— Володь, слушаю, просто голова раскалывается. Давление низкое.
— Потому что спать нужно ночью.
Тебе бы замполитом в армию, тоскливо подумала Маська, все-то ты знаешь, что и как кому нужно.
— Я партитуру читала. Андрей прислал.
— Другого времени не нашлось? Слушай, ну я же беспокоюсь. Видуха у тебя — хоть закапывай.
— Спасибочки, — буркнула она. — Возьми совочек и закопай. В песочнице. И из леечки полей. Может, цветочки вырастут.
— Мася, тебе поругаться хочется?
— Мне хочется спать, ясно?
Тут перед ними нарисовался тот самый крендель из вагона, попутчик, которому она непонятно с какого перепуга вывалила всю свою персональную помойку. Нашел место, чтобы тупить в телефон. Стало неловко, и она съежилась, втянув голову в воротник, как черепаха.
Так, девушка, забей. Он уже обо всем забыл. И ты забудешь. Вывалила — значит, было нужно.
Пискнул Володькин телефон: подъехало такси.
— Маська, шевелись, у нас три минуты, а то еще за ожидание придется платить.
Учитывая, что вагон их был в самом хвосте, платить пришлось бы, даже побеги они бегом. Вот это бессмысленное крохоборство ее доконало.
— Володь, не обижайся, я к себе поеду. Так что иди, не жди меня. Я на метро.
— Что за дела? — он резко остановился, и чемодан по инерции чуть не подбил его под колени.
— Послушай, я очень устала, — это было правдой, но звучало как вранье. — Хочу спокойно выспаться. Вот прямо сейчас приеду и лягу спать.
— А я, значит, тебе мешаю? Ну ладно, — поколебавшись, Володька поцеловал ее в лоб. — Хорошо, вечером приезжай.
— Я позвоню, — неопределенно пообещала Маська.
Странно, когда Володька, припустив рысью, скрылся из виду, она почувствовала едва ли не облегчение. И поняла, что устала не только физически, но, в первую очередь, морально.
То, что родителей ее драгоценный жених побаивается, Маська заметила в первый же день в Милославском. Самоуверенности в нем резко поубавилось, да еще и за ней следил в оба глаза, чтобы случайно не ляпнула или не сделала чего-нибудь крамольного. Не говоря уже о том, что они сами не спускали с нее изучающего взгляда. Ни одного недоброго слова в адрес будущей невестки не прозвучало, но она и так поняла, что пришлась не ко двору.
Володькин отец когда-то был питерским чиновником из высшей лиги, но проштрафился и отправился рулить крохотным райцентром в Рязанской области. Мать не работала, крепко вжившись в роль местечковой первой леди. Дешевый снобизм и высокомерие из них так и сочились.
Неудивительно, что за неделю суп Маськиных мыслей и эмоций дошел до кипения и хлынул из-под крышки на попутчика, который на свою беду решил с ней поболтать. Хозяйки знают: что убежало на плиту, обратно в кастрюлю не вернешь. Остается только хватать тряпку и заниматься ликвидацией последствий.
* * *
Поскольку чемодан они брали с собой один на двоих, распаковывать было нечего: домой Маська приехала с дамской сумкой через плечо. Обошла квартиру, открыла везде форточки.
Сделав предложение, Володька настоял, чтобы она переехала к нему, поскольку его квартира больше и удобнее расположена. Маськину, по его мнению, нужно было сдать. Вообще-то она никогда не скандалила, но могла быть очень упрямой. Сказала, как отрезала: подумаю об этом после свадьбы. Приезжала раз в две недели проверить, все ли в порядке.
Хотелось не только спать, но и есть — в поезде позавтракать не успели. Холодильник был пуст и отключен, не в магазин же идти. Заказала пиццу, поставила чайник. И снова вспомнился тот день, когда Володька предложил ей выйти за него.
* * *
Сногсшибательную новость певуны восприняли явно не так, как он ожидал. Отношения свои они с Маськой не афишировали, приходили и уходили не вместе. Поэтому на первый план вышло удивление, смешанное с недоумением. Да и подано было так, что захотелось врезать кое-кому букетом по физии. Утром все было криво, наверно, решил исправить, но получилось еще хуже. Как будто осчастливил. Одумалась она, видали!
— Чего, серьезно, что ли? — не поверил Сережа.
Алла с Андреем переглянулись и сдержанно поздравили. Только Ирочка издала какой-то восторженный визг.
Вытащив из кармана бархатную коробочку, Володька взял совершенно растерявшуюся Маську за руку и надел ей на палец кольцо, после чего звучно, с оттяжкой, поцеловал.
Репетиция на этом и правда закончилась. Выпили шампанского и разошлись. Обычно она ездила домой на метро, но Володька притащил ее к машине и открыл дверь.
— Прошу, леди. Ну что, в ресторан?
Маська почувствовала себя абсолютно выпотрошенной.
— Володь, давай завтра. Я не одета, и вообще…
— Ну как скажешь. Тогда ко мне.
Она положила букет на заднее сиденье, села спереди, пристегнулась.
— Без обид, зачем тебе понадобился этот цирк?
— В смысле? — Володька завел двигатель и повернулся к ней.
— Вот это вот все. Объявление.
— Мась, что не так? Ты сама говорила, хор для тебя — это прямо как ребенок. Выходит, мы все как одна семья. Тем более реальной семьи у тебя нет.
— Спасибо, что напомнил. Даже если и семья, замуж я выхожу все-таки за тебя. Поэтому предпочла бы все это… тет-а-тет.
— Тет-а-тет было утром, — надулся Володька. — Тогда тоже оказалось все не так, я же видел. Решил исправить — опять мимо. Тебе не угодишь. Если не хочешь, так и скажи, пока еще не поздно.
Сейчас Маська отчетливо вспомнила то кольнувшее иголочкой искушение — сказать «не хочу». И как испугалась этого. И подумала: да что же я за дура такая, какого говна-пирога мне еще надо? Я люблю его, он любит меня, у нас все хорошо, так какого черта?
Испугалась, погладила его по колену и сказала:
— Хочу.
* * *
Интересно, подумала Маська, вымыв тарелку, почему всегда так получается? Если есть пиццу вдвоем, ее как-то мало, а если в одни ворота, то последний кусок обязательно окажется лишним.
Она легла на диван, укрылась пледом, но сон, который до этого тяжело висел на веках, вдруг куда-то испарился. Лежала и сквозь дремоту, зыбко, размазанно, вспоминала все то, о чем рассказывала в поезде попутчику.
«Если вам что-то не дает покоя, стоит задуматься», — сказал он.
А еще лучше — решить, чего именно хочешь. Отменить свадьбу, расстаться?
Н-нет…
Скорее, разобраться, что беспокоит. Что мешает радоваться и чувствовать себя счастливой.
А может, все дело в том, Масечка, что нельзя чувствовать себя