Сахариха стала гладить Жеку и закинула ногу ему на бедро.
— А план А, моя радость, как всегда, прост, — усмехнулся Жека. — Всех убить и свалить к чертям подальше. Но, как видишь, я его решил сразу не использовать, а перешёл на план Б. И вообще, чего ты ноешь? Любая другая тёлка на твоём месте была бы рада безмерно —