Мысленно приказал ежу держаться ближе к нам и не бросаться в бой. Кажется, сработало, Мышь шагнул назад, ступая по собственной крови, и старался чаще блокировать удары не голыми руками, а кибернизированными частями своего тела, в том числе и иглами. Уже что-то, но надо работать дальше.
Я убил одного наёмника, нашинковав его тело несколькими молниеносными ударами, а затем скрестил клинки и взмахнув руками, выпуская короткую огненную волну. Седьмая оказалась права — я уже перестал даже задумываться над движениями и лишь выбирал цель, а остальное делал поведенческий импринт. Конечно, полностью отключать голову в сражении — это полнейшее безумие, и всё ещё приходилось размышлять над потенциальными связками, но в остальном удавалось двигаться практически машинально.
Подмывало воспользоваться четвёртым доступным умением, но пока ещё время. Солнечный коготь наносил одиночный, но при этом мощный удар, и тратить его на обычных наёмников довольно глупо. Правда, откат всего две минуты, но опыт учил не растрачивать хороший арсенал почём зря.
Чуть не закрутился вихрем, но в опасной близости оказалась Седьмая и Мышь, поэтому пришлось действовать по старинке. Заблокировал атаку левым плечом, а затем перегнал накаченные энергией наниты в левый кулак и выпустил ударную волну. Арсенал постепенно складывался, и, по крайней мере, в КС этого хватало.
Седьмая ловко скакала между врагами, то разрывая их на части мощными пинками, то вонзая короткую катану в горла и головы противников. Быстро разделались, а когда в живых остался лишь один, решил опробовать на нём действие Нейролинка. Как раньше на складе, я потянул невидимые руки к цели, но вместо имплантов, они проникли в тело напрямую и обхватили холодными пальцами мозг.
Наёмник выпустил из рук оружие, некоторое время смотрел перед собой, а затем схватился за голову и повалился за окровавленный татами.
Шанс не сработал, однако здесь он и не понадобился. Мышь спокойно подошёл к катающемуся по полу человеку и коротким ударом тяжёлой ноги размозжил тому голову. Крови было много, и пришлось даже немного успокоить разошедшегося ежа, пока тот не начал здесь всё вылизывать.
— Я понимаю, — произнесла Седьмая, осматриваясь по сторонам. — Я всё понимаю, поверь мне, Смертник. Я знаю, что Второй рубеж — не твой родной дом. Знаю, что вы пришли с третьего. Это поняла, ещё когда факт печати семьями вызвал у тебя неподдельное удивление. Также догадалась, что вы идёте в сторону Города, так как давно не видела людей с таким стремлением в глазах. Это одна из причин, почему мне нравится проводить с вами время. Все на ВР-2 давно смирились с обыденной жизнью и влачат жалкое существование. Ни у кого не осталось цели, кроме как разжиться ресурсами, богатствами — и не более. Никого не заботит человеческая жизнь и жизни тех, кого сослали на фронтир.
Картина истории Седьмой постепенно складывалась, но не хочу делать поспешных выводов, тем более если это как-то связано с кланами.
Мы зашли в следующее помещение, в котором нас так же ждала группа наёмников. Седьмая оказалась права, ведь несмотря на весь шум и то, как орал Мышь, они покорно дожидались на месте.
Сказал Седьмой взять на себя тех, что слева, сам взял правый фланг, а ежа пустил посередине. Посмотрим, научился ли он чему-нибудь, или вновь придётся управлять командами. Мышь приятно удивил и рвался в бой уже не так безрассудно. Он всё ещё размахивал конечностями, как пьяный орангутанг, но больше старался прикрывать спину. Что, получать ранения не так весело, как их наносить?
Я выпустил огненную волну, ушёл в сторону от удара катаной в лицо, коротко рубанул по руке, оставив кровавую культю, и добил, вонзив оба богомола противнику в грудь. Три трупа всего за несколько секунд, а четвёртый противник попытался зайти сбоку и сам не заметил, как со спины его пронзили десятки крупных игл. Мышь случайно отпрыгнул назад, когда по ониксовой маске прошлось острое лезвие, и тем самым насадил наёмника на шипы.
Не стали задерживаться в комнате и, пройдя через длинный коридор, который, скорее всего, был создан для небольшого отдыха, оказались в помещении с двумя боевыми мехами. Высокие, в три человеческих роста, они явно не принадлежали этому сценарию, но Седьмая всё же настояла. Убьём двух зайцев одним выстрелом: опробую четвёртый навык богомолов и посмотрю на силу когтей Мыши.
Я вновь усилил ежа и приказал ему держаться рядом. Пока Седьмая отвлекала первого меха, гоняя его по крепкому полу огромного додзё, мы занялись вторым. Мышь приковал внимание громадной кучи железа и, когда массивный кулак едва не превратил его в кровавую лужу, он сумел заблокировать удар и страшно зарычал. М-да, видимо, параметр крепости тела ещё не настолько высок.
Я зашёл сбоку, наметил кабину пилота, как говорила Седьмая, и, прицелившись, ударил в прыжке. Оба клинка сначала привычно нагрелись до ярко-оранжевого оттенка, а затем засветились так ярко, что аж зарябило в глазах. Ударил сразу с двух рук и услышал, как трескается металл, а за ним разрывается плоть оператора.
Я отпрыгнул назад, когда Мышь, полагаясь на механическую часть нижнего туловища, встал и, как заправский борец, перебросил через плечо всю конструкцию. Удар меха явно пришёлся на больное место, и ёж яростно принялся колотить по корпусу, круша метал и расшвыривая его по сторонам. Хм, видимо, не зря система наградила его повышенной силой изначально, как бы намекая на дальнейшее развитие.
Я убрал постоянно мелькающий интерфейс с сообщениями о поступлении опыта и посмотрел, как там идут дела у Седьмой. Девушка, вскрыв кабину оператора, наматывала его кишки на острое лезвие катаны, а когда мех потерял управление, спрыгнула и коротко выдохнула:
— Пора заканчивать.
Я согласно кивнул, так как осталась последняя комната особняка, где нас будут поджидать самые крепкие бойцы этого сценария. А что дальше? Стоит ли мне видеть, чем закончится всё наше маленькое путешествие, или оставить приватность Седьмой нетронутой? Всё ещё не мог понять, она хотела, чтобы я вмешался, или желала моей помощи исключительно в прохождении?
В последнем помещении собралось порядка десяти бойцов. Все с голыми торсами, у всех татуировки. Они медленно посмотрели на нас, достали церемониальные мечи и приготовились к бою. Было заметно, как дрожит рука Седьмой. Такое уже было, но если тогда ею правила ярость, то здесь, кажется, она чего-то боялась. Концовки