Глянув на наручные часы и вовсе отметил, что до официального старта рабочего дня еще целых десять минут. Пора включать и свой компьютер. Пока суть да дело, сделаю себе кофе. Уже сублимированный, как напоминание о том, что вкусный кофе, сделанный с любовью, меня ждет только дома.
Усевшись на кресло с чашкой дымящегося напитка, я принялся проверять электронную почту, накопившуюся за вечер пятницы и выходные.
Работал я здесь уже почти три года. Несмотря на то, что я сам считаю свою занятость унылой и скучной, особенно в сравнении с тем, чем занимается Ульяна, меня радовало умиротворение от погружения в электронные таблицы и графики. Тяготила лишь ответственность за коллектив, но это всего лишь издержки. Я был довольно хорош в том, что делаю, и начальство это замечало. Ведь пришел я в эту компанию обыкновенным продажником.
С выходом все новых и новых коллег из лифта, офис постепенно начал наполняться. И вместе с увеличившимся числом людей, опенспейс наполнил шум и возня. Громко грелся чайник на кухне, громко двигались стулья и жужжали кулеры от вновь и вновь включаемых рабочих компьютеров.
После утренних приветствий и короткой планерки, шум ненадолго стих. Теперь каждый занят своими непосредственными обязанностями, и этот час, когда звонки и переговоры еще не начались, был самым тихим часом во всем рабочем дне. Всех это устраивало. Я не лезу к людям, не ставлю задач и не задаю вопросов, они не шумят, старательно делая вид, что начали разбирать почту. Но я знал, что они сейчас просматривают мемы. И они знали, что я знаю. Этот шаткий баланс был своеобразной игрой. И всем она нравилась.
Я чувствую, что снова устал. Сидя здесь и делая свою работу, мой организм недвусмысленно намекнул мне, что стоит поменьше играть по вечерам и больше времени уделять сну.
Кстати об этом — моя маленькая отдушина. О ней знала моя семья, мои коллеги были разве что наслышаны, но да это и не важно. Мои святые несколько часов, когда я могу расслабиться, играя в любимую онлайн игру. Да, у меня не только работа скучная, но еще и досуг. Но мне нравилось.
Да и, в целом, я всю жизнь предпочитал быть одиночкой, витать в облаках, и выбирать какие-то занятия, которые требовали минимум социальных взаимодействий либо вовсе без таковых. Обычная жизнь, и я имею на нее право!
И что же в итоге? Я был, как бы сказать… доволен своей жизнью? Работа хорошо оплачивалась, у меня есть любящая жена, неплохая квартира, начальство уважало и ценило мои профессиональные навыки, а коллеги считали другом. Мое будущее выглядело довольно безоблачно, по крайней мере я сам так считал. И то, что меня окружает лишь рутина меня не пугало. Предсказуемый и легко прогнозируемый день, неделя, месяц, да даже год — вот то, что мне нравилось. И я сам построил эту жизнь. И плевать, что в толпе меня никогда не различить.
Мне подходит то, что я не привлекаю лишнего внимания. Как ящерица под камнем.
— Привет, начальник! — Мои размышления о собственном бытие прервал старший среди менеджеров, и мой прямой подчиненный. Заявился, сверкая улыбкой. — Мы с парнями решили пообедать сходить, ты как, с нами?
— Э-э, звучит неплохо, но там же в общем зале празднование днюхи Леши? — Отвлекся я от пустого, не начатого письма на электронке.
— Ты бы хоть иногда на рабочие чаты внимание обращал, кроме своего отдела. — Пожурил меня Дмитрий.
— Так и что там?
— Заболел. — Коротко ответил мужчина, показав пальцами кавычки.
Дима — хороший парень. Он был одним из тех, кого называют экстравертами, прирожденными харизматичными лидерами. Но слишком уж он непостоянный. Взять отпуск посреди важной сделки? Взять четырнадцать дней лишних больничных в году? Отлынивать от работы, потому что сегодня плохая погода? Это все про него. Но с ним можно было обсудить что-то, касающееся не только работы, и это был один из немногих людей, кого я мог бы назвать не просто коллегой, но еще и товарищем.
Рядом с ним мялся парень по имени Борис. Тучный, угрюмый, и первым впечатлением о нем было бы то, что на самом деле он просто крупный добряк. Рубаха-парень, чрезмерно молчалив, но вопреки этому, чертовски убедителен, когда дело заходит до продаж и заключения сделок. Он был обстоятелен и терпелив, мог заваливать потенциального покупателя горой писем и звонков, и его методы были весьма изощренными. Мыслил нестандартно, короче.
Я встал, прихватил сумку, заблокировал компьютер и направился к лифту вместе с Димой и Борей. По пути мы болтали о работе и о планах на неделю, не забыв упомянуть и грядущее собрание от директоров, запланированное сразу после обеда.
На девятом этаже к нам вошла Женя с ее мужем Антоном, эти ребята работали рука об руку в логистике. А на пятом лифт пополнился еще тремя людьми. Девчонками из кадров. И все три были без ума от статного и улыбчивого Димы.
Сильнее всех выделялась Катя, одна из этой троицы. Младший сотрудник из кадрового отдела. Она добилась наибольших успехов в завоевании ветреного сердца Димы, который, казалось, воспринимает это все просто как игру. Веселую, но совершенно ни к чему не обязывающую. Катя же имела другие виды, и это было заметно невооруженным глазом. За это ее коллеги с пятого и недолюбливали.
Впрочем, популярность Димы трудно списать на везение. Помимо выдающихся харизмы и легкости, он был еще и внешне отлично сложен. Удивляюсь, как он умудряется сочетать алкогольные тусовки, спортзал, и при этом оставаться вечно жизнерадостным? Но эти размышления явно мне не к лицу — не привык судить о людях как-то иначе, кроме как по их профессиональным навыкам. А сейчас я слишком увлекся в перипетиях их служебного романа.
Я глянул в зеркальную дверь лифта, проверяя, что нормально выгляжу. Белая, наглаженная рубашка, заправленная в строгие брюки, короткая стрижка, идеально выбритое лицо. Я был обыкновенным. Не толстым и не худым. Не красивым, но и не страшным. Если я вдруг когда-то решу совершить преступление, ограбить банк, например, операционистка вряд ли поможет составить вменяемый фоторобот. Слишком уж я был стандартным.
Апокалипсис случился приблизительно в 12:10 по Москве.
В тот момент, когда я и несколько моих коллег вышли из офисного здания, но еще не успели войти в кафе быстрого питания неподалеку. Думаю, что все, кто