Я попытался разбудить девочку, как вдруг меня накрыло жестокой правдой. Они не спали, их грудь не двигалась из-за медленно наркотического дыхания, нет. Эти дети были мертвы, причем все они. Я отступил на шаг назад и едва сумел подавить нарастающее желание здесь всё разнести.
Зачем их убивать?! Шов нашёл новый способ, или это всё дело рук Крысоловов? Насколько помню, в капсулах они всё ещё были живы, а здесь…
Ничего не могу понять. Я упёрся спиной о пластиковую цистерну и ощутил, как подкашиваются ноги. Нет, стоять, рано ещё, нужно попробовать отыскать остальных, возможно, они всё ещё живы! Не успел сделать и шага, как ощутил чьё-то незримое присутствие. Враг? Не добил? Если сейчас из-под контейнера выльется вся кровь и соберётся в нового агента, клянусь, спалю здесь всё к чертям!
Однако угрозы ощутить мне так и не удалось. Вместо этого на меня набросилось паршивое чувство дежа-вю, словно это было уже раньше. Фи! Это точно она! Пытается со мной связаться, как и раньше. Я поднял голову и каким-то абсолютно необъяснимым чувством понял, что она находилась именно там — и это оказалось правдой.
После того, как прыжком оказался внутри, в дальнем конце обычной наблюдательной комнаты я увидел лежащую на офисном столе окровавленную девушку. На её лице не осталось и живого места, а обнажённая верхняя часть туловища была покрыта множеством мелких и глубоких порезов. Я подбежал к ней и первым делом проверил пульс. Жива!
Фи медленно повернула голову, и в уголке заплывшего левого глаза появилась одинокая слезинка:
— Ты пришёл… — прошептала она разбитыми в кровь губами.
— Да, да, я здесь, держись, я тебя вытащу отсюда! — быстро затараторил, снимая куртку и еле натягивая её на девушку.
Фи схватила меня за руку, когда я попытался её поднять и вновь прошептала:
— Оставь, уже поздно. Дай мне спокойно умереть.
— Никто здесь не умрёт, Фи! Мне Черника голову открутит, если с тобой что-нибудь случится! — я решил всё перевести в шутку, но вдруг девушка заплакала.
— Они все мертвы, Смертник! Все, даже Павлик. Их просто взяли и убили, даже не стали ничего говорить. Все… все!
Я смотрел, как плакала Фи, и не мог поверить её словам. Может, она ошибается? Может, это всё — результат её эмоций? В конце концов, она ведь попросту лежала здесь и не могла видеть всё собственными глазами.
— Ты уверена? — едва слышно прошептал я, сам не зная зачем.
— Да, — закивала Фи, вцепившись в меня обеими руками. — Они мертвы, я сама видела. Большинство уже погрузили и увезли. Из них сделают монстров! — вдруг девушка резко притянула меня к себе, обняла и заплакала ещё сильнее. — Прости меня, мне не удалось их защитить, не удалось спасти… и теперь…
Я позволил ей проплакаться, попутно замечая, что ей самой требуется помощь, и если ничего не делать, то она вскоре присоединиться к остальным.
— Я всё равно уже труп, — не отрываясь от меня, прошептала на ухо Фи. — Просто оставь меня здесь и уходи… может, ты ещё успеешь догнать и хотя бы похоронить их как следует.
— Им уже ничем не поможешь, — пришлось признать горькую правду, несмотря на возражения девушки. — А вот тебе я могу. В серверной должны быть ванны погружения, я отнесу тебя туда и поищу, чем можно тебя подлатать. Пока ты будешь в киберпространстве, все процессы в твоём теле замедлятся, а я раздобуду что-нибудь, чем тебя можно стабилизировать, и верну обратно домой.
Фи была не в силах сопротивляться, но, когда я поднял её на руки, она прижалась ко мне, как маленький котёнок, и едва слышно прошептала:
— Они все мертвы, Смертник, все мертвы.
— Я знаю, Фи, мне тоже очень жаль. Поэтому мы обязаны убедиться, что этого больше не повториться. Вместе!
***
— Стой, нет, пожалуйста, прошу тебя, не на…
Голос человека утонул в предсмертном вопле и мокром чавканьи плоти. Черника, который не спал уже третий день и продолжал убивать, поднял труп на уровень глаз, схватил за повисшую на загривке кожу и одним движением сорвал её, словно костюм, с тела человека. Мокрый труп упал на залитый кровью пол лаборатории, и он пошёл дальше.
Черника больше не чувствовал угрызений совести, она утонула в тоннах крови, которые он оставлял везде, где появлялся, и причём не зря. От Тысячников осталась лишь молва на улицах трущоб после того, как неизвестный, которого все описывали как разъяренного демона, способного принимать вид медведя, внезапно начал убивать их одного за другим.
Сам же мужчина никак не реагировал на описанный образ городской легенды и занимался тем, что методично чистил трущобы от заразы. Когда остатки Тысячников попрятались по норам, словно мыши, он шагнул на следующую ступень и атаковал лаборатории. Уничтожать их оказалось не так просто, но Элли помогла ему с новым железом, улучшив не только скорость, но и выживаемость на поле боя.
Если бы не его новая ватага, вряд ли бы он сумел отыскать в себе не только храбрость, но и обработать полученную от Тысячи информацию. Благо, что Шов повсеместно начинал строительство новых лабораторий и замаскированные под различные проекты стройки, которые невозможно было спрятать от пытливых глаз.
Всё, что ему оставалось делать, — это идти по следу, который рано или поздно