— А следы читаете? А как ты сражался с этими пауками?
— Пипепы? — спросил Серкач, а я кивнул. — Ну так мы тренировались много. Мы самые ловкие в своём поколении. Наш отец — тысячник самого Великого Вождя. Он нас всему научил.
— Погоди, — я пытался осознать всё. — Получается, магии в вашем мире практически нет?
— Неа, — покачал головой Ферлингх. — Толик? Научи магии! Я знаю, ты можешь! Пожалуйста.
На меня уставились две пары больших глаз — как у того кота, что из «Шрека».
— Пипеп…
Глава 7
Стоило мне произнести последнее слово, как оба орка выхватили оружие и заозирались. Но, никого не найдя, посмотрели на меня с удивлением и сомнением. Синхронно спросили:
— Где?
Я ничего не ответил — лишь отмахнулся и жестами показал, что надо двигаться дальше. А сам призадумался. «Получается, они из немагического мира.» Вопросов стало больше, чем ответов. «Собственно, когда было иначе?» Я до сих пор не понимаю очень многое. Самый главный вопрос: на кой ляд я сдался сразу двум Демиургам?
Но, решив пока чуть приземлить свои влажные мечты, стал расспрашивать орков о их жизни и мире. Точнее — одного Серкача: Ферлингх изучал следы и вёл нас неспешно по лесу.
Мир, из которого пришли орки, был чем-то похож на мой родной. Он не имел ничего общего с мирами, в которых я провёл больше двух месяцев. Магией у них даже не пахло — судя по всему, их шаманы были шарлатанами. И их мифический бог был прям как у меня на планете: вера есть, церкви есть (в их случае — капища), а магии и чудес нет.
Присутствовали легенды и мифы о великих магах, чудесах различных — но и всё на этом.
Уровень самого развития я оценил как древнеримский. Света нет, газа нет, технологий тоже нет — но оружие и военная подготовка на высоте. К тому же — безумная сила по меркам обычного человека, что слабо вязалось с отсутствием магии.
Сам уклад их мира был не особо отличен от древнеримского — хотя и имел свои изюминки. Например, то, что они все родственники и на вид все одного возраста — не спроста. Рожают там орчихи обычно пачками, как свиноматки: по четыре орчонка минимум.
Так получилось, что их мамка — какая-то родовитая — умудрилась родить одну орчанку — Кантру. Рождение одного-единственного ребёнка за раз считалось благословением богов и признаком благородства крови. Но при всём при этом семьи с десятью детьми и меньше считались ущербными.
Вторыми родами их мамка выдала на свет сразу четверых отпрысков: Кагана, Ферлингха, Серкача и ныне покойного Харила. Это тоже считалось не большим приплодом — так что их родители пошли на третий заход. Который выдал сразу восьмерых детишек.
Я смотрел квадратными глазами, когда мне это рассказывали. Это же как их кормить всех титьками? Они же там до земли должны отвиснуть!
Всё оказалось проще: питаются орчата вместе с местными мелкорогатыми животинками. Так что сами орчихи не страдают. Следят за приплодом пожилые родственники, пока сами орчанки сражаются.
Да, битвы в их мире — нормальное явление. Постоянные войны и, как следствие, смерти. Иногда матери сражаются, будучи на сносях. Так что смерть Харила ребятки восприняли совершенно спокойно — как чаю попили. Умер и умер. Даже хоронить не стали: оттащили под дерево, накидали сверху камней и отправились спасать ещё живых родичей.
В целом, конечно, рационально — но слишком прагматично, как по мне. Мысли о смерти моих спутников не дают мне покоя. А тут — целый брат, и им фиолетово. Точнее, наверное, зелено.
Обрядов взросления у них нет. Возрастных рамок тоже. Ты можешь хоть в двенадцать лет иметь свой дом, семью и детей — если хватит сил и денег. Моим же спутникам было уже по пятнадцать лет, а сестре их — шестнадцать. Хоть я не совсем понял их летоисчисление. Да и не важно оно мне было.
Отдельным видом искусства стало моё объяснение слова «пипеп» и его применения в жизни. А то я их ввёл в заблуждение, назвав пауков пипепами. Сейчас заучат — и начнут дёргаться каждый раз при упоминании этого слова.
Так, за рассказами Серкача, мы и вышли к логову «паучков». Картина была любопытная. Тут бегало не больше десятка особей, из которых трое были сильно ранены. Один, видимо, был подстрелен моим плевком — но выжил. Видать, некоторые отступили к лагерю.
Остальные бегали и метались. Сам лагерь был условным: просто полянка между деревьями, которую так капитально обмотали синей паутиной. На этой паутине висели десятки коконов разных размеров — от небольших (не больше зайца) до огромных (куда медведь может поместиться).
Несколько паучков носились по паутинке, торопливо отвязывая коконы. А ещё несколько утаскивали их в разлом. Твари явно эвакуировались с планеты и утаскивали с собой припасы. Колонизация не удалась — пауки в ужасе сматывали удочки. А значит, они могут так и родню орков утащить в свой мир. Надо действовать, пока не поздно. Если ещё не поздно…
Собственно, после бойни в лесу мы справились очень легко и быстро. Там на нас напало почти два десятка тварей — и со всех сторон. А тут — жалкий десяток. К тому же трое ранены, а остальные явно не бойцы. Да даже если бы и были бойцами… Я моментально упокоил двоих. Ферлингх снял снайперским выстрелом из лука третьего.
Двое скрылись в разломе — ещё двоих я успел пристрелить прямо возле плёнки перехода. Серкач, как мясник, зарезал раненых. Собственно, на этом битва и закончилась.
Вытоптанная полянка, паутина на деревьях — и всё. Никаких строений, даже ну́жника нет.
Теперь возник вопрос: как найти орков среди десятков коконов? Вариант — как с иголкой в стогу сена — не подходит. Снимать их и опускать вниз — муторное занятие. К тому же многие коконы габаритами не подходят.
Пришлось лазать, аки обезьянкам, по паутине — к мало-мальски подходящим по размерам коконам — и вскрывать их прямо в воздухе. В основном в них были люди. Самые обычные — и, самое грустное, мёртвые. Пока братья с паникой в глазах пытались отыскать родню, я решил немного поизучать содержимое покойничков.
Спустил на землю одного «коконизированного» человека и детально всё осмотрел. Человек лет сорока — мужчина. Лысенький, коренастый. Лицо… а хрен поймёшь — лицо как лицо, и не важно вообще. Выглядит довольно свежим трупиком, при этом мягким. Что странно