ее лучшая подруга. Она ненавидела и ее. Людку, которая так не кстати оказалась права во всем. Каждое ее слово оказалось истиной, каждая ее издевка — реальностью. Она даже немного начала ненавидеть маму, которая совершенно ничего не подозревая подарила дочке новые мечты, мечты о свадьбе. Ведь именно мама подтолкнула Ярославу смело заглянуть в будущее, предложив устроить сватовство. Ведь именно огромное желание порадовать свою маму, толкнуло Ярославу на бесконечную паутину самообмана, которую она так старательно плела изо дня в день в своей голове. Но больше всех она ненавидела Валеру. Валеру, который так легко принял ее любовь и еще легче ею пренебрег. Валеру, о котором она молила Господа, обещая отдать взамен все. Валеру, которому достались все самые сочные плоды ее сумасшедшей любви. Валеру, который не был с ней честен ни в их первую встречу, ни в последнюю. Валеру, который всего несколько часов назад так искренне прокричал — «Я так люблю вас! Благодаря тебе, солнышко, я узнал, что значит истинное счастье любить!» Он радостно произнес каждое слово, но не ей, не Ярославе, которую ОН делал счастливой. А той, которая счастливым сделала его! Он не стал счастливым рядом с ней, как Ярослава грезила. Он стал счастливым рядом с той, которая никогда не сможет любить его так, как это делала она. Эта кукла рядом с ним никогда не сможет полюбить его так самозабвенно. Этому браку никогда не стать таким счастливым, каким бы он был у них. Этим детям никогда не быть такими красивыми и смышлеными, какие могли бы родиться у них. У них все будет не так, как должно было быть у Ярославы с ним! И Валерино признание в любви останется лишь пустым свадебным подарком, ведь тот, кто так легко мог играть чужими чувствами, абсолютно не понимая их значимости, никогда не сможет сам по настоящему, чисто и открыто полюбить. Он не знает как это — когда другой человек становится для тебя гораздо важнее собственного Я. Ему это просто не дано. Ослепленная всевозможной ревностью, ненавистью, слезами, Ярослава пролетала километр за километром. За окном периодически менялись пейзажи, дождь с каждой минутой усиливался, но в душе как в самую первую минуту было гадко и больно. Преодолевая сотни километров, Ярослава вела машину так, как огромное количество раз обслуживала посетителей ресторана — на автопилоте. Она совершенно не обращала внимания на мелькающие на ее пути деревни и города, она просто мчала в свою крепость. В свое убежище, до которого оставалось рукой подать. Не обращая внимания на протяжении всего пути ни на какие дорожные знаки, на подъезде к собственной деревни, Ярославой остался незамеченный и кричащий знак «Дорожные работы». Она не услышала пронзительный сигнал автомобиля такси сзади. Она не успела увидеть прямо перед собой огромный асфальтоукладчик, она просто давила на газ, зная, что совсем рядом то место, где она обретет покой. Удар. Вынужденная остановка. Стекла разлетелись в разные стороны, а маленький «Део Матиз» превратился в груду металлолома. Валяясь на прохладном сыром асфальте Ярослава продолжала ничего не слышать и практически ничего не чувствовала. Ее веснушки вместе с каплями крови были разбросаны повсюду. Ее изумрудные глаза, быстро превращались в самый черный булыжник. Ее сердце больше не беспокоило своим полным ненависти ритмом. Ее невыносимую душевную боль медленно смывал с каждой минутой усиливающийся дождь. Ярослава наконец-то была спокойна, чувствуя — ее вечное счастье рядом. Покинув такси практически на ходу, истерически проклиная все и всех, к распластавшемуся телу подруги неслась Людмила. Она видела, как нелепо и молниеносно случилось непоправимое и неустанно винила себя в беспомощности. На ее глазах ее лучшая подруга превратилась в кусок мяса, а она никак не смогла уберечь ее, а сейчас ничем не может помочь. Крепко сжимая быстро охладевающую руку Ярославы, Людмила безутешно и обильно поливала все вокруг горячими слезами, мысленно умоляя господа дать ей право на жизнь. Проклиная тот день и час, когда не уберегла этого рыжеволосого ангела от демонической любви. Еще несколько минут после удара, Ярослава могла дышать, хотя наполнявшая ее рот теплая вязкая жидкость с привкусом металла, страшно душила ее, заставляя время от времени прокашливаться. Она чувствовала, что глаза ее открыты, но видеть она больше не могла. Она чувствовала, как полностью проваливается в бесконечную темноту, но она не могла упасть в нее, не сказав последнего слово. Из оставшихся сил, схватив за руку сидящую рядом Людку, Ярослава прохрипела:
— Скажи ему, что я все равно его люблю и желаю им счастья…
Ярослава смутно понимала, что именно с ней произошло, но знала, это последнее происшествие в ее недолгой жизни. И боль, которая постепенно ее отпускает, тоже — последняя. Глаза по-прежнему были раскрыты, но Ярослава вновь видела лишь неумело смонтированный фильм из разнообразнейших кусков своей жизни, а Людмила горячо прижимала к груди свою лучшую подругу, не веря, что все это реально. Отказываясь понимать Ярославу даже сейчас, она не могла не пообещать:
— Я обязательно все-все ему передам.
Сразу после того, как Людмила доставила Ярославу из морга домой. После того, как не один раз откачала ее мать и организовала похороны, Людмила помчала обратно в столицу, чтобы исполнить последнюю волю подруги. С ненавистью в сердце несравнимой ни с чем в этой жизни, Людмила была решительно настроена на разговор с Валерой. Она не уставала его проклинать и просить господа, чтобы тот наказал виновника непоправимого зла. Она сотни раз представляла как хладнокровно и беспощадно вырывает из его груди камень, которому никогда не научиться любить так, как умела ее подруга. Ей так хотелось причинить ему такую же боль, которая заставила ее Ярославу мчать на бешеной скорости на встречу собственной смерти, но она прекрасно понимала, что это невозможно. Он не способен страдать, точно так же как и любить. Он умеет лишь отключать все свои чувства с помощью наркоты и алкоголя, пренебрегая всем, кроме вечного кайфа. Людмиле были противны даже мысли о Валере, но она твердо решила — не нарушит обещание, а потом уволится, чтобы больше никогда не встретиться с тем, кто для нее навсегда останется воплощением самого сатаны. Никому ничего не поясняя, Людмила фурией влетела на работу, прямиком на кухню. Она за считанные минуты навела справки о Воробьевых и поняла — исполнить последнюю волю подруги ей удастся не раньше чем через месяц. Танька охотно поделилась с ней тем, что Валера с Каролинкой умчали в Венецию в свадебное путешествие, из-за чего ненависть Людмилы увеличилась в
