К воскресенью дело сдвинулось с мертвой точки: обе стороны согласились рассмотреть его предложение. На понедельник назначили встречу с участием юристов, и вероятность того, что удастся договориться, была достаточно высокой. Теперь все — или почти все — зависело от него. Или грудь в крестах, или голова в кустах.
Часов в восемь вечера Борис спустился в гостиничный ресторан, собираясь по-быстрому поужинать и пораньше лечь спать. На таких важных переговорах голова, чтобы ей не оказаться в кустах, требовалась свежая, хорошо отдохнувшая. Сделав заказ, он достал телефон, чтобы написать сообщение Вете, но услышал из-за спины знакомый голос:
— Привет, Боря.
И даже, наверно, не очень удивился.
— Здравствуй, Наташа, — Борис отложил телефон с набранным в воцапе «Привет, солнце». — Надеюсь, ты не будешь изображать ах-какую-встречу? Подколодные — твоих рук дело?
— Умный мужик — это, конечно, секси, но такой головняк, — Наталья рассмеялась и села напротив. — Не возражаешь?
— Ты уже здесь. И, кажется, у меня нет причин, чтобы прогнать тебя или убежать самому. Или есть?
— Боречка, паранойя тебе не идет. Просто ты хотел со мной распрощаться в ресторане, но не получилось. Можем закрыть гештальт сейчас. Нет, к твоему текущему проекту я отношения не имею. Дядя дружил с покойным Кречетовым, когда у наследников начались проблемы, порекомендовал тебя. Только и всего. Я об этом узнала только в четверг, случайно. А в Москве я в командировке.
— Случайно узнала, случайно остановилась в этой гостинице, случайно пришла в ресторан…
— В ресторан — да, случайно. Время ужина. А гостиница… Узнать, где остановился человек, не проблема.
Геббельс, при всей своей чудовищной сущности, был гением пропаганды. А какая пропаганда без лжи? Браво, Наташа. Хочешь грамотно солгать, скажи часть правды. Мы так тоже умеем, не пальцем в подворотне деланные. Ты узнавала, где я остановился, просто чтобы побыть со мной под одной крышей? Да-да, Андерсен, сделаю вид, что поверил. И даже спрашивать не буду, зачем тебе это понадобилось.
Твою ж разъяпонскую мать, а чуйка говорила: не ведись. И даже Вета ее поддержала. Хорошо хоть рассказал ей обо всем. Так, теперь ушки на макушке. И Ветке сразу позвонить, на всякий случай. Неприятно, конечно, себя таким лохом выставлять, жертвой сталкерши, но это меньшее из двух возможных зол. Потому что встреча эта не случайна и вовсе не для того, чтобы поговорить о погоде и природе. И уж точно не для того, чтобы закрыть гештальт. Догадаться бы еще, что ты задумала: по бизнесу прогуляться или по личной жизни. Или одним махом семерых убивахом?
— Извини, Наташа, много времени уделить не смогу. У меня завтра важная встреча.
— Да много и не надо, — она пожала плечами и махнула официанту, который расторопно подлетел с меню. — Мне тоже завтра рано вставать. Поужинаем и баиньки.
Надеюсь, ты не думаешь, что баиньки будет совместно?
Борису вдруг показалось, что рядом скользкая холодная гадина. А ведь всего три месяца назад трахал ее не без удовольствия. Ладно еще когда за что-то приятное расплачиваешься, а вот за глупость — такое себе.
Ну и что ты придумаешь, заюшка? Вряд ли что-то оригинальное. Позиция для стандарта, как в футболе. Могу поспорить, что будет фарма в бокал, а потом я проснусь в полдень в твоей постели. Переговоры про… люблены, а Вете — ты ведь о ней тоже все узнала, да? — прилетит красивое фото. И подпрыгивай, Боря, потом как хочешь. Банальная месть, да. Но с эффектом катастрофы.
Только не со мной, цыпа.
— Ты не пьешь? — Наталья дернула подбородком в сторону его бокала с минералкой.
— Ну почему же? Немного выпью. За встречу.
Наталья хоть и пригасила блеск в глазах, но Борис успел заметить.
Gotcha! Вот только вопрос, кто именно попался.
Он заказал бутылку красного вина, дождался, когда официант разольет по бокалам, и уронил вилку. Нырнул под стол и задержался там подольше.
— Ты что, ноги мои разглядывал? — насмешливо поинтересовалась Наталья.
— Думаешь, забыл, как они выглядят? — хмыкнул Борис. — Ну что, за встречу? Подожди, у тебя, кажется, сумка расстегнута. Проверь, все на месте?
Наталья обернулась к висящей на спинке стула сумке, а он быстрым движением поменял бокалы местами. Если и заметила, то просто не будет пить. И это подтвердит, что он не ошибся.
— Да нет, все нормально, — она подняла стоящий перед ней бокал Бориса. — За встречу.
Океюшки. Надеюсь, ты уснешь прямо за столом, стерва.
Принесли заказ, потекла беседа ни о чем. Борис внимательно наблюдал за Натальей, но, похоже, что-то пошло не так. Она болтала и как ни в чем не бывало изящно флиртовала. Может, у него и правда паранойя?
Заказали кофе, заговорили о лыжных курортах, и тут вдруг голову сдавило тисками. Зашумело в ушах, сердце забухало в ребра, а глаза начали закрываться, закрываться…
С-с-сука!
Вот что значит недооценить противника. Умный, да? Дебил ты, Артемьев! Со всех боков дебил!
И когда только успела? Да ну, все просто. Подсыпала в бокал себе. На всякий бякий случай. Сказала же, что умный мужик — это головняк. Для умной бабы. Потом нашла бы секунду поменять местами, а он все сделал сам. И, конечно, она заметила. Сам себя перехитрил в итоге.
Встал — качнуло.
Так, держимся, держимся!
Вытащил из бумажника несколько купюр, бросил на стол и пошел к выходу.
— Борь, ты куда?
Засыпающее сознание попыталось подобрать нецензурную рифму к слову «куда», но не справилось.
Быстрее двигай батонами, лось педальный! Не хватало только в лифте или в коридоре отрубиться!
Раз-два, левой-правой, не спать! Путь далек у нас с тобою, веселей, солдат, гляди!
Чуть не перепутал номер, потом никак не мог правильно приложить к замку карточку-ключ. Закрыл дверь, бросился в ванную. Пил воду из-под крана горстями, потом блевал, засунув два пальца в глотку, и снова пил, раз за разом. Поздно, конечно, но хоть что-то. Хер ее знает, что она там насыпала и сколько. Потом вытащил из чемодана походную аптечку, проглотил сразу шесть таблеток сорбента.
Из последних сил, уже видя какой-то сон, набрал обслуживание в номер.
— Девушка, звонок-будильник на семь утра, пожалуйста. И если не отвечу, пусть кто-то идет и льет на меня воду. Будет оплачено дополнительно.