– Даже не знаю, что тебе на это ответить, – притворно вздыхаю я. – В последнее время он как будто сам не свой, может обидеться из-за любой мелочи.
– Мужчины, – усмехается дочь. – Видимо, ему что-то померещилось, и он сразу бросился писать мне. Потому что я психолог. Интересно, он когда-нибудь поймёт, что моя профессия никак не связана с психиатрией?
– Не знаю, – растерянно отвечаю я.
Щелчок. И в голове складывается пазл. Похоже, я оказалась права: муж и подруга захотели выставить меня сумасшедшей.
Но для чего им это делать? Они ведь уже придумали, как оставить меня без денег. Неужели этого мало? Зачем полностью разрушать мою жизнь? Я не помню, чтобы где-то нагрешила настолько сильно, чтобы заслужить такую ненависть.
Чувствую, как головная боль возвращается и начинает пульсировать в висках с новой силой. Мне становится страшно от одной только мысли, что мои близкие люди оказались волками в овечьих шкурах. Проблема ещё в том, что Богдан и Таня могут подтверждать слова друг друга, чтобы убедить всех вокруг в том, что я схожу с ума. Значит, мне нужно подстраховаться, чтобы уберечь себя от их козней и разобраться с их мотивами.
Я понимаю, что любовь не всегда живёт вечно. Но в таких случаях люди просто разводятся. Некоторым даже удаётся сохранить дружеские отношения. Мало кому приходит в голову так издеваться над второй половинкой…
Но сейчас не время копаться в себе и искать причины, которых, возможно, даже не существует. Нужно придумать, как себя обезопасить. К счастью, у меня есть время на раздумья и составление плана. Тем более этой ночью Богдан остаётся спать в другой комнате. Чему я только рада.
Утром спускаюсь на кухню, чтобы сделать себе кофе. Подтягиваюсь, разминая мышцы, и иду к кофеварке.
– А ты чего так рано встала? – встревоженно спрашивает Богдан.
– Да вроде как обычно, – пожимаю плечами и достаю свою любимую кружку.
– Но ты ведь вчера сказала, что хочешь взять небольшой отпуск.
– Нет, это ты предложил мне взять отпуск, а я отказалась, – напоминаю я.
– Марина, ты сейчас серьёзно? – спрашивает он. Делает обеспокоенное лицо и приближается ко мне. – Я точно не мог предложить тебе что-то подобное! Скоро ведь нужно будет отчитываться по налогам, а я в этом совершенно не разбираюсь. Но ты сказала, что устала...
– Да, – приподнимаю брови. – Что-то я этого не помню.
– Вот и я о том же! Марин, ты сначала что-то говоришь, а затем начинаешь утверждать обратное! Что с тобой происходит?
– Видимо, память подводит, – притворно вздыхаю я.
Замечаю, как удивлённо вытягивается лицо Богдана. Похоже, он был уверен, что я сейчас начну с ним спорить и отстаивать свою правоту.
– Тогда, может быть, тебе и правда остаться дома? – спрашивает он.
– Возможно, ты прав, – с улыбкой отвечаю я. – Но точно не сегодня.
– Почему?
– Потому что мне нужно разобраться с отчётами для налоговой. Извини, мне пора собираться.
Просто невероятно… А ведь их план и правда мог сработать. Если бы я не подслушала их разговор и не узнала о том, что они задумали, то запросто могла бы решить, что со мной что-то не так. Ведь муж ведёт себя настолько убедительно, что сложно не верить его словам. Быстро собираюсь, выхожу из дома и сажусь в машину. Выезжаю со двора и набираю номер дочери.
– Ань, привет!
– Привет! Мамуль, что-то случилось?
– Нет, всё в порядке. Просто у меня вопрос. Помнишь, ты рассказывала, что в абьюзивных отношениях мужчины иногда ведут себя так, чтобы заставить женщину думать, что она сходит с ума?
– Есть такое, – соглашается дочь. – Называется газлайтинг. Достаточно страшная вещь: манипулятор систематически заставляет свою жертву сомневаться в своей адекватности. Утверждает, что жертва говорила или делала то, чего не было. А почему ты этим заинтересовалась?
– Да просто интересно, – беспечно отвечаю я.
– Мам, ну мне же не пять лет! Ты что-то недоговариваешь? Отец себя так ведёт, поэтому он вчера мне позвонил.
– Да... – вдыхаю я. – Вчера он сказал, что мне не помешал бы отпуск, а сегодня заявил, что я сама говорила о том, что хочу отдохнуть.
– Ну в такое вряд ли хоть кто-то поверит! – смеётся Аня. – Тебя-то на выходные не выгнать, а тут целый отпуск!
– Вот и я о том же, – задумчиво тяну я. – А как убедиться в том, что он это делает?
– Есть только один способ: поставь по всему дому камеры, – тут же отвечает Аня. – Но если честно, я не верю, что папа делает это нарочно. Скорее всего, он просто неправильно интерпретирует твою интонацию и верит в то, что ты повышаешь на него голос. А что по поводу его слов про отпуск… Может быть, он просто забыл, кто именно об этом сказал?
– Ну да. Может быть ты и права, – для вида соглашаюсь я. – Ладно, иди работай, позже созвонимся.
Сбрасываю звонок, выкручиваю руль и сворачиваю на парковку. Только собираюсь выходить из машины, как по салону разносится мелодия входящего звонка. Смотрю на экран и вижу номер Татьяны. Делаю глубокий вдох и принимаю вызов.
Глава 2
– Мариш, привет! – елейным голосом произносит Татьяна. – Как ты?
– Нормально, – отвечаю я и тут же замолкаю.
Жду, что ещё она скажет. Судя по всему, она звонит сообщить мне о том, что я вчера её обидела.
– Слушай, мне так жаль насчёт того, что случилось вчера, – вздохнув, произносит она. – Просто я понятия не имела, что мои слова настолько сильно тебя заденут.
– Угу, – невнятно мычу я.
– Мне так стыдно, Марин… Ты дома? Я бы заехала.
– Нет, я не дома, – отвечаю я. – Как раз подъехала к офису…
– Слушай, ты только не обижайся, но мне кажется, в твоём состоянии нужно думать о работе в последнюю очередь.
– В каком состоянии? – интересуюсь я.
– Ну как это "в каком"? – выдыхает она. – Ты же вчера