Николас с подозрением посмотрел на вино.
– Оно не отравлено. – Поняла немой вопрос Мари. – Мы пили его весь вечер.
– Будьте добры, и мне бокал! – Властный голос принадлежал госпоже Торндайк. Она подошла и измерила взглядом Матиса, после улыбнулась. – Знаете, во Франции иногда бывает довольно весело.
Полицейские увезли Антуана на карете. Матис переживал, что тот может откупиться, но Николас его успокоил, сказав, что тогда к ним явится мадам Торндайк.
Франсуа накрыл еще на две персоны и пригласил всех за стол. Мари посмотрела на место, где раньше сидел Антуан. Ей было его жаль. Теперь она чувствовала перед ним вину. Ведь, если бы она могла ответить ему взаимностью, ничего бы этого не случилось. Если бы она знала с самого начала, на что он способен. Теперь же все жертвы поселятся в ее душе и будут терзать еще долго.
Глава 44
Решиться или нет. Убить или сбежать.
Жак сдабривал размышления домашним вином. Чем больше пил, тем больше сомнений в нем росло. Он говорил сам с собой, убеждая себя то в одном, то в другом.
– Можно вытащить пистолет и забрать кошель. И бежать. Бежать так далеко, что меня никто никогда не найдет. Ни меня, ни мальчика. – Он опустошил бокал.
– А если найдет? – спросил сам себя и тут же перебил.
– А сели поймает полиция за убийство, чем это лучше?!
– Тем, что, по крайней мере, с мальчиком все будет хорошо.
– Я не убийца!
– Но я и не трус!
– Точно, я убью его, когда он явится. У меня будет пистолет и средства! Ему не победить.
– Он всегда был на шаг впереди. Он легко поймал ребенка и передал через него записку. Так же легко он может поймать и полоснуть ножом по горлу.
Жак схватился за голову и закричал.
К нему за прошедшие сутки никто не пришел, а значит, никто его не искал. Он стал призраком.
– Весьма удачно. – Жак хрипло рассмеялся. – Я выстрелю и скроюсь, пока они поймут, я исчезну. П-ф-ф, я призрак.
Жак одобрительно закивал собственной хитрости. Он старательно забил трубку покрепче и раскурил ее. Дом наполнился дымом.
– Тогда еще вина, выпью за удачу! – Он наполнил деревянную кружку и залпом ее выпил.
– Нет, нет, нет, я не могу! – Он швырнул кружку об стену. Кружка разлетелась на несколько частей.
– Они разве были ко мне добры?! Ничего такого не помню. Живут себе богатой жизнью, и разве им есть дело до такой черни, как я? Нет. Тогда почему я переживаю за них?!
Он взял вторую кружку и налил в нее вина. Отпил до половины.
– Я человек. Я не могу убить. – Он посмотрел на ребенка.
– Но не могу так рисковать.
Жак выглянул в окно. Солнце давно село. В доме на первом этаже горел свет.
– Еще бокальчик, и можно попытаться схватить удачу за хвост. – Жак усмехнулся и вернулся за стол.
Но одной кружкой дело не закончилось. Садовник заливал страхи и сомнения вином до тех пор, пока не отключился.
Мальчику не дали имени. Жак посчитал, что если тот не умеет говорить, то и называться ему ни к чему. Зато во всем остальном он был достаточно развит. Все поручения Жака давались ему с легкостью. Он ни разу не допустил ошибки и всегда двигался как тень.
Все благодаря Жаку. И хотя мальчик боялся своего отца, все равно любил его очень сильно. Поэтому он с трудом переносил его муки выбора. И не понимал, в чем же сложность. Из записки, которую Жак не сжег и прочитал несколько раз вслух, все было понятно. Выстрелить дважды из пистолета. Это же игра. Мальчик не понимал ценности жизни. Ему никто не объяснил. Поэтому не видел в этом поручении ничего дурного. Два выстрела. Кто-то умрет. Но разве его мать не умерла? И другие люди… Они ведь тоже умирают, и ничего страшного не случается.
Куда страшнее видеть отца в том состоянии, которое ко всему прочему сильно пугает. Поэтому мальчик ничуть не сомневался в своем решении. Он все сделает сам. А потом вернется с монетками и пистолетом. Тогда его отец обрадуется, и они уедут. Замечательный план.
Незаметно для Жака ребенок выскользнул в окно. Привычным путем он добрался до особняка и по-змеиному взобрался на металлический карниз. Как делал до этого десятки раз. Кирпич оказался на месте. Пистолет и мешок с монетами тоже. Мальчик достал оружие. Оно так приятно лежало в руке, хотя и оказалось тяжелым. Следовало держать его двумя руками. Ребенок вытянул пистолет и прицелился. Холод стали придавал сил. И почему отец так сомневался?
К большой удаче нижнее стекло оказалось разбитым. Можно просунуть дуло и увидеть того, кто войдет первым.
– Вашу комнату еще не убрали. – Мари и Николас стояли в коридоре второго этажа.
– Я уеду утром, мадам Торндайк спешит в Англию, а мне пора вернуться в Санкт-Петербург.
– Знаю, – тихо ответила девушка. – Но я рада, что у нас есть с вами возможность попрощаться.
– За ужином Матис сказал, что вы отправляетесь в путешествие? – Николас не хотел заканчивать вечер. Он искал повод, чтобы не отпускать девушку.
– Да. И возможно, навещу вас в России, покажете самые красивые места? – ответила Мари. Она не хотела уходить.
– Обязательно устрою вам незабываемые прогулки вдоль Невы, – ответил Николас, а сам подумал, увидит ли он Мари вновь. Очень хотелось.
– Знаете, у меня для вас есть маленький сюрприз. Чтобы остаться в памяти.
Чувство тревоги вернулось. Николас не любил сюрпризов. Они редко заканчивались хорошо.
– Что же это?
– Я оставила его в кабинете отца. Следуйте за мной.
– Хорошо, – ответил Николас, готовый следовать за нею куда угодно.
Мари подошла к двери и вошла в кабинет первой.
Отрывок из книги Николаса Райта «Последний призрак»
Я вижу призраков. Каждый день. Образы близких мне людей встречаются в совершенно незнакомых людях. Иногда силуэт незнакомого мужчины могу принять за силуэт надежного друга, которого потерял много лет назад. А порой в лице случайной женщины узнаю лицо матери. И хотя я ее не знал, но я уверен, что именно так она и выглядела. Она смотрит на меня чужими глазами, видит, кем я стал, и улыбается. Чудо длится лишь миг. Но его бывает достаточно, чтобы тепло растеклось по моему телу. Бывает, что когда я вижу кого-то похожего, то притворяюсь, что это кто-то из дорогих мне людей. Я