Через пятнадцать минут мы устроили собрание вокруг костра, который я поддержал свежими поленьями, собранными накануне. Тот навес из деревянных жердей спасал наши заготовки древесины для огня от влаги, так что костер занялся быстро и с новой силой.
— Итак. — Начал я, привлекая всеобщее внимание. — На повестке обсуждение дальнейших планов. Но для начала, я должен понять, кто принял окончательное решение уйти от нас, а кто остается.
Присутствовали на собрании почти все, кроме Вари и Бориса. Раненная, получив утром свежий компресс из перемолотых трав только Жене известного назначения попросилась еще поспать, но в целом чувствовала себя лучше. Просто небо и земля по сравнению с тем, что было. А Бориса мы и впрямь решили не трогать. Он славно потрудился, так пусть отдохнет.
— Я так понимаю, этот вопрос к нам. — Взял слово Антон, сверкая оформившимся синяком под глазом. — Так вот, мы в спокойной обстановке все обсудили.
Женя одобрительно закивала.
— После увиденного и пережитого мы решили, что в группе — безопаснее. — Выпалил он, как на духу, словно долго крутил эту фразу на языке и думал, как лучше ее преподнести. — Если только ты не решил иначе.
— Как, например? — Позволил я ему самому высказать предположение.
— Например, выгнать нас. Ну, меня, за вчерашнее. — Выдал очевидную глупость лучник.
— Нет. Не выгоню. — Резко и не раздумывая ответил я. — Ты в своем праве мыслить, взрослый человек. Просто фигню не делай.
— Кстати об этом. — Кашлянула Женя. — Я все понимаю, тестостероновые мужики обычно так решают свои разногласия, но у меня просьба.
— Я понимаю, Жень. Вчера много что пошло наперекосяк. — Перехватил я ее мысль.
— У меня сил в руках нет от того, сколько, — она подчеркнула последнее слово интонацией, — я потратила вчера магической силы. Лечить еще и вас, обалдуев, передравшихся между собой?
— Ты права. Магия — тоже своеобразный ресурс, и мы постараемся его экономить.
— Тогда мы с супругом желаем остаться в группе и приносить свой вклад в ее выживание. — Закончила она.
— Полагаю, нам нужно сделать еще кое-что, из тестостероновых ритуалов. — Я ухмыльнулся и протянул Антону ладонь для рукопожатия.
— Ну вы посмотрите, что за нежности с утра пораньше. — Добавила яда Катя, когда мужик напротив крепко пожал мою руку.
— До тебя еще дойдет очередь. — Почти злобно зыркнул я на нее.
— Раз уж мы этот вопрос закрыли, — начал Дима, — можем перейти к обсуждению планов? Мы остаемся тут или как?
— Погоди немного, не беги впереди паровоза. — Остановил я его. — Теперь ты. Вчера ты ляпнула, что собираешься свинтить. — Я глянул на кинжальщицу исподлобья.
— Ну, ляпнула сгоряча, и что с того? — Насупилась она. — Я испугалась, все как-то слишком быстро завертелось.
— Нормально ответь. — Прервал ее я.
— Я не хочу уходить. Я полезная! — В сердцах бросила она, и кажется, мое пристальное внимание к этой проблеме ее обидело. Но я должен был выяснить.
— Хорошо. У кого-нибудь есть с этим проблемы? — Оглядел я присутствующих.
— Кать, просто будь добрее к нам, тут врагов нет. — Мягко поддержала девушку Женя.
— П-поняла. — Залилась ловкачка краской.
— Тогда переходим к следующему этапу. — Я набрал побольше воздуха, потому что говорить я буду много. А остальным придется слушать.
Вчерашние события показали нашу несостоятельность как группы и иерархии в ней. Нужны были правила. Я еще во время сбора растительности задумался о том, как это все систематизировать и привести к единообразию, к порядку, но точно не понимал, что именно от меня требуется. И вот это минувшее разногласие, личные представления о морали и законе каждого, о безопасности и мотивации натолкнуло меня на мысль.
Мы — крошечное государство. Мы обязаны иметь свод законов и свято их чтить, чтобы не скатиться в хаос. Чтобы не допустить повторения вчерашнего. С прозрачными ожиданиями друг о друге жить будет проще, и мы сможем сконцентрироваться не на поиске подвоха от ближайшего, а на выживании и эволюции над самими собой. Ведь, похоже, именно того требует от нас система? Кто знает, напрямую мне об этом никто не говорит.
Так что, я предложил концепцию. Такую, в которой мы придерживаемся заповедей, придуманных много тысяч лет назад. Отбросив лишнее, мы создали что-то прагматичное. Мы работаем на благо нашего мини-государства, мы имеем выходной, мы не убиваем друг друга, не крадем друг у друга, и скидываемся в общак.
И я, не будучи слишком религиозен, каким-то нутром чувствовал, что именно так будет правильно. И теперь, вместо зыбкой почвы, не зная, как опереться и оттолкнуться, у нас будут эти правила. Простые, даже примитивные, но большего пока и не надо. А все спорные моменты договорились обсуждать.
Относительно заповедей, или свода законов нового людского государства на чужбине, вопросов не возникло. Меня это, к слову, немного удивило, ведь морально я был готов к отторжению и сопротивлению. Все таки правила не любит никто. Но, похоже, эти люди очень устали и отчаянно нуждались в предсказуемости будущего, а потому безропотно согласились следовать новому порядку. Интеллегенция-с. Еще я беспокоился, что сбрасываться в общак никто не захочет, но идея тоже была воспринята с энтузиазмом, когда я объяснил, как именно мы будем распоряжаться этим вкладом. Помимо восполнения расходников, мы будем улучшать и упрощать себе жизнь, а также иметь кубышку, чтобы затыкать «дыры», которые образуются тут и там.
Сломался у кого-то элемент доспеха? Если я не смогу его починить, мы покупаем новый из общего вклада. Нужен какой-то инструмент? Если я не могу его сделать, значит, мы купим такой. А что касалось моей роли…
— Я напомню, что система предложила мне выбрать профессию «мастеровой». — Огласил я, потому что пошли шепотки. Не все были в курсе, что я могу создавать предметы. — В моих силах чинить вещи и создавать примитивные новые. Так что этим я и собираюсь заняться.
— О, а мне вчера выпала профессия «алхимик». — Объявила Женя. — Но я оставила вкладку с этим предложением пока, не решившись что-либо делать без советов.
— И это чертовски верный ход! — Восхитился я. — Какие бонусы? Что дает?
— Не понимаю пока, но похоже система отреагировала на то, что я создала лекарство для Вари. — Пожала девушка плечами. — Я в этих штуках не понимаю ничего. Ну, я про систему, а вот по медицине кое-что еще помню.
— Ты как, сама бы хотела этим заниматься? Я скажу, что профессия для группы чрезвычайно полезная. —