Глава 9
Контракт на вечность
Две недели.
Четырнадцать дней.
Триста тридцать шесть часов.
Именно столько времени прошло с того момента, как я переступила порог пентхауса в Башне Федерации. И за это время я разучилась принимать решения.
Я не решала, во что мне одеться — с утра на вешалке уже висел готовый комплект, подобранный стилистом в соответствии с расписанием Дамиана.
Я не решала, что мне есть — меню было утверждено диетологом.
Я даже не решала, когда мне спать. Потому что спать мне разрешалось только тогда, когда Дамиан Барский насытится моим телом.
А голод его был неутолим.
Каждую ночь он приходил в спальню. Без стука. Без вопросов. Он просто брал то, что считал своим по праву подписанного договора и надетого кольца. И самое ужасное — самое унизительное и сладкое одновременно — заключалось в том, что я ждала его.
Мое тело предало мой разум. Я стала зависимой от его прикосновений, от его запаха, от той темной, животной энергии, которой он меня накачивал. Днем я была холодной леди Барской, матерью наследника, которая с вежливой улыбкой игнорировала шепот за спиной. Ночью я превращалась в податливую глину в его руках.
— Ты снова задумалась, — голос Дамиана разрезал тишину столовой, как нож масло.
Я вздрогнула, чуть не уронив ложку с мюсли (безуглеводными, разумеется).
Утро было солнечным. Редкое явление для ноября. Солнце заливало огромный стол, сервированный серебром и хрусталем, делая эту сцену похожей на кадр из рекламного буклета «Идеальная жизнь».
Миша сидел во главе стола, на специальном высоком стуле, и с аппетитом уплетал омлет. За эти две недели он изменился. Округлился, порозовел. Исчезли синяки под глазами. На нем была футболка поло от «Ralph Lauren», и он выглядел как маленький принц.
— Папа, а мы поедем сегодня на полигон? — спросил он с набитым ртом.
Дамиан отложил планшет, на котором просматривал сводки с азиатских рынков.
— Не сегодня, боец. У меня совет директоров. А у тебя — занятия по английскому. Мисс Смит придет в десять.
— Ну па-а-ап… — протянул Миша.
— Дисциплина, Михаил, — строго, но с теплотой в голосе ответил Дамиан. — Сначала обязанности, потом развлечения. В выходные поедем. Я заказал новый квадроцикл. Твоего размера.
Глаза сына загорелись так, что затмили солнце за окном.
— Квадрик! Настоящий? С мотором?
— С бензиновым двигателем, — подтвердил Дамиан.
Я молчала. Я пыталась протестовать против дорогих подарков на третий день, когда курьер принес коллекцию роботов. Дамиан тогда просто посмотрел на меня и сказал: «Я компенсирую три года нищеты. Не мешай мне быть отцом».
И я замолчала. Кто я такая, чтобы отнимать у ребенка детство, которого у него не было?
Дамиан допил свой эспрессо и посмотрел на часы.
— Лена, — его тон изменился. Стал деловым. — У тебя сегодня примерка. В двенадцать.
— Примерка чего? — я напряглась. — У меня полный гардероб. Мне некуда вешать вещи.
— Примерка свадебного платья, — буднично сообщил он, вставая из-за стола.
Вилка со звоном упала на мою тарелку.
Миша перестал жевать. Няня, стоявшая в углу, сделала вид, что стала частью обоев.
— Свадебного… чего? — переспросила я, чувствуя, как внутри все холодеет.
— Платья. Белого. С фатой. Или без фаты, это решишь с дизайнером.
Он подошел ко мне, наклонился и поцеловал в висок. Дежурный поцелуй мужа, уходящего на работу. Но его рука, сжавшая мое плечо, была тяжелой.
— Свадьба в субботу. Через три дня.
— Три дня⁈ — я вскочила, опрокинув стул. — Дамиан, ты с ума сошел? Мы не обсуждали дату! Мы вообще не обсуждали…
— Мы обсуждали стратегию, — перебил он, глядя на меня сверху вниз своими непроницаемыми серыми глазами. — Акции холдинга выросли на 4% после нашего выхода в свет. Инвесторы в восторге от образа «семейного человека». Но слухи все равно ползут. Карина не успокоилась, она копает под твою биографию.
Он обошел стол, приближаясь ко мне вплотную.
— Лучший способ закрыть рты всем — это штамп в паспорте и венчание. Официальный статус. Жена Цезаря вне подозрений.
— Венчание? — у меня перехватило дыхание. — Ты хочешь венчаться? Это же… это перед Богом, Дамиан! Это не контракт!
— Бог на стороне победителей, — цинично усмехнулся он. — Мне нужна красивая картинка. Традиционные ценности. Собор, хор, лепестки роз. Это окончательно легитимизирует Мишу и заткнет рот совету директоров, который ворчит из-за «морального облика».
— А меня ты спросил? — прошептала я. — Я не хочу выходить замуж под дулом пистолета.
— Ты выходишь замуж ради сына, — он кивнул на Мишу, который с интересом наблюдал за нами, не понимая сути разговора, но чувствуя напряжение. — Если мы не поженимся, процесс усыновления и смены фамилии затянется на месяцы. Опека будет задавать вопросы. Тебе это нужно?
Шантаж. Снова шантаж. Изысканный, упакованный в заботу, но шантаж.
— Ты чудовище, — выдохнула я ему в лицо.
— Я твой будущий муж, — он поправил выбившийся локон у моего виска. — В двенадцать за тобой приедет машина. Салон «Vera Wang». Не опаздывай.
Он развернулся и вышел из столовой, чеканя шаг.
— Папа, пока! — крикнул ему вслед Миша.
— Пока, сын! — донеслось из коридора.
Я опустилась на стул, чувствуя, как дрожат ноги.
Свадьба. Через три дня.
Я стану его женой. По-настоящему. Юридически.
Клетка захлопывалась окончательно. Ключ поворачивали в замке и выбрасывали в океан.
Ровно в 11:50 черный «Мерседес» (не «Майбах», другая машина из его автопарка) стоял у подъезда башни.
Я вышла, кутаясь в пальто. Питерский ноябрь перешел в наступление — ветер с залива пробирал до костей, неся с собой ледяную крупу.
Погода соответствовала моему настроению.
Салон находился на Невском. Закрытый бутик, куда пускали только по записи.
Меня встретила владелица — сухопарая француженка с сантиметром на шее.
— Мадам Барская! — прощебетала она с акцентом. — Какая честь! Месье Дамиан прислал мерки, но мы должны проверить…
«Мадам Барская». Меня уже так называли. Я еще не сказала «да», а мир уже наклеил на меня ярлык.
В салоне было пусто. Только я, зеркала и манекены в белых облаках кружева и тюля.
— Месье Дамиан выбрал три варианта, — сообщила француженка, подводя меня к рейлу. — Он сказал: «Никаких тортов. Строгость и величие».
Я посмотрела на платья.
Они были великолепны. И они были… не моими.