Соскочив со стула-стремянки, Селин продолжила знакомить меня со своими фитолюбимцами. Она рассказала мне, что цветы, как и люди, имеют свои вкусы и предпочтения. Одни любят тепло и просят размещать их рядом с отопительными приборами, в то время как другие предпочитают холод, третьи засыпают с заходом солнца, а четвёртые бодрствуют всю ночь, оберегая сны домочадцев. Одни любят одиночество, в то время как другим просто необходима защита зелёных братьев.
— Они все такие разные! Но каждый из них чувствует мою любовь и отвечает на неё буйным цветом, — сказала Селин и подарила мне нежную улыбку.
Эта улыбка наполнила меня радостью и счастьем, и я почувствовала, как растворяется темнота, что уже давно поселилась глубоко внутри меня.
— Хочешь, я покажу тебе цветок, который мы с Георгом заказали вчера вечером?
Селин взяла с полки журнал и легла поперёк кровати.
— Ты идёшь? — спросила она, вопросительно приподняв брови.
С чувством, что попала в сказочный сон, я растянулась на кровати Селин и стала вслушиваться в каждое её слово.
— «Фиолетовая кислица». Её ещё называют «цветком бабочки», потому что каждый её листик похож на крыло бабочки. Вот посмотри, — тоненький пальчик ткнул в фотографию удивительного растения с треугольными листиками благородно-бордового цвета. Из тесноты листиков поднималось множество мелких сизых цветков.
— Она приносит в дом удачу и помогает выздороветь заболевшим людям…
И снова в её голосе я уловила тревожные нотки, которым пока не находила объяснения.
— Когда мне доставят горшочек, я поставлю его на подоконник. Но только на зиму. Летом придётся его убрать. Иначе солнечные лучи прожгут его листики насквозь, — сказала Селин и, бросив на меня задумчивый взгляд, спросила:
— Ты любишь солнце?
И не дождавшись моего ответа:
— Ой! Совсем забыла. У меня на полке с книгами лежит Vinni. Виртуальный ассистент. Сейчас я спрошу у него, и он всё мне расскажет. А ещё он может создать твою копию. Хочешь увидеть свою 3D копию?
С этими словами она бодро перелезла через меня, соскользнула с кровати и, схватив устройство, показала его мне. На раскрытой ладошке лежала компактная пластинка серебристого цвета, на которой бордовым цветом были написаны странные символы.
Я втянула воздух, пытаясь понять, что это.
— Это Vinni. Но Георг называет его «говорящей жвачкой», потому что оно напоминает ему жевательную резинку. Он такие в детстве жевал.
Селин взобралась на кровать и, перелезая через меня, неосторожно задела ещё незажившие раны на моей шее. Я скривилась от боли. Как вдруг… дверь распахнулась, и я увидела горничную с подносом в руках.
Взгляд горничной намертво приклеился к раскрытой пасти с хищным оскалом клыков. В её больших тёмно-серых глазах застыл дикий ужас, который вырвался наружу истошным криком. Она выпустила из рук поднос и бросилась прочь. Поднос с грохотом упал на пол, разбились изящный чайник и фарфоровая чашка, посыпались сладости.
— Ну вот… Это была моя любимая чашечка, — с досадой сказала Селин. А я едва совладала с острым желанием перегрызть горло этой непутёвой девице.
В следующее мгновение, словно за ним гнались, в комнату вбежал Виктор. Не отрывая от меня настороженного взгляда, он выставил перед собой руки и медленно, словно хищник, двинулся в нашу сторону.
— Милая, только без резких движений. Хорошо? — ласково сказал он Селин.
«Нет! — воскликнул во мне человек. — Он не должен тебя бояться. Иначе он разлучит нас со Светлой леди».
Понимая, что мне следует успокоиться, я медленно расслабила пришедшие в напряжение мышцы, после чего покорно опустила голову на лапы, давая понять, что не причиню его дочери вреда.
— Папа, она не кусается, — с ласковой улыбкой сказала Селин.
Она коснулась моего плеча холодной ладошкой, и я тут же прижалась головой к её щеке. Селин засмеялась, и этот звонкий смех, такой волшебный, такой живой, наполненный ароматом радости и тепла, принес мне счастье.
— Вот видишь, папа⁈
— Селин…
— Да, папа?
— Тебе пора отдыхать, — сказал Виктор, и в его голосе я уловила спокойствие. — А твоему… новому другу самое время вернуться к себе в вольер.
— Я могу увидеться с ней завтра?
Мы как один уставились на Виктора. Виктор опешил — такой неожиданной и такой странной показалась ему просьба дочери.
— Обязательно.
Искренняя радость блеснула в глазах Селин.
Мысленно пожелав моей Светлой леди хорошего отдыха, я спрыгнула с кровати и направилась к двери. Собравшаяся вокруг выхода толпа тут же расступилась.
Я шла вперёд, не оглядываясь и не дожидаясь Виктора. В отличие от Селин, к Виктору я не питала тёплых чувств, разве что короткую благодарность — я знала, что с новым восходом их солнца меня ждёт встреча с моей Светлой леди.
— Ты кажешься мне очень умной девочкой, — сказал Виктор, протягивая ко мне ладонь.
Я оскалила белые зубы.
Он забрал руку и захлопнул дверь.
Этим же вечером на мою клетку установили электронный замок.
Глава 24
Под лучами разгорающегося солнца медленно умирала темнота. Незаметно расплетались и уходили сумрачные тени. Светлела земля. Пространство наполнялось красками, легкостью и свободой, которые отзывались в моей душе желанием исследовать все богатства этой земли, но клетка, пленницей которой я была, делала их недосягаемыми.
Я лежала на холодном полу и, закрыв глаза, слушала истории, которые рассказывал ветер. Он поведал мне о шелестящей жизни леса: о пернатых, что подбирали упавшие на землю орехи и прятали их в щелях коры; о голодной лисице, что в поисках лёгкой добычи вышла к берегу озера; о старой змее, что выбралась на дорогу в желании погреть своё тело и, конечно же, я узнала о многочисленных тропах юрких и прожорливых грызунов. За этим занятием я провела всё утро, ровно до того момента, пока не услышала звук приближающихся шагов.
— Добренькое утречко, — пропела Селин и протянула ко мне руку, которую тут же перехватил Виктор.
— Милая, пожалуйста, послушай меня внимательно, — сказал блондин, глядя на вопросительный взгляд дочери. — Ты видишь в ней друга и считаешь, что она не способна причинить тебе вред, но поверь мне, это не так. Она хищник, и она опасна. В любой момент в ней могут проснуться инстинкты, и она может повести себя… весьма агрессивно.
О да! Сейчас всё внутри меня кипело в мрачном желании прикончить этого аристократа.
Увидев кровавую жажду в моих глазах, блондин поспешил отвести Селин от вольера.
Пришлось приложить усилие, чтобы очистить свою голову от столь ужасных мыслей.
— Но папа! — воскликнула Селин. — Я хотела поиграть с ней на поляне перед домом.
— Селин, мы не