Конкурс начался весело и резко. В зале погас свет и деланно писклявый голос ведущего поинтересовался, по какому поводу собрание. Ему попытались ответить сидящие в зале парни, но их выкрики просто проигнорили. Вышедшая с свет прожектора девушка попросила соведущего прекратить бояться монстров и вылезти из-под стойки. Шоу началось.
Мы не смотрели на то, как выступают другие команды. Как давно еще сказал нам наш общий тренер по танцам — не стоит травмировать свою психику раньше времени, гадая, кто из выступивших был лучше, и сравнивая свой номер с каждым, лучше потратить время на разминку.
Единственное выступление, половину которого нам удалось посмотреть, — команда номер шесть. Этих ребят мы еще не видели, но держались они прилично, музыку подобрали интересную и необычную, и движения выполняли слаженно. На больший анализ мой взволнованный мозг способен не был. Как бы я ни старалась вести себя уравновешенно и показывать свою непринужденность, внутри все сжалось в комок.
Я то и дело разглядывала зал, но из-за света прожекторов ничего не было видно. Влад не написал, успеет ли он и собирается ли вообще приехать. Только позвонил утром, желая удачи и отмалчиваясь на все мои попытки узнать о его возвращении.
На сцену выходили слаженно, как и обычно, приветствуя публику и улыбаясь. Разошлись по разным концам зала. Свет приглушили и раздались первые аккорды. За те три секунды, пока не вступили барабаны, нужно было успеть сойтись и выстроиться в пары, не теряя плавности движений. Барабаны заиграли резко, что и пришлось повторить в своих движениях нам со Стасей. Парни встали неподвижно, тогда как мы максимально быстро и одновременно обошли парней, толкая их чуть вперед и наклоняя под прямым углом. На их, к счастью, достаточно широких спинах удобно было выполнять придуманные нами развороты. Здесь сыграло Стасино увлечение цирком и ее же постоянные просмотры выступлений спортивных гимнастов: опираясь на спины парней руками, мы исполнили поперечный шпагат, постепенно убирая обе ноги в сторону и плавно скользя со спин парней.
Дальнейшее запомнилось мне лишь урывками: ребята, отлично дружащие с нижним брейком, вовсю демонстрировали свои способности, тогда как мы, чуть позади, разбавляли их нарочитую брутальность выученными за последние недели элементами модерна. Стася плавно перетекла к Славе, нарочито сексуально обвивая его руками и откидывая корпус чуть назад. Я делала почти то же, с одной лишь разницей: Стася отклонялась корпусом, а я, прогибаясь в спине, уводила ноги все дальше назад. Мих, подставив руки, выступал опорой Славке, делающему сальто назад. Мы со Стасей, прокатившись половину сцены на коленях, вытягиваем руки вперед, а парни, хватаясь за наши же руки, буквально выдергивают нас вверх. Свет снова глушат, музыка останавливается.
Кажется, нам хлопали. Мы смеялись, благодарили и махали залу. Уже за кулисами, фактически свалившись на пол и обнявшись, мы спокойно вздохнули, возвращаясь в реальность.
— Мы крутые, я почти уверена! — Стаська, практически лежащая на Славе, умиротворенно потягивалась.
— Можно обойтись и без почти, тут все свои, — в необычной для себя манере, ответил Мих. Этот выпендрежник переставал общаться с нами как Его Умнейшее Величество только в первые десять минут после выступления. Видимо, просто не успевал перестроиться.
— О, к нам снова пожаловал нормальный Мишаня. Знаешь, друг, Мих иногда просто достает своими заумствованиями, а ты всегда нормальный. — Слава не удержался.
— Отвянь, не дели меня на две личности. А за Мишаню щас еще и щелбан получишь.
— Ребят, мы тут так и будем лежать, пока организатор не разлучит нас?
— Я не встану, я точно буду, пока результаты не начнут объявлять.
— А и, собственно, почему нет? — Сам задал вопрос, сам итог отвтов и подводи, как говорится. На полу было удобно, три оставшихся номера прошли, на наш взгляд, слишком быстро, а результаты подсчитывали, наоборот, слишком медленно. Ибо к этому моменту мы успели подняться, дойти до рюкзаков, съесть все припасенные бутерброды и поболтать с другими командами.
— Прошу всех участников пройти на сцену для торжественной церемонии награждения! — Интересно, это им по регламенту положено, или они менее пафосной фразы не могут придумать?
— Итак, третье место занимает команда "Сыч"! — Счастливые ребята в одинаковых серых футболках и непонятным нечто на груди, встали около пьедестала, поставив на него капитана.
— Второе место отходит команде "So changeable"! — Где-то я слышала эту фразу... Точно! Так Мориарти в британском "Шерлоке" говорил. Кто-то в команде явно шерлокоман.
— Неожиданно для судей, и для вас, дорогие участники и зрители, первое место поделили между собой две команды! — Я буду очень счастлива, если среди этих двух будем мы, но какого ёжика? Не могли еще один критерий выставить? — Это всем известная команда "Crows" и новички нашего конкурса, команда "Вэ. Эм"! Поаплодируем участникам и призерам!
* * *
— Привет, — Влад, подходя сзади и улыбаясь, аккуратно приобнял прыгающую Лизу. — Поздравляю с победой!
— Ты приехал? Ты приехал! Ты почему мне не написал и не сказал ничего? Я тебя кучу времени пыталась в зале разглядеть, но тупые лампочки прямо в глаза светили! Ты наше выступление видел, или только пришел? — Лизка затараторила, переполненная радостью победы и осознанием собственной маленькой сбывшейся сказки.
— Да. Это сюрприз, только не ругайся. Видел, я приехал час назад, примерно. Вы были потрясающими. Серьезно, у меня каждый раз дух захватывает, когда я вижу тебя на сцене.
— Спасибо. За похвалу и за то, что успел. Я тебя очень ждала. И соскучилась. И еще, я согласна.
— Люблю тебя. — Уверенно, глядя прямо в глаза, сказал парень.
— Люблю тебя! — Не менее уверенно, но менее серьезно ответила девушка.
* * *
Ника целую неделю общалась с крайне ограниченным кругом лиц. Лешу она попросила пока не расспрашивать ее ни о чем.
— Я потом расскажу тебе все, мне только нужно время, собраться.
Парень, к его чести, требовать объяснений не стал, молчаливо поддерживая свою девушку и пытаясь отвлечь ее всеми возможными способами. Что, кстати говоря, у него получилось.
Ника рассказывала неохотно, ожидая любой реакции: от безразличия до осуждения. Что в данном случае хуже, она определить не могла.
— Ты можешь принять его обман?
— Принять да, простить еще нет.
— Тогда просто посмотри на меня. Я физически не в состоянии отказаться от тебя, и я уверен, что мы не родственники, я узнавал. Не спрашивай почему, но я отрыл полное досье на тебя, когда мы начали встречаться. И если ты согласна терпеть меня-параноика, то все у нас будет отлично.