Зал проведения аукциона был огромным и полон народа, благо меня проверили отдельными коридорами, так, чтобы я ни с кем не пересекался. Я разместился в забронированном за мной помещении и с интересом стал рассматривать подиум, на котором уже можно было увидеть первые лоты. Это в основном были артефактные украшения, редкие ингредиенты и даже несколько алхимических концентратов показали. Но мое внимание больше всего привлекли измененные магией животные.
Все-таки получается, что теперь в мире есть маги-приручатели и это поставлено в какой-то степени на поток. И торговец, с которым я встретился, вовсе не исключение, а один из многих, подобных ему. Откровенно говоря, не думал, что такого рода индустрия может появиться и процветать.
В какой-то момент свет в зале погас, а на сцене появился ведущий. Им оказался мужчина, лет сорока в дорогом, темно-зеленом камзоле.
— Дамы и господа, я рад приветствовать вас на открытии осеннего сезона торгов! — громко произнес он. — Сегодня, как и заведено, у нас будут представлены самые разные лоты. А главное, нас ждут около двух десятков по-настоящему уникальных предложений!
Зал в этот момент тут же начал активно перешептываться.
Первые лоты продавались довольно быстро и для меня особенного интереса не представляли, поэтому я просто рассматривал людей в зале и других ложах. В зале можно было увидеть как простых магов без званий и титулов, так и представителей знаменитых фамилий, расположившихся в ложах с присущим им достоинством.
Отдельно выделялся молодой наследник рода Демидовых. Дабы его узнать, мне даже не пришлось присматриваться к его перстню, все из-за того, что свою фамилию он произносил громко и очень часто. Прямо хвастался тем, к какому роду он принадлежит.
Сам по себе молодой Демидов был светловолосым, одетым в дорогой камзол и окруженным весьма внушительной свитой. Он громко шутил, активно делал ставки и проявлял такой энтузиазм, будто даже не обращал внимания на то, что именно покупает.
Что, на самом деле, неудивительно. Его род — один из главных поставщиков магических ресурсов, а также владельцы шахт, где добывают насыщенную магией руду. Поэтому денег у его рода было не просто много, а очень много. Влияния так же было не занимать.
Несмотря на то, что основной вид их деятельности был в добыче и поставке, род Демидовых также активно участвовал в политике. В основном они развивали свое влияние в регионе Урала, а еще активно участвовали во всех войнах империи, где заодно демонстрировали свои достижения в направлении вооружения.
Даже в последней операции, в которой участвовал мой отец, так же были и войска рода Демидовых. Которые, в качестве исключения были подчинены командованию другого рода. В целом, с Демидовыми у моего рода были вполне нейтральные отношения, но Уральские производственники очень ценили мой род в качестве боевого.
В какой-то момент мое внимание все же привлекли слова ведущего.
— Это уникальные растения, которые вы просто не сможете купить нигде в другом месте! — с жаром расхваливал он товар.
Я, конечно, пропустил название цветка, потому что был сильно погружен в свои размышления, однако это растение было широко известно еще при моей прошлой жизни. И уже тогда являлось очень и очень редким.
Как правило, этот цветок называли «Дар Смерти». Звучит, конечно, поэтично, но в каком-то смысле даже раскрывает его появление. Цветок этот растет в тех местах, где аномально большое количество энергии смерти.
— Этот цветок, один из самых таинственных в мире! Ходят слухи, что он может даровать своему обладателю бессмертие, — продолжил с воодушевлением свой рассказ ведущий.
Естественно, бессмертие он даровать не может, но сделать из него можно и впрямь очень и очень многое. Правда, для того, чтобы полноценного реализовать потенциал этого чудесного растения, мне нужно развиваться дальше. На нынешнем этапе он для меня, скорее, бесполезен, но тем не менее лучше его купить, потому что кто знает, когда еще представится такая возможность.
— Итак, дамы и господа, первая ставка на цветок «Дар Смерти» — сто рублей! — объявил ведущий.
— Даю сто двадцать! — тут же подняв табличку, произнес я.
— Ого, таинственный молодой человек в закрытой ложе дает сто двадцать, кто больше⁈ — тут же отреагировал ведущий.
— Сто пятьдесят! — поднял ставку Демидов.
— Сто восемьдесят! — перебил я его ставку, спустя мгновение.
Этот материал я точно не упущу. Он слишком редко попадается, чтобы так просто от него отказываться. Мне его не смог предоставить даже теневой рынок, а я ведь просил. Точно так же думая, что в будущем мне это будет крайне полезно.
— Сто восемьдесят раз! — начал отчет ведущий, когда новой ставки от Демидова не последовала. Он сейчас отвлекся на одну из девушек, что сидела рядом с ним. Точнее, ее прелестями и ему пока было не до ставок. — Сто восемьдесят два!
— Двести! — услышал я пожилой голос, раздавшийся из соседней ложи.
В ней сидел пожилой человек, которому явно было заметно больше ста лет. И… я даже вначале не поверил своим глазам! Он сидел в мантии, которая по цвету всегда приписывалась алхимикам! Да и ладно бы просто мантия! У него на ней был вышит символ алхимика!
Это был большой круг, внутрь которого вшит треугольник, внутри которого находится квадрат, а внутри квадрата уже еще один круг с символом бесконечности. Все это между собой соединено десятками линий, которые были взяты не из пустого места, а являлись графическим изображением взаимосвязей вселенной, мира физического и мира энергетического.
Изображение это было настолько древним, что я не застал даже потомков тех, кто его изобрел, но это был однозначно символ алхимика!
— Двести пятьдесят! — несмотря на это, перебил я его ставку.
Да, быть может, он и мой коллега, но я очень сильно сомневаюсь, что он, действительно, представляет, что делать с этим цветком.
Судя по тому, как недовольно исказилось лицо старика, он явно был недоволен моей ставкой, но перебивать он ее уже не стал.
— Продано! — спустя стандартный отчет, оповестил всех ведущий.
Ну что же, отлично! Уже не просто так сходил. Надеюсь, что и зелья свои выгодно продам и купил по вполне адекватной цене еще и очень редкий материал.
Следующие несколько лотов не представляли для меня совершенно никакого интереса, ибо это были какие-то картины. Причем даже не артефактные и не проклятые! Простые картины. На которые аристократы так набросились, что я даже удивился. Очевидно, на данный момент обладание этим предметом считалось престижным,